ТОП 10:

Глава 477: Романтика Тан Юаня



Лицо Сунь Сяо Мэй было покрыто угрями и гноящимися нарывами. Десятки прыщей и бородавок были усеяны по всему её лицу. Это больше не было похоже на женское лицо. На самом деле, это не было похоже на лицо человека вообще. Только её прежние черно-белые глаза можно было увидеть на её лице.

«О... Боже мой!», – лицо Цзюня Мосе выражало неподдельный страх. Он тщетно пытался сделать вид, будто дело не в её лице, а в том, что он жутко испугался кошку, что проходила мимо. Кошка поверила. Сунь Сяо Мэй – к сожалению, нет.

Девушка едва сдержалась, чтобы не топнуть ногой от гнева, так как над ней издевались эти два ненавистных человека. Телосложение юной леди Сунь полностью преобразилось, но её врождённый темперамент ничуть не изменился. Она немного боялась молодого господина Цзюнь, но всё равно обрушила на него проклятия после этого дела с принцессой Лин Мэн. Но, он издевался над ней сегодня и сейчас! И этого она не могла вынести. Она засунула свой страх туда, куда Макар телят не гонял и закричала: «Вы, двое, хотите сдохнуть прямо сейчас? Вы издеваетесь надо мной вместо того, чтобы думать, как мне помочь! Вам ваши яйца вообще нужны, или я могу из них сделать украшение во-о-он для той двери?»

«Хе-хе... мы… это… Ладно, мы посмеялись над твоим лицом, ты права. Прости. Но это показывает на то, что у нас есть лекарство от этого; иначе мы бы не издевались над тобой. Молодая леди Сунь очень умна. Как она могла этого не увидеть?», – Цзюнь Мосе щёлкнул языком и наклонил голову, посмотрев на неё. Затем он сказал. – «Однако нынешняя красота юной леди – слишком редкое зрелище! Так что я должен оценить её очень внимательно. Ведь я не смогу оценить её позже...»

Сунь Сяо Мэй ещё больше рассердилась. Она закрыла лицо и начала топать ногами в истерике. Затем молодая леди внезапно сделала великолепно поставленный удар ногой, и Тан Юаню достался смачный подсрачник: «Жирный Тан! Ты привёл сюда своего брата, а он издевается надо мной! За кого ты меня принимаешь?!»

Танг Юань закричал, получив удар. Затем он обхватил задницу и завопил: «Третий молодой господин, пожалуйста, начинай побыстрее! Сжалься надо мной, брат! Эта ведьма сводила меня с ума последние несколько дней. Даже мой веселый и большой аппетит начал увядать…»

Цзюнь Мосе озорно рассмеялся, пару раз щёлкнув пальцами: «Вау... да, она действительно с дьявольским лицом, но ангельским телом…»

Тан Юань побежал к дверям со скоростью хорошего сверзвукового истребителя. Но он точно бежал на дозвуковой скорости, поскольку успел прокричать на бегу: «Я – в Зал, собираюсь организовать вопрос относительно золотых и серебряных монет для аукциона! Третий молодой господин будет относиться к тебе... нежно и ласково. И, я уверен, что ты избавишься от болезни с помощью лекарств!»

«Чёрт! Ты собираешься оставить свою жену со мной? Счастливец...», – Цзюнь Мосе издал крик ужаса. В конце концов, ему пришлось столкнуться с этим ужасающим лицом одному. Мужество Цзюня Мосе, безусловно, было очень высоким. Тем не менее, даже его нервы начали подводить его в этот момент…

«Ха-ха... ты не будешь издеваться над женой своего друга. Разве я могу не верить в молодого господина? Мне было бы немного неловко оставлять её извращенцу вроде тебя, но сам понимаешь – дела! Ты давай тоже работай!», – голос Тан Юаня эхом раздался издалека. Однако он ушёл так далеко, что его последние слова даже не дошли до их ушей...

«О-о-о, да! Да грехом с ней можно наказывать преступников вместо смертной казни… Хотя, гуманнее будет четвертовать», – пробормотал Цзюнь Мосе себе под нос, чтобы она не услышала. Затем он добавил громче: «Иди сюда, дамочка. Позволь этому брату взглянуть на…»

Со свистом воздуха кинжал, появившийся в руках Сяо Мэй, едва не отрезал пальцы Цзюня Мосе…

Цзюнь Мосе засмеялся, увернувшись: «Ты – очень жестокая девушка! У толстяка будет очень счастливое будущее!»

