ТОП 10:

Глава 266: Родовое учение семьи Цзюнь



Цзюнь Мосе взял руку Е Гухана и быстро влил чистую Суань Ци в его тело. Гухан слабо закашлял. Казалось, что его душили. Капли крови начали капать из уголков его рта.

“Нехорошо!" – Цзюнь Мосе покачал головой и нахмурился. Он поднял голову, чтобы посмотреть на Цзюнь Вуя: “Это большая проблема. И расходы на его спасение будут просто огромными! Очень огромными... короче, невъебически до хрена!" – затем он посмотрел на Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй: "Вы две, вы много натерпелись? Идите туда, отдохните!”

Когда он сказал "туда"... очевидно, он имел в виду двор Гуан Куинхан.

Цзюнь Вуй услышал это и понял, что он должен был помочь в этой ситуации: “Сяо И, Сяо Мей, найдите сестру Куинхан. Отдохните немного, хорошо? Мы оба здесь. Так что не волнуйтесь. Это не так серьёзно. Я сообщил вашей семье, и кто-то скоро придет, чтобы забрать вас домой. Ваше присутствие будет представлять проблему для усилий Мосе в его исцелении”

Дугу Сяо И была не очень довольна этим. Она согласилась, что третий дядя Цзюнь был прав, но это заставило её чувствовать себя отверженной. Она вздохнула, чтобы показать своё недовольство и отказалась уходить. Тем не менее, её утащила Сун Сяо Мэй. Старшая дочь семьи Сун была весьма восприимчива. Она давно поняла, что дуэт дяди и племянника имеет тайный язык общения, когда среди них присутствуют другие люди.

"Ты действительно не смог найти принцессу? – Цзюнь Вуй вздохнул и улыбнулся. – Вернулся бы ты, если бы не нашел её, молодой человек? Думаешь, я тебя не знаю? Ты либо не будешь давать обещания, либо завершишь задачу, даже если ты делаешь это один!”

“Зачем ты спрашиваешь, если знаешь?" – Цзюнь Мосе продолжал вливать энергию в тело Е Гухана, и начал исправлять его сломанные кости. Затем он испустил беспомощный вздох. – “Третий дядя, принцесса ненавидит меня. Но я не могу винить её, так как веду себя, как дегенерат. Гухан может быть холодным и гордым, но он хороший человек.”

Голос Цзюня Мосе стал серьёзным, когда он продолжал, “Наше решение помочь им, возможно, не обязательно было правильным. На самом деле, мы не должны были их спасать! Третий дядя, ты должен знать, что наша семья Цзюнь – ещё не очень стабильна на данный момент... ещё, мы навлекли ещё одну проблему на себя! Я уже решил это, и уверен, что никто не догадается о моей причастности. Но я, возможно, оставил несколько крошечных улик. Присутствие Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй также может оказаться огромным риском; но на самом деле, это может быть и большим подарком! Мы с тобой знаем, что позиция этих людей довольно чувствительна! Это может вызвать восстание против нас позже... что может привести к ещё большим проблемам.”

Цзюнь Мосе жестко посмотрел на Цзюнь Вуя: “Третий дядя, ты не думал об этом деле до конца. Этот вопрос мог бы ассоциировать семью Цзюнь с этим человеком; это может быть нехорошо!”

“Я уже думал над тем, о чем ты говоришь! – Цзюнь Вуй вернул взгляд Цзюню Мосе: – Ты должен знать, что твой отец, твой второй дядя и я выросли и обучены несколькими людьми. Раньше их было девятнадцать. Однако, сейчас только Е Гухан, три брата семьи Дугу, Муронг Чен Лун и я; только шестеро из нас остались в живых!”

Цзюнь Вуй вздохнул: “Теперь в отношении сегодняшнего дела — я знаю, что спасение Е Гухана сделает неудобство его величеству. Однако он будет чувствовать себя неудобно и ничего больше! Ему было некомфортно с Е Гуханом в течение последних десяти лет. Так что это не первый раз... но как я встречусь со своими тринадцатью братьями в Отчуждённом мире, если я изменю своё решение сейчас? Даже твой прадед не простит меня! И даже если маловероятно это случится и твой прадед простит меня — я не смогу жить сам после такого! Поэтому я буду продолжать свои усилия, чтобы спасти его!

Запечатлей это в своем сердце, Мосе — человек из семьи Цзюнь никогда не считает себя человеком с благородным характером! Мы вечно в благодарности! Мужчины рождаются, чтобы действовать, когда что-то не так; мужчины ставят такие вопросы прямо! Потомки нашей семьи долгое время упорствовали с этой гордостью! И это всегда было так. Твой пра-пра-прадед, то есть дедушка твоего деда, был просто обычным кузнецом. Тем не менее, он передал очень важный урок моему дедушке, когда умирал…”

Голос Цзюнь Вуя стал торжественным.

"И чему он научил?" – Цзюнь Мосе был несколько любознательным.

