Действие тяготения на свободный квантовый пульсатор.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Действие тяготения на свободный квантовый пульсатор.



Хорошо известно, что пробное тело, которому не мешает падать опора или подвес, приобретает ускорение свободного падения. По логике вышеизложенного (3.11), это происходит потому, что, у каждой частицы тела, управляющая ей программа периодически производит приращения вектора скорости – значения и направления этих приращений должны быть в полном соответствии с локальным вектором ускорения свободного падения. Этот вектор определяется локальным градиентом частот (3.7.3), и, значит, для расчёта правильных приращений вектора скорости частицы, управляющая программа должна располагать информацией о значении и направлении этого градиента.

Чтобы получить эту информацию, требуется узнать параметры локального участка частотного склона (3.7). Значит, для точек в окружающей частицу области координатного поля, требуется выполнить считку предписанных значений частот квантовых пульсаций (для свободного и покоящегося квантового пульсатора). Эта считка, как можно допустить, производится последовательно: сначала для ближайших к частице точек координатного поля, затем для точек следующего шарового слоя, и так далее – т.е. считка производится на фронте расходящейся от частицы сферической волны, поэтому эту программную процедуру мы называем термином «гравитационное сканирование». Скорость распространения волны гравитационного сканирования – которая является чисто программной реальностью! – определяется, по логике «цифрового» физического мира, быстротой программного сканирования координатного поля, и её значение равно скорости света в вакууме. Каждый прогон гравитационного сканирования заканчивается на таком радиусе от частицы, чтобы, в пределах просканированной сферической области, уверенно проявилось направление максимального перепада частот, задающее местную вертикаль (3.7). При этом, величина максимального перепада частот, отнесённая к диаметру просканированной области, даст величину искомого градиента частот. Таким образом, приобретается вся информация, необходимая для расчёта очередного приращения к вектору скорости частицы – и, сразу после каждого прогона гравитационного сканирования, это рассчитанное приращение производится.

При свободном падении частицы, происходящем по вышеописанному алгоритму, ускорение свободного падения приобретается ей принципиально не так, как это обычно полагают. А именно, вектор скорости частицы изменяется НЕ непрерывно, а дискретными мгновенными скачками, на интервалах времени между которыми вектор скорости остаётся постоянным – иллюзия же его непрерывного изменения является результатом сглаживания при наблюдении этого процесса. На Рис.3.12.1 схематически показаны зависимости от времени у скорости V и вертикальной координаты Z при свободном вертикальном падении на малом перепаде высоты, где ускорение свободного падения можно считать постоянным – зелёными отрезками обозначены интервалы времени, на которых производится гравитационное сканирование. Как можно видеть, зависимость скорости от времени имеет ступенчатый характер, а зависимость вертикальной координаты от времени представляет собой кусочно-ломаную, которая превращается в параболу при сглаживании.

 

Рис.3.12.1

 

Заметим, что «ступенька» вертикального приращения скорости dV и интервал времени tg, которым разделены две соседние «ступеньки», должны подчиняться очевидному соотношению dV/tg=g, где g - величина локального ускорения свободного падения. Но, в условиях малых и больших g, параметры гравитационного сканирования должны различаться. Наиболее логичным нам представляется вариант, при котором периодичность гравитационного сканирования, т.е. интервал времени tg, не изменяется, и тогда радиус гравитационного сканирования в условиях малых g больше, чем в условиях больших g – для обнаружения того перепада частот, который достаточен для уверенных расчётов (см. выше).