....

Через пару часов Цзюнь Мосе закончил лечение Сунь Сяо Мэй. «Болезнь» девушки не была настолько серьёзной, если говорить правду. В конце концов, это был просто случай гормонального дисбаланса. Яду, который накопился в её теле, некуда было выйти. Поэтому он собрался у нее на лице. Это было, безусловно, неизлечимое заболевание, что касается медицины той эпохи. Но для Цзюня Мосе это было очень легко.

Эту проблему нельзя сравнить с проблемой его третьего дяди... или даже старика Дугу. На самом деле, это было как два пальца обос… об асфальт.

Он активировал Искусство разблокировки состояния Небес, и чистая аура вошла в меридианы над шеей Сяо Мэй. Затем, энергия двинулась к её лицу. Девушка лишь почувствовала прохладу. На самом деле, это было очень приятное ощущение. Но это приятное чувство длилось лишь мгновение. После этого она вдруг почувствовала пронзительную боль... как будто десятки тысяч муравьев ползали под кожей её лица, нещадно прогрызая путь наружу…

Прыщи на лице Сунь Сяо Мэй лопнули одновременно, когда Цзюнь Мосе убрал руку. Её лицо просто покрылось маской из мерзко пахнущего гноя. Цзюнь Мосе несколько раз протягивал руку, порываясь убрать его, но почувствовал, что просто не сможет. Поэтому юная леди Сунь сама отошла к тазику с водой, чтобы умыться.

Сунь Сяо Мэй попыталась просто умыться холодной водой. Но многие прыщи, которые к настоящему времени разорвались, начали очень сильно чесаться. Желание почесаться было настолько нестерпимым, что она не выдержала. Но, почесавшись, молодая леди поняла, что что-то не так… Она открыла глаза и увидела, что она счесала слой кожи со своего лица…

Это был слой грязной кожи.

Сунь Сяо Мэй закричала в страхе и отбросила его, как мерзкое насекомое. Со страхом девушка снова ощупала своё лицо и была приятно удивлена. Её лицо стало довольно гладким. Она умылась так быстро, как только могла, и бросилась посмотреть на себя в зеркало. На лице девушки в зеркале всё ещё оставались красные пятна, но лицо теперь было довольно ясным. Оно больше не было таким ужасающим, как раньше. На самом деле, оно было даже довольно красивым…

Глянцевая, ровная, розовая кожа была видна почти на всём её лице.

[Это сработало так быстро!]

Сунь Сяо Мэй ошеломлённо уставилась на зеркало.

Прошло много времени, прежде чем два потока слёз потекли по её лицу.

Цзюнь Мосе стоял позади неё. Он вздохнул и сказал: «Нам нужно сделать это, по крайней мере, ещё два раза... тогда твоё лицо превратится в красивый цветок, каким оно должно было быть. На самом деле, я уверен, что ещё один цветок будет добавлен в бесподобно красивый сад города Тянсян. Ты будешь считаться такой же, как Сяо И и принцесса Лин Мэн, которых прозвали «весенними цветками». На самом деле ты даже сумеешь обставить их! Жаль, что такая красивая девушка – невеста Тан Юаня. Мой дух слабеет, когда я смотрю на это неравенство. Это пустая трата ценной вещи. Но я сделаю такую красивую женщину, как ты, моей девяносто девятой наложницей, если ты пойдёшь со мной!»

Цзюнь Мосе всё более чрезмерно отыгрывал роль злодея. А что поделать? Имидж – это всё…

«Иди к чёрту!», – Сунь Сяо Мэй забыла обо всём и безжалостно огрела своего «благодетеля» тазиком по голове и ногой по яйкам, чтобы он не издевался над ней.

Цзюнь Мосе лишь увернулся и весело рассмеялся.

Сунь Сяо Мэй внезапно вздохнула. Затем она сказала: «Молодой... господин Цзюнь, мне не хватает слов, чтобы поблагодарить тебя. Но ты же брат толстяка. Так что я не буду говорить больше. Я хочу попросить тебя только об одном. Вес толстяка... есть ли шанс уменьшить его? Я беспокоюсь о его здоровье. Вдруг он достигнет трёх центнеров…»

[Да вы на пару охренели просто! Я вылечил тебе лицо, а ты просто повернулась и просишь меня уменьшить вес этой котлеты!]