"Если у тебя есть яйца – не значит, ты мужчина! Мужчиной тебя делает несравнимый, неукротимый дух!"

У Цзюнь Вуя не было выбора, кроме как передать это учение, несмотря на то, что формулировка была довольно вульгарной и никак не украшала сам урок.

“... Если у тебя есть яйца – не значит, ты мужчина! Мужчиной тебя делает несравнимый, неукротимый дух...” – пробормотал Цзюнь Мосе. Изначально он хотел посмеяться. Но потом он понял, что эти слова были ему по душе.

“А ведь хороший урок! – Цзюнь Мосе стал несколько взволнован: – Похоже, что этот предок не боялся даже на грани смерти! Он был "настоящим мужчиной"!”

“Правильно! Бесчисленное количество людей носят хер в штанах, но настоящих мужчин очень мало! Мужчина... А что такое "мужчина"?

“А "мужчина" – это тот, кто возвышается! У него железная воля и преданное сердце! Он – человек характера с несравненным, неукротимым духом! – Цзюнь Мосе громко рассмеялся.

“Правильно! Если человек – трус, слишком осторожен и слишком любит жизнь... и если он боится смерти... он не может считаться настоящим мужчиной, даже если он соберёт сто жен и станет отцов восьмисот детей! – Цзюнь Вуй от души рассмеялся: – Железная воля и верное сердце; человек характера! Хорошо сказано!”

“Я просто восхищаюсь этими словами моего предка! – Цзюнь Мосе смеялся: “Этот урок очень нравится мне. Як божэнька смолвил! Я могу использовать эти слова, чтобы улучшить себя, и быть достойным имени моего предка!”

Цзюнь Вуй улыбнулся: "Правильно! Его слова могут показаться вульгарными и некультурными, но внутри они имеют огромное послание. Его слова – это действительно здорово!”

"Продолжать по-своему и делать то, чего хочет сердце — это действительно отличный способ жить!" – Цзюнь Мосе чувствовал себя очень счастливым внутри. [Этот урок, кажется, был сделан на заказ для меня!]

“Ты предпочитаете интерпретировать эти слова таким образом, но я делаю это по-другому. Возможно, это и есть главное различие между нашими характерами. И, наверное, поэтому мы ведем себя очень по-разному на публике!”

Цзюнь Вуй медленно улыбнулся: "Несравненно неукротимый дух! Я понимаю эти три слова таким образом — очень важно жить в вертикальном порядке; независимо от чего-либо. Сначала нам нужно иметь чистую совесть, и только после этого мы можем иметь несгибаемый дух!

Смерти не стоит бояться, просто желать богатства и процветания не достаточно! Богатство должно быть достигнуто мудрым и справедливым образом, сохраняя чистую совесть! – Цзюнь Вуй заявил решительным образом. – Желание твоего пра-пра-прадеда были именно в таком порядке: сначала — делай добро и становись хорошим человеком; потом — имейте чистую совесть. Эти два условия должны соблюдаться. Только тогда человек сможет говорить смело со справедливостью на своей стороне в любой ситуации!”

Цзюнь Вуй улыбнулся после того, как закончил описывать: "Ты ясно понял учения нашего предка, Мосе? Ты понимаешь причину моего решения помочь ему?”

“Да дядя, я понимаю, – Цзюнь Мосе ответил с уважением: – Ты выбираешь правильный путь. И тогда ты используешь свои возможности, чтобы сделать то, что твоё сердце желает!”

“Хорошо! – Цзюнь Вуй чувствовал себя очень доволен. Однако он не слушал. Его понимание и понимание Цзюня Мосе не были одинаковыми; на самом деле, они были совершенно разными.

Цзюнь Мосе сказал — найти правильный путь, а затем жить по собственному желанию. В то время как, Цзюнь Вуй ссылался на "правильный образ жизни" – чистую совесть... эти две вещи были совершенно разными. На самом деле эти две идеологии столкнулись друг с другом и ни в коем случае не намекали на один и тот же смысл.

Цзюнь Мосе не перестал вливать чистую энергию в Е Гухана, и всё ещё работал с Искусством разблокировки Небесной Удачи. Тем не менее, было недостаточно энергии, чтобы наполнить Е Гухана. Он был ещё без сознания, хотя его дыхание стало ровнее. Но это было всё, что Цзюнь Мосе мог сделать прямо сейчас. Он мог заставить Е Гухана оставаться в мире живых. Тем не менее, Цзюнь Мосе был бессильным, когда дело дойдёт до "возрождения" Е Гухана... или даже хоть как-то улучшить ситуацию …

Затем кто-то сообщил, что генерал Дугу прибыл со своим телохранителем; министр Сун также сопровождал их. Цзюнь Вуй спешно вышел, чтобы подготовиться, чтобы приветствовать своих посетителей. Дугу Вуди и министр Сун собирались пойти в резиденцию Цзюнь, когда они услышали объявление о прибытии принцессы Линг Мэн…

Мистер Вэнь привёз принцессу Линг Мэн обратно в Императорский дворец. Тем не менее, она там устроила шум, и потребовала, чтобы она могла увидеть Е Гухана. Её требования увидеть её дядю Е были настолько жестокими, что Императору самому пришлось пойти и утешить её. Но она стала ещё более дерзкой, когда Император попытался успокоить ее. Более того, её отношение стало холодным и далёким к нему…

Это продолжалось некоторое время, но затем Император был вынужден удовлетворить её требования.