Сделаем некоторые оценки для параметров гравитационного сканирования, взяв в качестве базового значения g его значение на поверхности Земли, т.е. 9.8 м/с2. Начнём с оценки для величины dV×tg,т.е. для произведениядискрета приращения вертикальной скорости на период повторения этих приращений – эта величина равна вертикальному смещению на первом отрезке вертикального свободного падения после устранения действия опоры или подвеса; на этом отрезке, постоянная скорость падения равна dV. С одной стороны, если дискретные эффекты при свободном падении (Рис.3.12.1) напрямую не проявляются, то величина dV×tg едва ли больше, чем характерный размер атома. С другой стороны, этой величине бессмысленно быть много меньше, чем характерный размер атома – поскольку, в таком случае, был бы совершенно неоправданно увеличен объём производимых программных манипуляций. Поэтому будем исходить из того, что величина dV×tg на порядок меньше характерного размера атома и составляет 10-11 м. Комбинируя соотношения dV×tg=10-11 м и dV/tg=9.8 м/с2, мы находим, что tg»10-6 с, т.е. приращения вертикальной скорости частицы производятся на частоте »1 МГц. Эта цифра представляется нам реалистичной, поскольку частота в 1 МГц много меньше частот циклических процессов, характерных как для химических связей (8.3), так и для смен валентных конфигураций, дающих переключения химических связей (8.6) – т.е. дискретность действия тяготения на частицы тела не является фактором, который серьёзно вмешивался бы в процессы, поддерживающие микроструктуру тела. Приведём ещё одну показательную цифру: при движении со скоростью 7.9 км/с – это первая космическая скорость вблизи поверхности Земли – частица за время tg»10-6 с пролетает около 8 мм. Тогда, согласно излагаемому подходу, траектория частицы при свободном облёте Земли представляет собой не окружность, а кусочно-ломаную – из прямолинейных отрезков по 8 мм. При этом, величина дискретных вертикальных приращений скорости составляет, как и при вертикальном свободном падении, произведение g×tg, т.е. »10-5 м/с.

Теперь скажем о радиусах гравитационного сканирования на разных удалениях от Земли. Если считать, что на границе области действия земного тяготения – т.е. на удалении от центра Земли примерно в 900 тыс. км – каждый прогон гравитационного сканирования длится весь промежуток времени tg=10-6 с, то радиус гравитационного сканирования, выполняемого со скоростью света (см. выше), должен составлять там 300 метров. При ускорении свободного падения, равном там около 5×10-4 м/с2, обнаруживаемый перепад частот на перепаде высот в 600 м должен, согласно (3.7.3), в относительном исчислении составлять Df/f»3.3×10-18. Вблизи поверхности Земли, такой же перепад частот обнаруживался бы при радиусе гравитационного сканирования всего в 1.5 см. Подчеркнём, что все вышеприведённые параметры гравитационного сканирования являются грубыми оценками и имеют исключительно ориентировочный характер.

Теперь рассмотрим вопрос о превращениях энергии при свободном падении квантового пульсатора. Согласно концепции «цифрового» физического мира, никакой «потенциальной энергией в поле тяготения» квантовый пульсатор не обладает – потенциальная энергия является фикцией, поскольку ей не соответствует никакая форма движения (1.3). Согласно принципу автономных превращений энергии (1.5), кинетическая энергия у частицы появляется за счёт такой же убыли её собственной энергии, т.е. за счёт убыли её массы (1.4) – и процесс свободного падения не является исключением из этого правила. Но при свободном падении масса изменяется, по мере изменения высоты, ещё и из-за действия программных предписаний, формирующих частотный склон (3.7). Так, при свободном полёте вниз, масса покоя уменьшается, и кинетическая энергия растёт за счёт уменьшения и без того уменьшающейся собственной энергии.

Действительно, на частотном склоне зависимость энергии свободного квантового пульсатора от его расстояния r до центра частотной воронки есть

,                                                      (3.12.1)

где m0 - масса покоя «на бесконечности», а, практически, на границе данной частотной воронки; GM - в терминах традиционного подхода, гравитационный параметр «силового центра», т.е. произведение гравитационной постоянной на его массу. Индекс «полн» у энергии (3.12.1) означает, что она является полной энергией квантового пульсатора – которая, при появлении у него кинетической энергии, распадается на сумму двух его энергий: собственной и кинетической. Исходя из выражения (3.12.1), и с учётом принципа автономных превращений энергии (1.5), для кинетической энергии того же квантового пульсатора можно записать:

,                                      (3.12.2)

где V - его локально-абсолютная скорость (2.3). Комбинируя (3.12.1) и (3.12.2), для собственной энергии квантового пульсатора получаем:

.               (3.12.3)

Выражения (3.12.2) и (3.12.3) показывают, что масса квантового пульсатора, покоящегося или движущегося на частотном склоне, есть

             (3.12.4)

умножение этой массы на c2 даёт собственную энергию квантового пульсатора, как функцию от r и V.

