КНИГА XXXVI . ФРАГМЕНТЫ. 104-98 BC .



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

КНИГА XXXVI . ФРАГМЕНТЫ. 104-98 BC .



 

 

36. Фрагменты 104-98 гг. до н.э. Второе восстание рабов на Сицилии.

 

Переводчик: Мещанский Д.В.

1.
В Риме, приблизительно в то же время, когда Марий [1] победил ливийских царей Бокха и Югурту [2] в большом сражении [3] и убил много тысяч ливийцев, после чего пленил Югурту, схваченного Бокхом, надеявшимся вымолить у римлян прощение за совершенные им с ними в войне преступления, римляне пребывали в унынии, находясь в состоянии войны с кимврами, захватившими Галатию. [4] В это время, [5] прибывшие из Сицилии, сообщили о восстании рабов, исчисляемых во много десятков тысяч. Когда это стало известно в Риме, там очутились в весьма затруднительном положении, так как из отборных солдат почти 60 000 погибло в Галльской войне с кимврами, и трудно было послать в Сицилию отборных воинов.

2.
Перед восстанием рабов на Сицилии, было несколько коротких и мелких заговоров в Италии, как будто божество, таким путем, предвещало в будущем огромное восстание на Сицилии. (2) Первое из них было близ Нуцерии, где 30 рабов устроили заговор, но они были быстро наказаны. Второе произошло около Капуи, где восстало 200 рабов, которые вскоре были истреблены. Третье носило очень странный характер. Был некто Тит Минуций, римский всадник, сын богатого отца. Он влюбился в чужую рабыню, отличавшуюся красотой. Вступив с нею в связь и охваченный необычайной страстью, он выкупил ее. Весь во власти своего безумного увлечения, Минуций с трудом добился у господина рабыни согласия продать ее за 7 аттических талантов [6] и назначил срок, когда он уплатит свой долг. Ему поверили из-за богатства отца. Когда настал назначенный срок, у Минуция не было денег, и он выпросил отсрочку от платежа еще на 30 дней. (3) Когда этот срок наступил, у него начали требовать денег. Тогда, так как положение его стало безвыходным, а страсть достигла высшей степени, он решился на совершенно безумный поступок: он составил заговор против своих кредиторов, а сам объявил себя царем. Купив 500 полных комплектов вооружения в кредит, по которому он обязался уплатить в назначенный срок, он тайком переправил в какую-то деревню своих собственных рабов, числом 400 человек и убедил их поднять восстание. (4) Надев диадему, пурпуровое одеяние, окружив себя ликторами и прочими знаками власти, Минуций, при содействии рабов, провозгласил себя царем. Лиц, которые требовали плату за девицу, он приказал обезглавить, предварительно наказав их розгами. Вооружив рабов, Минуций двинулся па ближайшие поместья и тех рабов в них, которые присоединялись к восставшим, наделял оружием, а сопротивлявшихся ему, убивал. Вскоре у него собралось более 700 солдат, и, разделив их на центурии, построил укрепление, принимал туда всех мятежников. (5) Когда о восстании узнали в Риме, сенат принял по этому поводу разумное решение, которое и имело успех. Из городских преторов сенат назначил для поимки беглых рабов Луция Лукулла. [7] Последний немедленно, набрав в Риме 600 солдат, прибыл в Капую, где под его начальством собралось 4000 пехотинцев и 400 всадников. Веттий, [8] узнав о приближении Лукулла, занял укрепленный холм, имея при себе более 3500 человек. (6) В происшедшей схватке верх взяли беглые рабы, так как они сражались с более высокого места. Но затем Аполлоний, один из командиров Веттия, подкупленный Лукуллом, который ему публично гарантировал прощение, был убежден предать мятежников. Так как он теперь сотрудничал с римлянами и собирался им предать Веттия, последний, боясь наказания, покончил с собой, а все принимавшие участие в восстании были истреблены, кроме предателя Аполлония. Эти события, предшествовавшие огромному восстанию на Сицилии, являясь, как бы, прелюдией к нему, а началось оно следующим образом.