Принцесса сделала несколько запросов о местонахождении Е Гухана после того, как она покинула Императорский дворец. В конце концов она узнала, что третий мастер семьи Цзюнь, Цзюнь Вуй, спас Е Гухана. Принцесса Линг Мэн была рада слышать эти новости, и сразу же отправилась туда.

За княгиней Линг Мэн стояли трое задыхающихся старика. Их начальник был признан ведущим медицинским экспертом в городе – Фан Хайшенг! За ними следовали Императорские телохранители, которые таскали медицинское оборудование.

"Дядя Е..." – принцесса сказала сразу. На самом деле, она побежала внутрь, как если бы никто другой не существовал в её глазах. Она подбежала к Цзюнь Вую и спросила: "Третий дядя Цзюнь, что насчёт моего дяди Е? Где он?”

Она не понимала, что она практически кричит, и её манеры могут считаться неприличными для большинства людей.

Цзюнь Вуй заставил себя улыбнуться и покачал головой. Принцесса чуть не упала. Она спросила дрожащим голосом: “Он уже…”

"Принцесса не должна делать такие предположения. Его состояние не очень хорошее, но Е Гухан ещё жив. Не волнуйся. Я нашел ему место во дворе Мосе. Эээ... я не собираюсь скрывать состояние здоровья Е Гухана от принцессы. Он стабилен на данный момент, но его состояние довольно плохое”, – Цзюнь Вуй сказал ей об этом заранее, так как он считал, что она должна быть психически подготовлена, когда она увидит его.

Третий Мастер Цзюнь действовал таким образом только потому, что она была дочерью Императора, и ей было необходимо действовать изящно, так как она была принцесса Империи. [Я не виню её в том, что она показала свои настоящие чувства заботы и нервозности по отношению к Е Гухану; и, конечно, не в такой отчаянной манере.

Эта огненная девочка очень эмоциональна и праведна.] Он видел, как три князя сражались между собой. Тем не менее, теперь он увидел контраст, в котором эта принцесса относилась к Е Гухану. Цзюнь Вуй не могла не подумать о том, чтобы она была хорошим человеком.

Они добрались до кровати Гухана.

Трое стариков тщательно осмотрели пострадавшего мужчину. Затем, Фан Хайшенг встал и беспомощно покачал головой: “Принцесса, господин Е получил серьёзные травмы в этой битве. Он также получил множество внутренних травм. И эти травмы находятся в смертельно опасных местах. Мы могли бы справиться с некоторыми трудностями, но его обстоятельства ухудшились из-за большой потери крови. Человеческое тело может восстановиться, если половина его крови была потеряна. Однако исцелить человека, потерявшего всего более трети крови уже крайне трудно. А он потерял почти всю кровь. Ни один медицинский Дан не спасёт его. Вообще-то, он уже должен был умереть. Господин Е Гухан выжил так долго, потому что его тело накачивали чистой Суань Ци двое очень могущественных людей. Но даже эта чрезвычайно чистая Сюань Ци не сможет поддерживать его тело очень долго. По прошествии некоторого времени всё станет хуже. Советуем принцессе заранее подготовиться к похоронной церемонии...”

Оказалось, что их грозная репутация как врачей была не безосновательной. Они уже сделали вывод о нынешней ситуации Е Гухана и неизбежности его судьбы. На самом деле, они даже полагали, что его тело поддерживает Суань Ци от двух очень мощных экспертов. Жаль, что эти три выдающихся человека не смогли спасти его жизнь...

Глава 267: Простите... я ничего не могу сделать

"Что? Вы хотите сказать, что состояние дяди Е безнадёжно? Я в это не верю! Императорские врачи, прошу вас... пожалуйста, найдите решение!" – симпатичное лицо принцессы стало призрачно-белым, когда она услышала диагноз трёх выдающихся экспертов. Выражение её лица стало невообразимо скучным, однако она не желала сдаваться. Поэтому она неоднократно просила главу трёх экспертов, Фан Хайшенга, найти решение.