Сказанное схематически иллюстрирует Рис.3.12.2, где кривая АС показывает зависимость, от r, у собственной энергии покоящегося квантового пульсатора, а кривая АВ – то же, для случая свободного вертикального падения с радиуса r1 на радиус r2, с нулевой начальной скоростью. По логике вышеизложенного, кинетическая энергия, приобретённая при прохождении этого перепада высот, равна длине отрезка ВС, а уменьшение собственной энергии покоя из-за действия частотного склона равно, для того же перепада высот, длине отрезка DC. Прежде чем дать ответ на ключевой вопрос – как соотносятся между собой отрезки ВС и DC, обратим внимание на следующее. Не противоречит ли наш подход закону сохранения энергии? – ведь, согласно этому подходу, при свободном полёте с изменением высоты полная энергия свободного квантового пульсатора не остаётся постоянной – это отражает кривая АС! Действительно, по логике проявления частотного склона, часть

 

Рис.3.12.2

 

собственной энергии квантового пульсатора, по мере его перемещения вниз, «изымается из оборота» и исчезает из физического мира. Но мы не усматриваем здесь грубого противоречия с законом сохранения энергии. Действительно: во-первых, изъятие мизерной части собственной энергии из оборота происходит строго контролируемым образом, поскольку оно обусловлено работой соответствующих программ. Во-вторых, это изъятие полностью обратимо: при перемещении квантового пульсатора вверх, программы увеличивают его собственную энергию, добавляя энергию в физический мир. Таким образом, для записи корректного баланса энергий квантового пульсатора при его перемещениях по высоте, следует учитывать вклад DC из-за проявления частотного склона. Этот вклад мы будем называть гравитационной поправкой DEg – её величина, очевидно, есть

.                                                      (3.12.5)

Теперь ответим на вопрос: как, при вертикальном свободном падении, соотносятся гравитационная поправка DEg и приобретаемая кинетическая энергия? В нерелятивистском приближении, выражение для кинетической энергии (3.12.2) приобретает хорошо знакомый вид: Eкин=m0V2/2. При начальной скорости V1, после прохождения малого перепада высот Dr, на котором ускорение свободного падения g можно считать постоянным, справедливо соотношение

,                                                              (3.12.6)

и тогда

.                     (3.12.7)

Поскольку, для малого перепада высот, гравитационная поправка (3.12.5) тоже равна m0gDr, то, на малом перепаде высот, прирост кинетической энергии при свободном падении равен гравитационной поправке. Это означает, что, для любого r, крутизна у кривой АВ в два раза больше, чем у кривой АС, и – в сделанных выше приближениях – равенство между приростом кинетической энергии и гравитационной поправкой остаётся справедливо и для больших перепадов высот. Отсюда немедленно следует соотношение

,                                                  (3.12.8)

справедливость которого для свободных полётов по кеплеровым траекториям не вызывает сомнений [Л4].

Следует подчеркнуть, что вышеописанное действие тяготения на частицу представляет собой в чистом виде безопорную тягу. Здесь приобретение частицей ускорения не сопровождается динамической реакцией ни у какого из физических объектов: третий закон Ньютона хорошо работает для соударений тел, для реактивного движения – но отнюдь не для ускорения свободного падения, вызываемого прямыми программными воздействиями.

Добавим, что выше мы говорили о ситуации, при которой гравитационное сканирование для частицы вещества проводится по пространству, свободному от других частиц. При наличии же достаточного количества окружающих частиц, градиенты частот могут выявляться проще – через считку собственных энергий окружающих частиц. Причём, такое сканирование даже имеет приоритет перед сканированием «пустого» координатного поля. Это означает, что если в теле создан (неважно, каким способом!) градиент собственных энергий у частиц, то частицы тела будут испытывать силовое воздействие – с ускорением безопорной тяги, определяемым этим градиентом аналогично (3.7.3). Проиллюстрируем это на примере центробежных сил, действующих на элементы вращающегося диска. Как следует из (1.5.3), собственная энергия частицы диска составляет

,                          (3.12.9)

где m0 – масса этой частицы диска при отсутствии его вращения, w - угловая скорость вращения, R - радиус вращения. Тогда, для ускорения безопорной тяги, по аналогии с выражением (3.7.3) получаем:

,                                                (3.12.10)

т.е. хорошо известную величину центробежного ускорения. Отсюда мы делаем вывод, что центробежные силы – которые вполне реальны, поскольку они реально растягивают диск в радиальных направлениях – эти силы обусловлены радиальными градиентами собственных энергий у частиц вращающегося диска.

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2021-04-04; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 44.192.22.242 (0.022 с.)