3.
Во время войны Мария с кимврами сенат предоставил ему право приглашать себе на помощь союзников из числа заморских государств. [9] Тогда Марий послал за помощью к царю Вифинии Никомеду, [10] но тот ответил, что большинство вифинцев, схвачены сборщиками налогов, и томятся в рабстве в провинциях. (3) Тогда сенат вынес постановление, гласящее о том, что ни один свободнорожденный союзник не находился в рабстве в провинции, а преторы должны были позаботиться об этом. Тогда в Сицилии претором был Лициний Нерва, который, согласно постановлению сената, освободил многих рабов своим судебным решением, так что в течение немногих дней больше восьмисот человек получили свободу. Все рабы, находившиеся на острове, были преисполнены надежд на освобождение. (3) Но знать, собравшись у претора, стала просить его отказаться от своего намерения. Тогда он, или подкупленный деньгами, или желая угодить знати, прекратил разбор всех дел об освобождении, а приходившим к нему, с тем чтобы получить свободу, с бранью приказывал возвращаться обратно к своим господам. Но рабы, собравшись, покинули Сиракузы и, укрывшись на священном участке Паликов, [11] начали сговариваться друг с другом о восстании. (4) С этого момента, во многих местах дерзость рабов стала проявляться вполне открыто, новость быстро распространилась, и первыми освободили себя 30 рабов, принадлежавших двум богатым братьям в области Галикий, во главе которых стоял Барий. Ночью они убили своих господ, когда те спали, а затем отправились в ближайшие поместья и стали побуждать к восстанию других рабов. В эту ночь рабов собралось более 120 человек. (5) Заняв место, укрепленное самой природой, они укрепили его еще больше и приняли к себе 80 других вооруженных рабов. Претор провинции Лициний Нерва незамедлительно осадил их, но не добился успеха в своем предприятии. Видя, что укрепление невозможно взять силою, он решил добиться успеха с помощью измены. Он пообещал пощаду некоему Гаю Тицинию, по прозвищу Гадей, который за два года до этого был присужден к смерти, но избежал наказания. Он занялся грабежом в той местности и, убивая во время разбойничьих набегов многих свободных, не причинял никакого вреда рабам. Этого человека, подкупив обещаниями безнаказанности, он и сделал помощником для выполнения своих замыслов. (6) Тот, имея с собой достаточное количество преданных рабов, приблизился к укреплению восставших, якобы намереваясь присоединиться к ним в борьбе против римлян. Радушно принятый мятежниками как товарищ, он, даже, в силу своей доблести, был избран ими своим вождем, после чего сдал крепость. Одни из мятежников были убиты в сражении, другие, боясь попасть в плен и подвергнуться наказанию, сами бросились вниз со скалы. Таким образом окончился первый мятеж беглых рабов.

4.
Когда солдаты были уже распущены по домам, кто-то принес известие, что 80 восставших рабов убили римского всадника Публия Клодия и собирают большое число людей. Претор, сбитый с толку чужими советами, когда к тому же большинство солдат было уже распущено, из-за своей медлительности дал возможность мятежникам еще лучше обезопасить свое положение. (2) Выступив с имевшимися у него солдатами и перейдя реку Альбу, он настиг мятежников, расположившихся на горе Каприон, и вступил в город Гераклею. Не нападая на рабов, претор тем самым содействовал росту восстания, так как мятежники всюду разглашали об его трусости. Из окрестных мест стекалось много рабов, приготовлявшихся всеми возможными способами к битве, и, таким образом, в первые 7 дней они имели более 800 человек, затем число их достигло не менее 2000. (3) Узнав в Гераклее о росте сил мятежников, претор назначил командующим Марка Тициния, дав ему 600 солдат из гарнизона Энны. Тициний напал па мятежников, но, так как они имели численное превосходство и пользовались выгодами местности, он обратился в бегство. Много из его людей было убито, остальные, побросав оружие, с трудом спаслись. Мятежники, став обладателями столь большого числа оружия, еще смелее принялись за дело, и уже все рабы овладели мыслью о восстании. (4) С тех пор ежедневно восставали многие, и число их росло настолько быстро, что в течение немногих дней стало превышать 6000. Сойдясь на собрание и организовав совет, они прежде всего избрали царем Сальвия, опытного предсказателя [12] и флейтиста на оргиастических представлениях. Когда этот человек стал царем, то стал избегать городов, относясь к ним, как к источнику безделья и изнеженности и, разделив мятежников на три части, придав им равное число командующих, приказал им обойти область и собраться в определенное время в одном месте. (5) Для этой цели он предоставил им лошадей и других животных, он в короткое время располагал двумя тысячами кавалерии и не менее, чем двадцатью тысячами пехоты, всех вполне подготовленных, благодаря военным упражнениям. Затем, неожиданно напав на укрепленный город Моргантину, [13] они начали энергичные и непрерывные атаки. (6) Претор, придя ночью на помощь городу и имея с собою почти 10 000 итальянских и сицилийских солдат, застал мятежников, занятых осадой. Он напал на их лагерь в то время, когда его охраняли небольшая горстка людей, пленив большое число женщин и взяв другую разнообразную добычу. Разграбив лагерь, он пошел к Моргантине. (7) Мятежники в свою очередь внезапно бросились на него и благодаря стремительности удара с более высоких позиций тотчас одержали верх и обратили претора в бегство. Так царь мятежников отдал приказание не убивать никого из тех, кто бросали оружие, то большинство, поступая так, обратилось в бегство. Перехитрив таким способом врагов, Сальвий получил обратно свой лагерь и, одержав славную победу, овладел большим количеством оружия. (8) Благодаря человеколюбивому приказу Сальвия италийцев и сицилийцев погибло в битве не более 600, а взято в плен было около 4000. Удвоив свои силы, в результате того, что, благодаря его успеху, к нему стекалось много рабов, Сальвий стал бесспорным хозяином местности и вновь попытался взять Моргантину штурмом. Он объявил свободными находившихся там рабов, но, когда их господа, пообещали им то же, если они присоединятся к защите города, те избрали сторону господ и ревностно отражали осаду. Претор же, отменив после этого обещание свободы, добился лишь того, что большинство их бежало к мятежникам.