"Принцесса, пожалуйста, позвольте мне доложить... кроме того, что мистерЕпострадал от огромной кровопотери, он также получил серьёзные повреждения тела. Его рёбра сломаны. Все пять жизненно важных внутренних органов были серьёзно повреждены, и помимо этого он получил не менее десяти серьёзных внутренних травм. Это неприятно слышать... но нет ни малейшего шанса спасти Е Гухана…"

Тон Фан Хайшенга был чрезвычайно серьёзным, когда он объяснял: "Даже сверхъестественное существо окажется бессильным в таком случае. Мы можем поддержать его некоторое время, и вы можете получить мнение других людей, пока вы не будете удовлетворены... это невозможно…"

Принцесса Линг Мэн больше не могла поддерживать свое тело. Она дрожала несколько мгновений, а затем упала на землю.

Фан Хайшенг вздохнул и покачал головой вместе с двумя другими врачами. Он не хотел беспокоить принцессу. Он навёл порядок в своём медицинском оборудовании и собрался уходить.

"Дядя Е..." – принцесса Линг Мэн пробормотала про себя. Красота её лица могла уничтожить нацию... Тем не менее, его цвет был сейчас таким же, как у почти мёртвого Е Гухана на данный момент.

По лицу Дугу Вуди казалось, что он больше этого не выдержит. Он вздохнул и покачал головой. Он тоже не хотел беспокоить этих двоих. Поэтому он покинул двор и направился к главному залу семьи Цзюнь.

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй остались во дворе, чтобы оказать поддержку принцессе Линг Мэн. Они боялись, что с их сестрой может случиться ещёчто-нибудь.

Сун Сяо Мэй не видела принцессу такой раньше. Она колебалась мгновение, но больше не могла этого вынести. Затем она тихо и быстро прошептала в ухо принцессе Линг Мэн: "Цзюнь Mосе может спасти господина Е"

Сун Сяо Мэй не была красивой женщиной. Однако она была очень талантлива и чрезвычайно умна. Её мудрость была сопоставима с мудростью Ли Юрана. Она услышала разговор между Цзюнем Мосе и Цзюнь Вуем, и слабо почувствовала, что Цзюнь Мосе может быть в состоянии спасти Е Гухана. Тем не менее, она не могла понять, почему Цзюнь Мосе не хотел этого сделать... Более того – она была предвзята в отношении принцессы. Сун Сяо Мэй не могло не чувствовать, что её сердце смягчается, когда она увидела, что Цзюнь Мосе держит рот на замке, несмотря на то, как принцесса скорбит. Поэтому она решила сообщить принцессе Линг Мэн о возможностях Цзюня Мосе.

Принцесса поверила информации, которая была дана ей "доброй" сестрой; не сомневаясь ни секунды в этом. Она не верила в Цзюня Мосе. Однако она никогда не могла сомневалась в Сун Сяо Мэй.

Принцесса рассматривала бы это как абсурд в обычных условиях. Однако на данный момент у неё не было выбора. Она бы твёрдо ухватилась за любые соломинки, которые могла бы найти... на всякий случай, если бы это оказалось единственным и единственным способом спасти жизнь Гухана. Поэтому она обязательно попытается... даже если шансы спасти его с помощью этого метода будут незначительными.

[Я должна спасти жизнь дяди Е – любой ценой!]

Все уже ушли. Тем не менее, Цзюнь Мосе до сих пор был здесь. Этот маленький двор был его жилищем, и раненый Е Гухан находился здесь. На самом деле, Гухан лежал на кровати. Как Цзюнь Мосе мог отказаться от собственного дома? Это единственная причина, по которой он остался здесь, а не свалил…

Цзюнь Мосе сидел на кресле в своей комнате. Его глаза были закрыты. Молодой Мастер Цзюнь всё обдумывал. [Я должен помочь Гухану с тех пор, как пообещал третьему дяде, что спасу его! Однако с его состоянием действительно трудно справиться. Итак, как мне подойти к процессу исцеления?]

Гухан потерял много крови, и это была огромная проблема для этих трёх медицинских экспертов. Тем не менее, это не было проблемой для молодого мастера Цзюнь, так как его ум сохранил медицинские знания из своей предыдущей жизни. Переливание крови не будет проблемой с силой и умением Цзюня Мосе до тех пор, пока он сможет найти кого-то с необходимым типом крови. Затем он мог помочь в передаче крови своим врождённым духовным талантом. Поэтому он не считал этучасть большой проблемой.

Цзюнь Мосе был уверен, что сможет вылечить и внутренние раны, нанесённые мечами. У него была сокровищница медицинских ингредиентов, и они обладали уникальными свойствами. Это поможет в процессе заживления. Жизнь Гухана была бы не очень удобной, если бы у него осталась только одна рука, оставшаяся после выздоровления...

Однако рёбра человека были "подлинной" проблемой. Его состояние было очень серьёзным в этом отношении, и это было также редкое явление. Потрясающе, что пятнадцать ребер были сломаны в нескольких местах. Из-за этого его грудь «затонула» внутрь. На самом деле ребра были сломаны примерно в 35-45 местах…

[Это очень сложная проблема!

Эта проблема, кажется, не имеет никакого решения!

