ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава 9 – Пилюля продлевающая жизнь



Время шло быстро, словно тени белых пони, мелькающие через пропасть. Прошёл месяц, через Секту Речного Духа стали дуть холодные ветры реки Тонг Тянь, а с деревьев стали падать осенние листья, внезапно Бай Сяочань понял, что уже целый год прожил в Секте Речного Духа.

За этот год он многое пережил. Он прошёл путь от обычного человека до культиватора, и даже достиг третьего уровня Конденсации Ци. Он также разобрался с серией конфликтов, начавшихся из-за его нового положения на Кухне Горящих Печей.

Сю Бао Цай больше никогда не появлялся у главных ворот Кухни Горящих Печей. Однажды Бай Сяочань спустился с горы за ежедневными поставками для Кухни Горящих Печей, и издалека увидел Сю Бао Цая. Заметив его, Сю Бао Цай поспешно покинул окрестности. Выглядело так, словно он до ужаса боялся Бай Сяочаня.

Тем не менее, за последний месяц Бай Сяочань часто был мрачным. Он вздыхал про себя, но не разговаривал с Первым Толстяком Чжаном и остальными. Он постоянно чувствовал себя беспомощным.

«Целый год моей жизни…» Пробормотал Бай Сяочань, пристально глядя на ближайшее дерево. От ветра, уже пожелтевшие листья падали на землю.

«Я такой же, как и это дерево, а падающие листья, это год моей жизни…» Думая об этом, Бай Сяочань мгновенно впал в депрессию.

За прошедший месяц он попробовал всё, чтобы восполнить или подпитать энергию своего тела. Тем не менее, прядь седых волос у него на лбу так и не вернулась к своему первоначальному цвету. Косвенным образом проконсультировавшись с Первым Толстяком Чжаном и остальными, он узнал, что в мире культиваторов действительно есть методы продления жизни. Но они либо имели определённые ограничения, либо были столь же редки, как перья феникса и рога Цилиня.

[Цилинь – божественный зверь в китайской мифологии]

Постепенно он становился всё более и более тревожным. Бай Сяочань либо не ел вообще, либо переедал, это уже вошло в привычку. В результате, его лицо становилось всё более болезненным и бледным. Однако, как раз тогда, когда он уже собирался сдаться и принять тот факт, что потерял год своей жизни, он кое-что нашел. Это случилось обычном днём. Он спускался с горы за ежедневными поставками и вдруг остановился. Он стоял у третьей горной вершины и смотрел на монумент у её подножия. Постепенно его дыхание участилось.

На южном берегу Секты Речного духа, у каждой вершины был монумент, находившийся у её подножья. Эти монументы были покрыты линиями символов, которые ярко сверкали. Время от времени, они протекали по поверхности монумента, а затем заменялись другими линиями.

Это было местом, где культиваторы Секты Речного Духа принимали задания от секты. Всем ученикам Секты Речного Духа приходилось выполнять задания, чтобы получить очки содействия и духовные камни для культивации.

Очки содействия были особенно важны. Было ли это для получения учебников, доступа к даосской магии, нормальному жилью или специальным областям культивации, почти для любого действия в секте требовались очки содействия. Очки содействия, в некотором смысле, были ценнее духовный камней.

В настоящее время, у монумента миссий было довольно много внешних учеников, их взгляды были сосредоточены на монументе. Время от времени, некоторые из них, выбрав на монументе задание, подходили к культиватору средних лет, сидевшему со скрещёнными ногами неподалёку. Они говорили с ним очень вежливо и вполголоса.

В толпе возле памятника было несколько рабочих. По сравнению с внешними учениками, которые носили голубые плащи с узорами цвета облаков и водных потоков, более низкий статус этих рабочих был ясно виден по их одежде.

Среди всех миссий Секты Речного Духа, на этих монументах не было лишь некоторых миссий, предназначенных для учеников Внутренней секты. Что касается остальных заданий, они были доступны как внешним ученикам, так и обычным рабочим.

Некоторые рабочие, которые сильно стремились к культивации, видели монумент миссий в качестве первого шага для получения более высокого статуса.

Бай Сяочань стоял там уже около двадцати минут; он смотрел на линии сверкающих символов в центре монумента. Выражение его лица постоянно менялось. В его глазах были заметны сомнения.

«Пилюля, продлевающая жизнь…никогда бы не подумал, что в секте есть таблетки такого рода. Судя по названию, этот вид пилюль способен увеличить продолжительность жизни…» Пробормотал Бай Сяочань. Задумавшись на некоторое время, он наконец-то решился подойти к культиватору средних лет, находившемуся рядом с памятником.