«Это очень опасно... но тебе нужно будет заставить его работать изо всех сил, что у него есть, если ты хочешь, чтобы он похудел», – эта проблема была головной болью и Цзюня Мосе тоже: [Как парню похудеть, когда он жрёт, как вся моя команда «Небесных разрушителей»? И, он ещё может похудеть? Да даже я верю в это с трудом!]

«Пожалуйста... ты должен помочь ему похудеть! Он наверняка умрёт, если продолжит набирать вес», – Сунь Сяо Мэй подняла голову и тревожно взглянула Цзюню Мосе в глаза. – «Толстяк однажды сказал... что он лично возьмёт на себя инициативу отменить нашу помолвку, если моё лицо станет таким же красивым, как прежде. Но для меня не имеет значения, какой он. Он хороший человек в моих глазах! Я... Я... Я хочу быть с ним! Я хочу прожить свою жизнь с этим человеком... я хочу состариться с ним!»

Она даже немного покраснела, когда говорила эти слова.

[Толстяк хороший человек?]

[Когда этот Толстяк стал таким хорошим?]

[Я что, в сказку попал?]

Цзюнь Мосе остался ошеломлённым. Он поднял брови и тихим голосом ответил: «Будет очень трудно заставить толстяка похудеть. Тем не менее, твоё лицо было восстановлено. На самом деле, теперь ты стала красавицей, за которую не жалко уничтожить город-другой. Более того, толстяк готов отменить свою помолвку с тобой. Так почему бы тебе не воспользоваться своей свободой? В конце концов, ты легко сможешь найти человека, который выглядит лучше, чем жиробас. Все мы здесь друзья, но то, что я говорю – правда!»

«Цзюнь Мосе, толстяк тоже говорил очень искренне и честно, когда он говорил о разрыве нашей помолвки», – Сунь Сяо Мэй вернулась к своему обычному спокойному «я». Она вытерла слёзы и посмотрела на Цзюня Мосе. – «Ты проверяешь меня? Я кажусь тебе непостоянной и неверной девушкой? Я, по-твоему, такая?»

«Ах... это...», – Цзюнь Мосе смутился. Он потёр нос, но ничего не сказал в ответ.

«Да, Тан Юань толстый, и его внешность не выдающаяся! На самом деле, я уверена, что ни одна женщина не найдёт его привлекательным. И я такая же, но Тан Юань обращается со мной как настоящий мужчина, даже если он толстый! И я этому очень рада. Я сопротивлялась решению отца, когда узнала, что обручена с Тан Юанем. Я сказала ему, что не выйду замуж за такого печально известного толстяка. Тем не менее, я, в конце концов смирилась с тем, что я очень уродливая, и я не смогу найти хорошего мужа. Но я передумала, узнав его за последние месяцы!»

Она говорила тихо, но твёрдо: «Неважно, хороший он или плохой... (хороший, плохой… главное – у кого ружьё! Эш, Зловещие Мертвецы, – п.п.) Я решила, что стану его женой, будь он хорошим человеком или тираном! Я буду счастлива быть его женой, независимо от того, похудеет он или нет. Я стану женой чиновника, если он станет чиновником. Я буду помогать ему считать деньги, если он станет банкиром. Я останусь рядом с ним и буду бить собак дубиной, если он станет нищим! Толстяк – хороший человек, и я люблю его!», – Сунь Сяо Мэй подняла голову, чтобы посмотреть на Цзюня Мосе. – «Неважно, богат он или беден... красив или уродлив. Я хочу сопровождать его всю эту жизнь! На самом деле, я бы не хотела, чтобы моя внешность была исправлена, если это помешает нашему браку. В конце концов, мы могли остаться вместе, если у нас обоих будут такие изъяны во внешности...»

Все женщины дорожат своей внешностью. Сунь Сяо Мэй выглядела уродливой большую часть своей жизни. Тем не менее, кто-то вроде неё никогда не отказался бы от возможности внезапно превратиться в красотку. Но Сунь Сяо Мэй была готова отказаться от своей красоты ради уродливого человека, у которого не было никаких положительных качеств, на чужой глаз. Кто бы не умилился такому?

Глава 478: Выброси девятьсот миллионов, но не теряй чести!