Это не было бы проблемой, если бы речь шла о травме кости. Травма бы медленно вылечилась, пока бы он не перенес боль. Однако его жизненная сила на данный момент очень слаба. И он получил столько внутренних и внешних травм... Поэтому, сращивание костей приведёт к смерти Е Гухана. Это избавит его от маленького шанса на выживание!]

У Е Гухана было очень мало жизненной силы, оставшейся в его теле. И большая часть Суань Ци в его теле была чуждой ему. Одинокий Сокол и Цзюнь Мосе пронизали его тело большим количеством чистой и высокоуровневой Суань Ци. Однако даже это достигло пика своего предела. Повторное применение этого метода не сможет поддержать его во время операции.

[Однако, если я сначала вылечу раны плоти, а затем пополню Суань Ци внутри него... может быть, в нёмосталось достаточно жизненной силы,чтобы он пережил исправление костей в течение некоторого времени... хотя я считаю, что кости Е Гухана деформированы навсегда]

Цзюнь Мосе нахмурился, глаза всё ещё были закрыты. Он мучительно думал над этой мутной головоломкой, но не мог найти ни единого решения…

[Жаль, что в этом мире нет анестетиков! Лечение Гухана было бы не таким сложным, если бы у меня были анестетики…

Стоп... анестезия?!]

Цзюнь Мосе вдруг разволновался и шлёпнул себя рукой по бедру. Затем он открыл глаза в изумлении, потому что его бедро не почувствовало его руку…

Его рука почувствовала хлопок, но бедро не почувствовало этот удар. Это было странно…

Он открыл глаза. Молодой Мастер Цзюнь увидел принцессу Линг Мэн, закрывшую лицо рукой. Несколько слёз вытекли из её глаз. На её красивом лице медленно появлялся красный отпечаток ладони…

Шокирующе, ладонь ударила принцессу в лицо!

"Что ты делаешь? Зачем ты сидишь на корточках?! Ты… то есть вы подошли как призрак! Вы не могли хоть как-то пошуметь? Я не знал... Вы любите пугать других до смерти?" – голова Цзюня Мосе чуть не лопнула от переизбытка чувств. Ему было трудно думать и настроил свой ум на решение этой проблемы. Он был настолько поглощён мыслями, что не заметил, когда пришла принцесса.

...он случайно влепил ей по красивому лицу, а не по своему бедру.

Ему определённо «везёт» с женщинами... это действительно безнадёжно…

Принцессе явно было очень больно. Но, вопреки ожиданиям молодого мастера Цзюнь — она не казалась злой. На самом деле, её глаза, казалось, умоляли его. Затем она открыла рот и спросила: "Это... я умоляю молодого мастера Цзюнь... вы спасёте моего дядю Е, хорошо?"

Цзюнь Мосе был шокирован. Потом он понял, что происходит, и очень разозлился. Его взгляд стал острее молнии. Как копьё, его взгляд метнулся к Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй. От такого взгляда даже они захотели свернуться и дрожать под лавочкой…

У этой девочки была довольно большая терпимость. Однако, сердце старшей дочери семьи Сун дрожало, так как эта ситуация была вызвана ею. Она не очень часто пересекалась с Цзюнем Мосе. Но было очень ясно из поведения развратника Цзюня, что... [он будет мстить за сегодняшнее, верно?] Она надеялась, что его месть не будет слишком суровой, так как она была невестой Жиробаса…

"Спасти его? Как я могу спасти его? Трое лучших медицинских экспертов Империи ничего не смогли сделать. Так что может сделать такой развратник, как я? Ваше Величество, вы нашли не того человека! Эта ваша шутка не смешная, это действительно не смешно!" – ноздри Цзюня Мосе расширились от плохо скрываемого гнева. Его разум был полностью поглощён тем, как спасти жизнь Е Гухана. Тем не менее, сказал он так.

Это не имело ничего общего с принцессой. [Если бы я хотел спасти кого-то ... я бы спас его, даже если бы бесчисленные люди пытались остановить меня! Однако принцесса Линг Мэн понятия не имела о моих навыках. Но она только что пришла попросить об этом. Должно быть, это была Дугу Сяо И или Сун Сяо Мэй. Хотя я не думаю, что маленькая девочка раскрыла бы эту информацию. Так что остаётся Сун Сяо Мэй, старшая дочь семьи Сун…]

Цзюнь Мосе чувствовал себя несколько преданным.

Это чувство превратило его "хорошее" настроение в "злое"... всего лишь за секунду.

Предательство в глазах Цзюнь Мосе – это действительно предательство.

Было одно, чего Цзюнь Мосе не мог принять — когда люди предавали его.

Цзюнь Мосе всегда ненавидел людей, склонных к предательству.

Принцесса Линг Мэн почувствовала отчаяние после того, как выслушала холодный ответ Цзюня Мосе. Она вдруг заскрежетала зубами, и её глаза раскрыли решительное выражение. Она медленно выпрямилась, потом она внезапно опустилась на колени.