5.
В области Сегесты [14] и Лилибея [15] и других соседних мест восстание так же бушевало среди масс рабов. Предводителем их стал Афинион, родом из Киликии, человек выдающейся храбрости. Он был управляющим двух богатых братьев, и, обладая большим опытом в астрологии, подбил на восстание сначала около двухсот рабов, бывших под его начальством, а затем соседних, так что в течение пяти дней вокруг него собралось более тысячи человек. (2) Избранный царем, и, надев на себя диадему, он начал действовать не так, как другие. Он не принимал в свою армию всех беглецов без различия, а брал лучших солдат, остальным же приказывал оставаться на своей прежней работе и заботиться о своем хозяйстве, поддерживая в нем порядок. Таким путем солдатам доставлялось обильное продовольствие. Кроме того, он притворился, будто боги возвестили ему посредством звезд, что он станет царем всей Сицилии. (3) Следовательно он должен беречь страну и находящихся в ней животных и запасы, как свои собственные. Наконец, собрав свыше 10 000 человек, он осмелился осадить непреступный город Лилибей. Но, потерпев здесь неудачу, он решил прекратить осаду, говоря, что это ему приказывают боги, так как в случае продолжения ее осаждающие испытают несчастье. (4) Но когда он готов был отойти от города, в гавань прибыли корабли с отборным контингентом маврусийцев, которые были посланы на помощь лилибейцам под предводительством Гомона. (4) Он и его люди совершил ночью неожиданное нападение на передвигавшуюся армию Афиниона и, убив много врагов и ранив не меньше, вернулись в город. В результате этого мятежники были поражены его предсказанию, сделанному посредством звезд.

6.
Всю Сицилию охватил беспорядок и целая цепь бедствий. Не только рабы, но и обедневшие свободные люди предавались всевозможным бесчинствам и грабежам, безжалостно убивая попадавшихся им рабов и свободных, чтобы не было свидетелей их безумия. Поэтому все жители городов едва-едва могли считать своим лишь то, что находилось внутри городских стен, то же, что было за стенами, считали чужим и принадлежавшим рабам, незаконно захваченным силой. И немало другого необычайного приходилось испытывать многим в Сицилии.