«Хорошо! Ты очень хорошо сказала», – произнёс Цзюнь Мосе торжественно. Он даже поаплодировал ей. Пройдя два шага, разделяющие их, он продолжил. – «Я, Цзюнь Мосе, благодарю тебя за искреннюю любовь к моему брату»

После этого Цзюнь Мосе повернулся и вышел из комнаты. Он был счастлив внутри; он чувствовал подлинное счастье за Тан Юаня.

«Я решила, что стану его женой, будь он хорошим человеком или тираном! Я буду счастлива быть его женой, независимо от того, похудеет он или нет. Я стану женой чиновника, если он станет чиновником. Я буду помогать ему считать деньги, если он станет банкиром. Я останусь рядом с ним и буду бить собак дубиной, если он станет нищим! Толстяк – хороший человек, и я люблю его» [Каждый мужчина мечтает о такой любви. Жизнь жирного Тана никогда не будет напрасной, так как он нашёл эту любовь!]

«Ты ещё не сказал мне, есть ли способ заставить его похудеть!», – Сунь Сяо Мэй с тревогой крикнула ему в спину.

Цзюнь Мосе остановился, не поворачиваясь. Затем он поднял руку с большим пальцев вверх, и от души рассмеялся: «Я всегда делаю то, что обещал! Ничто в этом мире не невозможно для Цзюня Мосе! Тем не менее, ты не должна жалеть его, когда придёт время, и ты увидишь, как он страдает! Более того, я надеюсь, что ты всегда будешь помнить, что ты сказала сегодня! Я принял это очень близко к сердцу!»

Сунь Сяо Мэй так и стояла на месте, когда Цзюнь Мосе вышел. Она фыркнула и сказала в пустоту: «Что за бред ты нёс? «Я надеюсь, что ты всегда будешь помнить, что ты сказала сегодня»?! Ты это принял близко к сердцу? Ты думаешь, я это пошутила так? Думаешь, я шучу со своими чувствами? Шутник хренов! Я не мужчина, но у меня есть ответственность за свои слова!»

....

Танг Юань явно не сидел, помалкивая – его голос, приказывающий окружающим, был слышен издалека. Приказы беспрестанно звучали в воздухе, и казалось, что толстяку даже не нужно набирать воздух в лёгкие, чтобы продолжать орать. Хай Чен Фен организовывал работу Аристократического Зала. Все остальные бегали, как муравьи, едва не сталкиваясь друг с другом.

Цзюнь Мосе послушал несколько приказов. Тан Юань как раз говорил, что реклама таблеток для закаливания костей должна быть направлена всем семьям Суань на континенте. Ведь эти таблетки были сделаны специально для тех, кто культивирует Суань и семей военнослужащих.

Основная цель Тан Юаня была вполне ясна.

Тем не менее, семьям Суань, живущим далеко, было бы трудно перевозить своё золото и серебро сюда... но у Цзюня Мосе внезапно появилась идея: [Эти люди могут принести свои банкноты в город Тянь Сян. И здесь уже они могут обменять их на серебро. Разве мы не можем получить прибыль, разграбив их? Например, серебряный билет стоимостью в одну тысячу серебряных монет будет стоить здесь… только восемьсот серебряных монет! Хе-хе, это отличная возможность для бизнеса…]

Раздача приказов заняла у Тан Юаня довольно много времени. Только Сон Шан и Хай Чен Фен остались с ним в это время. Цзюнь Мосе спокойно стоял, прислонившись к дверному проёму. Выражение лица Тан Юаня было мрачным. Затем его взгляд упал на Хай Чен Фена и Сон Шана. Торжественное выражение тут же появилось на его лице, когда он медленно сказал: «Я хочу сделать важное заявление».

Хай Чен Фен и Сон Шан закатили глаза. В конце концов, когда Тан Юань так говорил, обычно их нагружали горькой работой. И, казалось, что этот раз не будет исключением.

«Мы должны начать решительную атаку на семью Хуан из города Золотого Востока. Мы должны атаковать их со всех сторон — будь то земля или вода. Использовать все средства в нашем арсенале, и даже то, чего у нас нет. Использовать как честные, так и подлые методы. Не скупитесь ни на что. Игнорируйте любой сопутствующий ущерб. Но мы должны уничтожить эту семью как можно быстрее!», – Тан Юань подчеркнул каждое слово. – «Хай Чен Фен, я прошу тебя использовать твои контакты. Свяжись с администрацией преступного мира внутри города Золотого Востока. Совершайте любые необходимые преступления; вызывайте волнения, угрожайте, запугивайте, похищайте и шантажируйте семью Хуан. Убивайте любых чиновников, которые осмелятся помочь семье Хуан! Я разберусь со всеми последствиями!»