"Я умоляю вас! Пожалуйста, спасите моего дядю Е! Я умоляю вас, умоляю, умоляю... – принцесса Линг Мэн стояла на коленях. Выражение на её лице было безрассудным и сумасшедшим, но оно показывало неисчерпаемуюболь. – Мой дядя Е вынес бесчисленные удары из-за моей воли... он вытерпел так много, потому что я не разумна... нет ничего, что я могу сделать, чтобы он простил меня. Но он лежит сейчас и умирает... и я готова пожертвовать всем ради его жизни!

Цзюнь Мосе, я... я преклоняюсь перед вами!" – принцесса Линг Мэн упала на землю. Громкий удар был доказательством того, что она приложила всю свою энергию, чтобы кланяться перед ним. Это вовсе не было легкомысленным.

Дугу Сяо И и Сун Сяо Мэй стояли в шоке.

Какое благородное поведение у принцессы страны! Она твёрдо встала на колени перед вассалом и умоляла его... спасти жизнь телохранителя!

Императорская семья борется за власть с древних времен. В этой семье наверняка было много людей, которые были эмоциональными и справедливыми. Однако действия принцессы Линг Мэн были беспрецедентными.

Люди королевской крови должны вести себя в рамках Королевского достоинства. Но принцесса Линг Мэн проигнорировала всё это. Принцесса стояла на коленях перед Цзюнем Мосе, как будто она стояла на коленях перед высокоуважаемым старшим.

Кто угодно мог разглядеть решимость принцессы по тому, как она встала на колени.

Независимо от того, какой ценой... или с какими шансами на успех. Независимо от того, насколько нелепа надежда... она не колебалась.

Внешний вид Цзюня Мосе был таким же спокойным, как поверхность неподвижной воды. Но он был сильно потрясён внутри. Он никогда не ожидал, что принцесса Линг Мэн предпримет такой шаг ради Е Гухана.

Дугу Сяо И сделала огромный шаг вперёд, после чего сказала со слезами в голосе: "Почему ты колеблешься, мудак? Принцесса стоит перед тобой на коленях и умоляет, чего ещёты хочешь? Поторопись и сделай что-то, если ты можешь помочь! Разве нас двоих на коленях перед тобой не хватает?"

Выражение Цзюня Мосе оставалось холодным. Он протянул руку и оттолкнул Дугу Сяо И в сторону. Затем он равнодушно посмотрел на принцессу Линг Менг и сказал, не показывая никаких следов эмоций: "Простите, принцесса... я ничего не могу сделать".

Все тело Сяо Мэй дрожало. Она быстро всёпоняла. Она поняла, что совершила непростительную ошибку, сообщив принцессе о способностях Цзюня Мосе…

Глава 268: Клятва крови

Даже забыв о других вещах, она не учла темперамент Цзюнь Мосе. [Он сильно отличается от других людей. Этот человек не играет в открытую для всех. И нет исключений из этого правила!

Он всегда всё делает по-своему!]

Она только намеревалась помочь принцессе Линг Мэн и дать ей надежду. Однако, она прогневила Цзюня Мосе. Это разрушило любую надежду на спасение жизни Е Гухана.

Политическая позиция принцессы и Е Гухана была очень нестабильными. Более того, обстоятельства в семье Цзюнь тоже были не очень хорошими. Это заставило Цзюня Мосе отказаться от задачи спасения жизни человека.

“Почему? Что ещё мне делать? Чего ты от меня хочешь? Просто скажи это! Я даю слово, я дам тебе всё, что ты попросишь!" – принцесса Линг Мэн всё ещё стояла на коленях на земле в отчаянии. Она всё ещё цеплялась за свою последнюю надежду...

“Ничего, что вы предложите, не будет иметь никакого значения; я не доверяю вам”, – Цзюнь Мосе поднял голову и посмотрел на небо. Он издал глубокий вздох. Затем он сказал решительно: “Принцесса, я действительно хочу спасти его, но вы должны знать о ситуации в нашей семье Цзюнь... сказать, что она пиздец как неустойчива... это ещё мягко сказать. И если я смогу вылечить его, а даже три главных врача города не смогли... Что это значит?”

Цзюнь Мосе вздохнул: “Сейчас... люди могут только подозревать... и подозревать меня. Однако, это станет реальностью, если мне удастся спасти жизнь Е Гухана! Принцесса, Е Гухан является одним из "запрещённых имён" его величества Императора. Возрождение его равносильно оскорблению Императора! Это одно имеет отношение к жизням тысяч членов семьи Цзюнь... и десятков тысяч последователей нашей фракции. В таких обстоятельствах... принцесса... разве вы не думаете, что пожертвовать жизнью Гухана – это хорошая идея? Принцесса сделала бы это по-другому, если бы была на моём месте?