7. Осадив Моргантину, Сальвий [16] делал набеги по стране вплоть до Леонтинской равнины. Собрав все свое войско, не меньше 30 000 отборных воинов, он принес жертву героям Паликам и посвятил им одну из пурпурных одежд в качестве дара за победу. [17] Провозгласив себя царем, он получил от мятежников имя Трифона. [18] (2) Поскольку он намеревался завладеть Триокалой и построить там себе дворец, послал за Афинионом, как царь за полководцем. Все думали, что Афинион станет оспаривать его первенство и что, благодаря раздору между мятежниками, война легко прекратится. Но судьба, как бы нарочно увеличивая силы мятежников, сделала так, что вожди их вступили в соглашение друг с другом. Трифон быстро пришел со своими силами в Триокалу, и Афинион прибыл туда же с 3000 человек, повинуясь ему, как стратег своему царю. Остальную часть своей армии он отправил разорять страну и возмущать рабов. Позже, Трифон, заподозрив Афиниона в намерении напасть на него, в подходящий момент приказал заключить его под стражу. Самое место, которое и без того было естественно недоступным, он укрепил еще больше сложными сооружениями. (3) Сама Триокала, говорят, называется так, по тому, что обладает тремя прекрасными преимуществами: во-первых, благодаря большому количеству родниковой воды, отличающейся своим сладковатым вкусом, во-вторых, благодаря тому, что прилегающая местность богата виноградными и масличными насаждениями и чрезвычайно удобна для земледелия, и, в-третьих, благодаря тому, что она была превосходной крепостью, представляя собою как бы огромную неприступную скалу. Это место, окружив его городской стеной в 8 стадиев [19] длиною, глубоким рвом, он использовал для постройки дворца. Он построил и царский дворец, и площадь, которая могла вместить множество народа. (4) Кроме того, он выбрал достаточное число людей, отличающихся рассудительностью, коих назначил своими советниками и пользовался ими как членами совета. При всякого рода переговорах он надевал тогу, окаймленную пурпуром, и широкий хитон, имел ликторов с топорами и окружал себя прочими атрибутами царской власти.

8.
Против мятежников римский сенат назначил Луция Лициния Лукулла, [20] под начальством которого было 14 000 солдат из римлян и италийцев, 800 вифинцев, фессалийцев и акарнанцев, 600 луканцев, которых привел Клептий, хороший стратег, известный своей храбростью, и еще 600 других, так что всего у Лукулла составилась армия в 17 000, [21] с которыми он и занял Сицилию. Теперь Трифон, отказавшись от обвинений против Афиниона, решил воевать с римлянами. (2) Он хотел вести борьбу в Триокале, но Афинион советовал не заключать самих себя в осаду, а вести борьбу в открытом поле. Приняв этот совет, они, в количестве не меньше 40 000 человек, расположились лагерем у Скирфии. (3) Римский лагерь отстоял от них на 12 стадий. Сначала завязалась частая перестрелка, затем когда противники встретились лицом к лицу, успех склонялся то на одну, то на другую сторону, и много народа пало с обеих сторон. Афинион, сражаясь во главе отборного отряда всадников в 200 человек, усеял трупами все окружающее его пространство, но, раненный в оба колена, он, после того как получил еще третью рану, выбыл из строя. Таким образом, мятежники пали духом и обратились в бегство. (4) Афинион, притворившись мертвым, остался незамеченным среди трупов и в наступившую ночь скрылся. Римляне одержали блестящую победу, так как бежали и войска Трифона, и он сам. Много народа было изрублено во время бегства, так что общее число убитых было не меньше 20 000. Остальные под покровом ночной темноты бежали в Триокалу, хотя претору было бы легко уничтожить и этих, если бы он их преследовал. (5) Рабы настолько пали духом, что решили, было вернуться к господам и отдаться на их милость. Однако победило мнение тех, которые предлагали бороться до последнего вздоха и не сдаваться врагам. Через 9 дней явился претор с намерением осадить Триокалу. То, причиняя урон врагу, то сам неся потери, он, в конце концов, отступил, и мятежники вновь воспряли духом. Претор, либо по своей лености, либо, в результате подкупа, не выполнил ничего из того, что ему было поручено. За это впоследствии он был предан римлянами суду и наказан.

9.
Гай Сервилий, [22] посланный претором, чтобы заменить Лукулла, так же не совершил ничего, достойного упоминания. Поэтому и он, подобно Лукуллу, в последствии был осужден на изгнание. После смерти Трифона преемником его власти стал Афинион. Он без всякого противодействия со стороны Сервилия осаждал города, смело опустошал всю страну и подчинил себе многие области. (2) Претор Лукулл, узнав, что другой претор, Гай Сервилий, переправился через пролив, [23] чтобы принять от Лукулла командование, распустил солдат, сжег палисады и обоз, желая, чтобы его преемник не имел никаких сколько-нибудь значительных средств для ведения войны. Так как его упрекали в затягивании войны, он думал, что найдет себе оправдание, если его приемник будет унижен и обвинен.