Пухлое лицо Тан Юаня горело невиданной жаждой крови. Он холодно улыбнулся и сказал: «Доведите семью Хуан до края. И приведите их мне, когда это произойдёт!»

«Какова предполагаемая сумма средств, которые вы можете потратить на это?», – Хай Чен Фен нахмурился. – «Должен заметить, что это тотальное нападение на достаточно влиятельную семью. Может ли наш Аристократический Зал позволить себе расходы на то, чтобы покончить с этим за короткий промежуток времени?»

Он тайно задавался вопросом: [Этот парень обычно улыбается, как Будда. Какое же преступление семья Хуан могла совершить против Тан Юаня, чтобы заставить его замышлять против них, как хищного волка на стаю овец?]

[Этой семье действительно не повезло…]

«Я использую все ресурсами Аристократического Зала для этого дела. И я использую все ресурсы семьи Тан, если этого будет недостаточно! В конце концов, я – будущий глава семьи Тан!», – чрезвычайно жестокий свет вспыхнул в глазах Тан Юаня, когда он ответил тихим голосом.

«Молодой господин Тан, молодой господин Цзюнь знает об этом?», – Сон Шан нахмурился.

«Я знаю. И я поддерживаю его слова своей силой! Всё будет сделано согласно приказам Тан Юаня! Он – главный управляющий Аристократического Зала! И его приказы имеют первостепенное значение. Таким образом, вам не нужно спрашивать — вы даже не должны в них сомневаться!», – Цзюнь Мосе произнёс тихим голосом. С тех пор, как он вошёл, он не произнёс ни слова. Поэтому никто не заметил его присутствия.

Хай Чен Фен и Сон Шан быстро вскочили, чтобы поприветствовать его.

«Мы сделаем это. Нет никаких проблем, если это так!», – Хай Чен Фен тут же успокоился и вышел вперёд. Затем он сделал некоторые расчёты в уме и повернулся к Тан Юаню. – «У меня есть ещё один вопрос. Зачем ты это делаешь?»

«Почему я это делаю? Почему я должен оправдываться?», – мышцы на лице Тан Юаня задёргались.

«Тебе, конечно, не нужно объяснять причины», – медленно сказал Цзюнь Мосе. Он посмотрел на Тан Юаня. – «Но позволь напомнить тебе, толстяк. Мы можем сойти с ума, мы можем действовать сколь угодно подло, и мы можем игнорировать всех людей в этом мире! Мы даже можем смотреть на людей, как на муравьёв. Но мы не должны терять чести!

Мы должны отомстить, но мы не можем быть чрезмерными! Кто-то спровоцировал нас, и мы обязательно убьём его в ответ! Однако у каждого преступления есть свой исполнитель. Семья Хуан плохо воспитала своих людей. Но остальные невиновны в этом деле. Мы только выражаем твой гнев. И я надеюсь, что ты это понимаешь. Ты сказал, что хочешь посмотреть на них, когда они будут в бедственном положении. Я могу тебя понять! Но я не остановлю тебя, даже если ты убьешь все девять поколений их семьи! Но это только потому, что ты мой брат! Если нужно – мы вместе отправимся в самые глубины Ада!»

Лицо Тан Юаня содрогнулось от боли, после чего он глубоко задумался, мрачнея всё больше и больше. В полном молчании обдумав эти слова, он ответил хриплым голосом: «Не волнуйся... я только хочу, чтобы все знали, что каждый заплатит цену, даже если один из них совершит ошибку! Да, я не буду против полного уничтожения, но это только если они не поймут этого…»

Цзюнь Мосе усмехнулся и похлопал его по плечу, не говоря ни слова.

«Я просто пытаюсь выразить свой гнев. И ты знаешь, что я просто пытаюсь выразить свой гнев. Но ты готов дать мне на это девятьсот миллионов? Ты готов отдать мне всё, что у нас есть?», – Тан Юань посмотрел на него.