Как вы можете ожидать от меня доверия?! Семья Тян никогда не была верна никому. Разве принцесса не знает об этом?" – Цзюнь Мосе сказал тяжело.

“Я могу обещать хранить твой секрет... ты... ты просто спросил, как ты можешь мне верить... как я могу доказать, что можешь?" – принцесса Линг Мэн повесила голову. Она знала, что ни одно обещание, которое она сделает, не будет достаточным. Она не знала, как объяснить, что её обещания будут отличаться от обещаний её семьи. Некоторое время она молчала.

Дугу Сяо И закусила губу. Казалось, она хотела что-то сказать, однако в итоге она решила молчать.

Сун Сяо Мэй вздохнула в сердцах. Слова юного мастера Цзюнь были разумными. Она знала, что проигнорировала бы любые просьбы о помощи в такой ситуации. Она поняла, насколько детскими и неразумными её действия были .

[Нынешний Император очень мудр. Но один из его немногих неоспоримых недостатков заключается в том, что он слишком подозрителен…]

Сун Сяо Мэй потерялась в своих мыслях. Потом она увидела, как принцесса внезапно встала на ноги. Она встала лицом на север и снова встала на колени. Принцесса Линг Мэн очень сильно закусила губу, и из угла её рта начала стекать кровь. Кровь текла по её лицу и начала капать на землю.

Мгновение она колебалась, но положила левую руку на грудь. Затем она произнесла мягким, но решительным голосом: "Небеса над землей и Земля под Небесами! Боги этого мира и последующие поколения моих предков – слушайте мою клятву! Я, Линг Мэн, клянусь…”

Она остановилась на мгновение, и её лицо вдруг перекосило. Затем она продолжила: “...Если Цзюнь Мосе сможет спасти жизнь моего дяди Е, то я клянусь, что вернусь во дворец и не пожалею усилий, чтобы потребовать от моего отца... чтобы я вышла замуж на Цзюня Мосе. Жена или наложница... я буду исполнять его желания и никогда не пожалуюсь. Я проведу эту жизнь, будучи самой верной женщиной Цзюню Мосе. Я буду держать свой рот закрытым относительно всех его секретов, и я не буду разглашать ни одной вещи никому другому. Если я отрекусь или нарушу эту клятву... пусть умрёт вся моя семья! И пусть мои предки никогда не найдут покоя! Пусть меня саму разорвёт на тысячу кусков. И никто из моих потомков не должен остаться в этом мире! Я принимаю эту клятву крови перед Небом, Землёй и Богами этого мира!”

Принцесса повернула руку после того, как закончила говорить. В её руке блеснул тот самый красивый метательный нож. Нож мелькнул, как молния, и разрезал её кожу на руке. Она даже не вздрогнула, когда сделала это... кровь хлынула на землю. Принцесса нарисовала круг перед ней собственной кровью. Затем она поклонилась головой прямо в центр этого кровавого круга. Ее пышные волосы, разметались на земле. Она не поднимала головы в течение длительного времени…

Небо и Земля, как свидетели, во имя Богов и предков... её душа и её кровь вошли в эту клятву!

Это была самая священная, а также самая зловещая клятва на континенте Суань Суань. Никто не посмеет отказаться от этой клятвы. И принцесса Линг Мэн уже коснулась лбом центра кровавого круга.

Клятва была запечатана.

В этой жизни это было незыблемо.

Дугу Сяо И закричала в ужасе. Её маленькая рука прикрыла рот, а глаза быстро наполнились слезами.

Принцесса Линг Мэн встала. Её лицо было покрыто слезами, но она не плакала. Затем она повернулась к Цзюню Мосе и сказала: "Может быть, так я смогу убедить тебя... Цзюнь Мосе?”

Цзюнь Мосе молчал, будто парализованный.

Юный Мастер Цзюнь никогда не думал, что принцесса примет такую присягу — даже во сне.

[О чем ты говоришь?]

Цзюнь Мосе ранее решил спасти Е Гухана. Однако он не мог начать процедуру из-за некоторых сложных проблем. Затем внезапное прибытие принцессы Линг Мэн в сочетании с её "особой индивидуальностью" ещё больше обострило ситуацию.

В противном случае, он бы спас Е Гухана втайне, и выставил это, как деяние несуществующего "таинственного эксперта". Несколько человек, возможно, сомневались бы в этом, но это не было бы огромным препятствием. Однако он никогда не думал, что принцесса сразу же отправится в его резиденцию после возвращения в Императорский дворец. Более того, она привезла с собой трёх имперских врачей. И эти трое были лучшими медицинскими экспертами в городе Тянсян.

Эта куча из стольких людей убила план Цзюня Мосе. Он не смог бы спасти человека, даже если он на это способен, так как Император мог узнать о его талантах, если принцесса проронит хоть слово, и оно достигнет ушей Его Величества. Навыки юного мастера Цзюнь могли легко навлечь на него гибель…

Сначала его дедушка воспользовался неоправданным влиянием семьи Цзюнь, чтобы начать зачистку. Затем, травмы дяди таинственным образом исцелились. Затем последовало загадочное появление Аристократического зала. Любое логическое толкование этих фактов указывало бы на семью Цзюнь, и головы бы покатились…

Поэтому Цзюнь Мосе решительно отказался лечить Е Гухана.