10.
По окончанию года в Риме были избраны консулами: в пятый раз Гай Марий и Гай Ацилий. [24] Ацилий, посланный командующим против мятежников, и, благодаря своей отваге, одержал над ними блестящую победу. Он убил самого царя мятежников Афиниона в героическом единоборстве, и хотя сам был ранен при этом в голову, но вылечился. Затем он выступил против оставшихся мятежников, которых было 10 000 человек. Они не стали ожидать нападения, но бежали в укрепленные места, однако Ацилий неослабно принимал все необходимые меры, пока не покорил их осадой. (2) Но оставалась еще тысяча рабов под предводительством Сатира. Сначала Ацилий пробовал покорить их силой оружия, но затем, когда они послали парламентеров и сдались, он тотчас освободил их от наказания и, отведя в Рим, сделал гладиаторами. (3) Между тем, по мнению некоторых, эти рабы окончили жизнь более ярким образом. Отказавшись войти на арену для борьбы с животными, они убили друг друга на общественных алтарях; Сатир же убил последнего человека и, оставшись единственным выжившим, геройски покончил с собой. Таков был драматический конец войны рабов в Сицилии, длившейся около четырех лет.

11.
Не только масса рабов опустошала охваченную мятежом область, но и свободные, не имевшие имений в ней, обратились к грабежу и беззакониям. Лишенные состояния, они как в силу нужды, так и по бесчинству, толпами разбредались по стране, угоняли скот, расхищали накопленные в хранилищах запасы зерна и убивали попадавшихся им навстречу свободных и рабов, чтобы не было свидетелей их безумий и бесчинств. (2) Так как римская власть была не способна обеспечить правосудие, анархия воцарилась в стране, и все власти, пользуясь бесконтрольностью, позволяли себе причинять величайшие несчастья народу. Всюду в стране происходило насильственное расхищение имущества богатых. Те, которые раньше занимали первые места в городах по своей известности и богатству, теперь благодаря неожиданному повороту судьбы не только теряли имущество из-за своеволия беглых рабов, но и были вынуждены терпеть оскорбления со стороны свободных. (3) Поэтому, они считали находившееся внутри ворот своей собственностью, а то, что была за стенами - добычей рабского беззакония. Вообще в городах было полное расстройство и нарушение правосудия. Ибо мятежники, господствуя над открытыми местами, делали страну непроходимой; они мстили своим господам и не могли насытиться неожиданно выпавшим на их долю счастьем. Тем временем, томившиеся в приделах городских стен рабы, были готовы к восстанию, внушая ужас своим господам.

12.
Трибун Сатурнин [25] был человеком распущенных нравов и, будучи квестором, был ответственен за транспортировку зерна из Остии в Рим. Но небрежность и плохое отношение к порученному стоили ему заслуженных упреков. Сенат фактически лишил его власти и передал дело другим. Но, как только он избавился от своих дурных привычек и принял здравый образ жизни, был вновь избран народным трибуном. [26]

13.
Некий человек, по имени Баттацес, священник великой матери богов, прибыл из Пессинии во Фригии. Заявив, что он прибыл по велению Матери Богини, храм которой был осквернен, он был допущен к консулам и сенату, где заявил, что в Риме, от имени государства, должны быть исполнены обряды для очищения храма. Его одежда и прочее, носимое на теле, были диковинными и не соответствовали римским обычаям: он носил огромную золотую корону и платье, вышитое золотом, подобно царскому. (2) Обратившись на форуме с речью к народу, он внушил толпе суеверный страх. Ему предоставили жилье и гостеприимство и за счет государства поселили у одного из народных трибунов Авла Помпея, но запретили носить корону. Другой народный трибун, заставил его подняться на трибуну, и, на вопрос, что необходимо сделать для очищения храма, получил лишь ответы, наполненные религиозным фанатизмом. Народ, возбужденный Помпеем, принялся оскорблять священника, и тот был вынужден вернуться в свое жилище и отказался вновь появляться на публике, заявив, что не только он, но и богиня подверглись оскорблению. (3) Помпей тот час был охвачен жестокой лихорадкой, затем потерял голос и, на третий день, умер. Эта смерть была воспринята многими, как божественное наказание за оскорбление богини и ее священника, поскольку римляне очень суеверны. Поэтому Баттацес получил разрешение носить свою одежду священника, и, одаренный великолепными подарками, в сопровождении многих мужчин и женщин, отправился из Рима домой. [27]

14.
Следуя обычаю римских солдат, если их командующий в бою против неприятеля, убил шесть тысяч врагов, они провозглашали его "императором", то есть, царем.