«Это потому, что ты мой брат! Конечно, я готов сопровождать тебя в этом безумии! Разве за все эти сто-тыщ-мильонов я смогу купить себе нового Тан Юаня? В задницу деньги, брат важнее!», – Цзюнь Мосе улыбнулся.

Танг Юань внезапно отвернулся и засмеялся.

Сон Шан и Хай Чен Фен посмотрели друг на друга. В их глазах промелькнули слёзы при виде такой настоящей дружбы.

[Выбросить девятьсот миллионов, чтобы твой брат мог выразить свой гнев и вздохнуть с облегчением? Что это за братство такое? Сколько братьев с древнейших времён были готовы выбросить такое богатство за своих братьев?]

[Император? Да даже он такого не сделает? Никогда!]

[Это девятьсот миллионов! Это не девять миллионов, не девятьсот или девять тысяч! Даже государственная казна такой большой нации, как Тянсян, не зарабатывает сто миллионов за весь год!]

[Государственная казна Тянсяна не заработала бы столько даже за десять лет! И потратит ли Император всю сумму денег на одного человека... рискнёт ли он собственной жизнью ради друга...? Потратит ли он всё своё состояние на друга? Тратить девятьсот миллионов? Да можно построить город за такие деньги!]

[Никто никогда не делал этого с древних времен!]

Они ничего не сказали. Вместо этого они тихо вышли, чтобы устроить то, что толстяк приказал им сделать. Следовательно, там остались только два брата.

Цзюнь Мосе заговорил тихим голосом, когда они почти вышли: «Каждый из вас должен сначала принять таблетку для закалки костей. Вы почувствуете эффект сразу же. И, я уверен, что это улучшит ваши способности очень сильно!»

Хай Чен Фен и Сон Шан, разумеется, были в восторге от этой идеи.

Тан Юань, наконец, вздохнул с облегчением, когда увидел, что двое мужчин ушли. Оказалось, что он исчерпал все свои силы. Он сидел в своём кресле, будто парализованный, закрыв лицо руками…

Но через пару минут он очнулся и огляделся. После этого он подошёл к дверям и высунул голову наружу. Затем он подошёл к окну и закрыл его. Воспользовавшись возможностью, он украдкой вытер глаза рукавом. Он надеялся, что Цзюнь Мосе не увидит этого. Но Цзюнь Мосе видел всё очень чётко, как бы Тан Юань не скрывался.

«Что ты делаешь? Почему ты запираешься, как последний подлец?», – Цзюнь Мосе посмотрел на него. – «Не беспокойся. Даже эксперт Суань Духа или Великий мастер не смогут подслушать нас, пока я здесь»

«Это хорошо!», – Тан Юань вымученно улыбнулся. – «Что-то не так в последнее время, третий молодой господин»

«Что случилось?», – Цзюнь Мосе поднял брови.

«Что-то не так с Императорской семьёй. Можно сказать, что с самим Императором что-то не так», – Тан Юань стал задыхаться от страха. – «Молодой господин, всё уже было готово к тому моменту, когда ты покинул Южный Небесный город. На самом деле, они приготовили всё заранее, и устроили засаду у городских ворот. Тем не менее, ты убил всех, кто устроил засаду на тебя. После этого вы забрал имущество семьи Мэн. Ты поубивал всех, кто начал эти резкие атаки на тебя. Затем более тридцати правительственных чиновников погибли странным и таинственным образом. Я уверен, что увижу твою руку за этими событиями, даже если буду думать жопой! Я бы попытался привлечь тебя к ответственности и конфисковать твоё имущество за огромные преступления, которые ты совершил. Тебе не кажется странным, что мы не видели, чтобы Император хоть что-то сделал?»

«Должен ли я найти это странным?», – Цзюнь Мосе положил подбородок на руку и принял позу великого мыслителя.

«Да Император даже не пригласил тебя на Императорский двор с тех пор, как ты вернулся!», – Тан Юань сказал глубоко обеспокоенным тоном. – «Ты должен быть морально готов к этому, третий молодой господин. Сейчас семья Цзюнь процветает. Но ты не сможешь ничего сделать, если он хочет избавиться от вас. Ведь сила всей нации – не то, с чем один человек может справиться!»

«Что ж… Ты прав. Я приму это к сведению!», – выражение лица Цзюня Мосе становилось всё менее серьёзным…







Последнее изменение этой страницы: 2019-08-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.206.187.81 (0.013 с.)