Тем не менее, принцесса Линг Мэн дала эту клятву крови, чтобы завоевать доверие Цзюня Mосе…

Тело принцессы задрожало. На её лице было ожесточенное выражение, когда она посмотрела на Цзюня Мосе.

Она знала, что Цзюнь Мосе бесконечно просил своего дедушку, чтобы тот сделал предложение о своём браке с Императорской принцессой несколько лет назад. Однако после того, как она отвергла его, её отец также утратил интерес к семье Цзюнь. Всё это произошло спустя некоторое время.

Суждение принцессы Линг Мэн было затуманено нынешними обстоятельствами. Она не обращала пристального внимания на слова Цзюня Мосе. Она услышала, как он сказал: “Я тебе не доверяю”, и истолковала это как требование о её согласии к браку. [Это явственно показало реальную цель этого забулдыги! Тем не менее, я боюсь, что он не спасёт жизнь моего дяди Е, если я не соглашусь с его требованиями…

Разве я могу беспомощно смотреть, как мой дядя Е умрёт?]

Принцесса Линг Мэн пришла к невозможному выводу после того, как обыскала свою душу.

Поэтому она решила сделать эту клятву крови после некоторого колебания.

[Я пожертвую остаток своей жизни, но дядя Е выживет. Это не большая жертва, не так ли? В любом случае, кто сказал, что мой отец не будет использовать мой брак в качестве средства для укрепления власти в будущем? Нет никакой гарантии, что мне когда-нибудь разрешат выйти замуж по собственному выбору. На самом деле, он может просто отправить меня Цзюню Мосе, так как он довольно влиятельный…

Дядя Е делал так много, чтобы спасти мою жизнь. Разве я не могу сделать это для него?]

Поэтому принцесса Линг Мэн в конечном итоге приняла это решение.

С лезвия метательного ножа, всё ещё лежащего у неё в руках, на землю падала её кровь.

Однако ум принцессы был ледяным.

[Чего еще ты хочешь? Скажи, что хочешь…]

Тем не менее, он был просто в трансе…

Принцесса Линг Мэн смотрела на Цзюня Мосе. И Цзюнь Мосе смотрел на принцессу. Их мысли были в беспорядке. Сун Сяо Мэй могла понять их мысли. И глаза её были широко открыты от шока…

Вдруг, Дугу Сяо И громко всхлипнула посреди этой тишины... затем она начала рыдать, совершенно убитая горем.

[Брат Мосе... сначала он мне понравился... и всё же ты вдруг приняла клятву, не поговорив со мной сначала! Ты украла его! Нельзя! Сестра даже не обсуждала это со мной! Ты обманула меня!]

Дугу Сяо И чувствовала себя обиженной; ей было очень грустно. И когда она молча посмотрела на этих двух, смотрящих друг на друга... она подумала, что они смотрят друг на друга с любовью. Поэтому она не могла не расплакаться.

Дугу Сяо И была слепа в таких вещах. Она просто воображала эти вещи. То, что она восприняла, как ”любящий" взгляд между двумя людьми... на самом деле Цзюнь Мосе был ошеломлён и паниковал. Из языка его тела был намёк на смущение, и ему было тяжело сдерживать свой гнев. А принцессе было очень горько из-за "жертвы", которую она только что принесла.

Так что эти взгляды "любовными" мог назвать только идиот. Или Сяо И.

“Хорошо, блядь! Обещаю! Обещаю, я спасу его! – Цзюнь Мосе потряс головой и со вздохом сказал. – Однако, я не принимаю твою клятву. Мы с тобой друг другу не подходим. Характерами не сойдёмся! Поэтому, даже говорить о браке между нами – это абсурд!

Теперь по делу: Е Гухану придётся остаться здесь в течение длительного времени. Я могу восстановить его здоровье только очень медленно. И я не могу гарантировать степень его восстановления. Ты... понимаешь, о чём я?"

[Я могу спасти его или убить.

Ты приняла эту паршивую клятву. Даже если ты должна была принять клятву... то только типа "Я ни слова не скажу обо всём этом своим поганым ртом"! Я мог бы придерживаться своей первоначальной идеи, продавая историю о "таинственном мастере", спасшем жизнь Гухана, и ты была бы идеальным инструментом, чтобы заставить мир поверить в это. Только этого было бы достаточно! Но ты решила пойти дальше и добавить обещание, что выйдешь за меня... или станешь моей наложницей, и будешь выполнять мои желания! Какая дерьмовая клятва!







Последнее изменение этой страницы: 2019-08-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.232.51.69 (0.026 с.)