15.
Посланники царя Митридата [28] прибыли в Рим, принеся с собой большую сумму денег, надеясь подкупить сенат. Сатурнин, [29] расценив это, как оскорбление сената, подверг послов нападкам. Но, подстрекаемые сенаторами, обещавшими оказать поддержку, послы обвинили Сатурнина в своем оскорблении. Прения происходили публично и имели большой резонанс, из-за неприкосновенности послов и того, что римляне всегда осуждали тех, кто оскорблял посольства. (2) Поэтому Сатурнин предстал перед сенатом и, обвиненный в этом преступлении, должен был подвергнуться смертной казни. В страхе перед вставшей перед ним проблемой и угрожавшей опасностью, он прибег к общему средству всех несчастных, к жалости. Он снял роскошное платье, надев грубую одежду, отрастил волосы и бороду и пошел по городу, умоляя народ о милосердии, падая на колени перед одними и хватая за руки других. Он умолял их, со слезами на глазах, прийти к нему на помощь, говоря, что не справедливо стал жертвой сената, в нарушение правосудия и указывал, что, именно из-за его беспокойства о простых людях, его обвинители были, одновременно, и судьями. Народ позволил себя встревожить этой мольбой; несколько тысяч прибежали к суду, и он был оправдан, вопреки всем ожиданиям. Поддержанный народом, он был вновь избран трибуном.

16.
В течении двух лет изгнание Метелла [30] обсуждалось на народных собраниях. Его сын, отпустив волосы и бороду, надел рванные одежды и, придя на Форум, бросился на колени перед гражданами, умоляя их, со слезами на глазах, вернуть его отца. Люди, хотя и не склонные к тому, чтобы нарушать законы, тем не менее, сжалившись над молодым человеком, проявлявшим столь большую привязанность к отцу, вернули Метелла из изгнания и дали его сыну прозвище "Благочестивый" в силу его преданности родителю.

[1]Гай Марий— римский полководец и политический деятель, вождь популяров. Семь раз был избран в консулы, в том числе пять раз подряд в 104-100 до н. э. Провёл реорганизацию римской армии.
[2]Югуртинская война— вооружённый конфликт между Древним Римом и нумидийским царём Югуртой, продолжавшийся с 112 по 105 гг. до н. э. Бокх – царь племени маврусиев (Мавритания), тесть Югурты, находился с ним в союзе, но позднее, убежденный Луцием Суллой, выдал Югурту римлянам.
[3]Сражение под Циртой в 105 г. до н. э.
[4]Кимврская война 113—101 годы до н. э. Кимврская война стала первым столкновением римлян с германскими племенами. В первом сражении в 113 году до н. э. кимвры разгромили напавшие на них римские войска в северо–восточных Альпах, после чего прошли через Рейн в Галлию, где в 109 году до н. э. нанесли ещё одно поражение римским легионам. Когда римляне осенью 105 года до н. э. попытались преградить путь варварским племенам (кимврам и присоединившимся к ним германцам и галлам) из Галлии в Италию, то две римские армии были последовательно уничтожены близ Араузиона. Тем не менее, варвары отказались от немедленного вторжения в Италию, предпочитая грабить кельтскую часть Галлии.
[5]В 104 г. до н. э.
[6] 183,4 кг.
[7]Луций Лициний Лукулл, претор 104г. до н. э.
[8]Веттий — другое имя Тита Минуция. Видимо, его полное имя было Тит Минуций Веттий.
[9]Марий, после возвращения в Рим для празднования триумфа победы над Югуртой в январе 104г. до н. э. и, вступив во второй раз в должность консула, был срочно откомандирован командующим в Галлию.
[10]Царем Вифинии в то время был Никомед II Эпифан (149 – 128гг. до н. э.).
[11]События начались в 104 г. до н. э. Место древнего культа братьев Паликов, сыновей сицилийского божества Адрана. На этом священном участке скрывались рабы, бежавшие от неразумия господ. Отсюда их нельзя было уводить силой и они оставались здесь безнаказанными до тех пор, пока господа не вступали с ними в переговоры, и, принеся им клятвы в соблюдении условий, о которых они договорились, не примирялись с ними. Соблюдение этих клятв гарантировал страх перед богами. Месту культа братьев Паликов, как и святилищу Дримака приписывалась, таким образом, важная роль в регулировании отношений рабов и их хозяев.
[12]По внутренностям жертвенных животных.
[13]Μοργάντιον, город во внутренней части Сицилии, вероятно, на юго–востоке от Агирия, в области реки Симефа, основан изгнанными из Италии моргетами.
[14]Первоначально Эгеста, или Акеста (Εγεστα, или Αίγεστα), — древний город на сев. бер. Сицилии, лежавший между Дрепаном и Панормом и построенный, по преданию, троянцами для царя Эгеста (Ацеста), после того как Эней, плывший в Италию, был занесен на о–в Сицилию.
[15]Лилибей — древний пунийский город на западном окончании Сицилии, на месте современного города Марсала провинции Трапони.
[16]Сальвий до восстания был сицилийским рабом. В 104 году до н. э. он поднял восстание среди других рабов против власти Римской республики. Сальвий был объявлен царем и принял имя Трифона в честь сирийского эллинистического правителя Диодота Трифона. Правление островом он организовал по римскому образцу. Сальвий Трифон носил пурпурную тогу и сопровождался ликторами с фасциями как римские консулы. Трифон создал армию из беглых рабов. Он разбил римскую армию в нескольких боях. После неожиданной смерти Трифона царём стал его полководец Афинион.
[17]По видимому, тога, захваченная у римлян.
[18]Возможно, подражая узурпатору Диодоту, взявшему имя Трифон. Так, во время Первой войны рабов Эвн взял царское имя Антиох (Диодор, книги 34/5.2.24).
[19]Около 1420 м.
[20]В 103 г. до н. э. в качестве пропретора был назначен на Сицилию.
[21]Всего получается 6000 человек.
[22]Претор, возможно, который успешно обвинял в суде Лукулла, и сам, в свою очередь, преследовался в суде сыновьями Лукулла (Плутарх, Лукулл, 1.1).
[23]Мессинский пролив, между Италией и Сицилией.
[24] 101 г. до н. э.
[25]Аппулей Сатурнин был квестором в 104 г. до н. э. и плебейским трибуном в 103 и 100 гг. до н. э.
[26]В 104 году до н. э. Апулей Сатурнин был квестором, и по жребию ему досталась работа в Остии по наблюдению за приёмом и транспортировкой назначенной для общественных хлебных амбаров Рима пшеницы. Ввиду вздорожания хлеба сенат отнял у Сатурнина эту должность и предоставил её Марку Эмилию Скавру, чтобы расположение народа, удовлетворяемого дешёвым хлебом, перешло на представителя нобилитета. Вследствие этого Сатурнин открыто стал на сторону народной партии и начал осуществление программы, направленной к ниспровержению сената. Цицерон признавал Сатурнина замечательным оратором, выдвигая, впрочем, на первое место не дар слова и богатство его речей, а уменье держать себя и пользоваться внешними эффектами..
[27]События 102 г. до н. э.
[28]Митридат VI Евпатор (др. греч Μιθριδάτης Στ' Ευπάτωρ; 134 — 63 до н. э.) — царь Понта, правивший в 121 — 63 до н. э.
[29]См. примечание 25.
[30]Квинт Цеци́лий Мете́лл Нумиди́йский (около 160 до н. э. — 91 до н. э.) — римский полководец и политический деятель. Вместе с Гаем Марием — победитель нумидийцев в битве при Мутуле. Консул 109 до н. э., цензор 102 до н. э. В 102 году до н. э. Метелл и его родственник, Гай Цецилий Метелл Капрарий, были избраны цензорами. Одной из обязанностей цензоров была чистка сенаторских рядов от недостойных личностей. При попытке изгнать из сената демагога и мздоимца Апулея Сатурнина, давнего врага Метелла, Капрарий благоразумно воздержался, оставив Метелла в одиночестве, и Сатурнин остался в сенате. Впоследствии Сатурнин, ставший трибуном, «поймал» Метелла на необходимости присягнуть римскому народу в том что он, Метелл, обязуется исполнять новый, популистский аграрный закон. Метелл — лидер партии консерваторов, препятствовавших принятию закона, — отказался от присяги и был вынужден отправиться в изгнание. С поддержкой брата и сына Метелл сумел вернуться в город в 99 году до н. э., но уже никогда более не занимался политикой.

 



Последнее изменение этой страницы: 2021-04-04; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.204.48.64 (0.012 с.)