В настоящее время, культиватор был окружен довольно большим количеством внешних учеников, все из которых, заметив Бай Сяочаня, предпочли его проигнорировать. Из-за разницы в статусах между ними и Бай Сяочанем, они на него даже не взглянули.

Когда количество людей, окружающих культиватора, сократилось, Бай Сяочань вышел вперёд, сложил руки вместе, и, натянув маску очарования и невинности, поприветствовал культиватора средних лет.

«Добрый день, Старший Брат».

Культиватор средних лет поднял голову, посмотрел на Бай Сяочаня, а затем слегка кивнул, так ничего и не сказав.

«Старший Брат, есть миссия, в которой просят найти несколько лекарственных трав; так же там говорится, что тот, кто выполнит миссию, может получить за это пилюлю, продлевающую жизнь. Действительно ли эти пилюли способны увеличить продолжительность жизни?» В спешке спросил Бай Сяочань. В конце концов, это касалось его жизни.

«Пилюли, продлевающие жизнь… Хм, действительно есть такая миссия, и да, эта пилюля действительно способна продлить жизнь на год. Тем не менее, использование этих пилюль имеет несколько ограничений. Она эффективна только для культиваторов ниже пятого уровня Конденсации Ци; и сработает она только раз, приняв больше, никакого эффекта вы не получите. Несмотря на то, что она дорогая, она может продлить вашу жизнь лишь на год, так что не такая она и полезная». Культиватору средних лет Бай Сяочань показался хорошим ребёнком, поэтому он любезно рассказал ему всё, что знал сам.

«Как правило, эти пилюли используют только ученики Внутренней секты, ими они продлевают жизнь старшим членам своих семей, хоть они и стоят очень дорого. Вы собираетесь принять эту миссию?»

Бай Сяочань поднял голову и взглянул на монумент, а затем кивнул мужчине.

Культиватор средних лет поднял правую руку и пальцем указал на монумент. Сразу после этого, линии символов этой миссии перестали сверкать, в процессе становясь серыми. В это же самое время, у него в руке появилась нефритовая табличка. Затем он бросил эту нефритовую табличку Бай Сяочаню.

«Синие духовные листья, фрукты земляного дракона, кожа каменного червя... Три этих лекарственных ингредиента можно обменять на одну пилюлю, продлевающую жизнь». Медленно проговорил культиватор средних лет. Затем он повернулся к остальным ученикам Внешней секты и начал инструктировать их касательно миссий, с Бай Сяочанем он больше не разговаривал.

Бай Сяочань ушел, сжимая в руках нефритовую табличку. В его голове прочно засели слова: пилюля, продлевающая жизнь. Решимость медленно крепла в его глазах.

«Я должен найти эти лекарственные материалы и обменять их на пилюлю, чтобы восстановить потерянный год жизни».

С чрезвычайной решимостью Бай Сяочань отправился прямо в Дом Четырёх Морей и осмотрел там некоторые базы данных, доступные работникам секты. В конце концов, он нашёл информацию, которую искал.

Синие духовные листья были лекарственным растением, которое можно найти, лишь в местах обитания блуждающих духовных птиц. Эти птицы жили стаями, каждая из них имела такое же количество Ци, что и культиватор на втором уровне Конденсации Ци. Поймать такую птицу было очень нелегко, поэтому цена на них всегда была высокой.

Что касается фруктов земляного дракона и кожи каменных червей, похоже, что в Доме Четырёх Морей информации о них не было. Бай Сяочань коснулся своего кармана, а затем ушел с горькой улыбкой. Вернувшись на Кухню Горящих Печей, он спросил об этих лекарственных материалах Первого Толстяка Чжана и остальных толстяков; оказалось, что никто из них не слышал о фруктах земляного дракона, но Третий Толстяк Черный слышал о коже каменного червя. Кожу каменного червя получали, когда определённый вид духовных червей, который назывался «Каменный червь», сбрасывал свою кожу.

Говорили, что кожа каменного червя была несравненно твёрдой, необыкновенно тяжёлой и очень редкой на южном берегу реки. Культиваторы, способные производить кожу каменного червя, были лишь на северном берегу реки, потому что большая часть практикуемой там даосской магии была из категории управления животными. Тем не менее, хоть северный и южный берега принадлежали Секте Речного Духа, но их разделяла главная горная вершина. До тех пор, пока он не стал учеником Внутренней секты, Бай Сяочань не мог попасть на главную гору или перемещаться между северным и южным берегами.

«Зачем ты расспрашиваешь об этих лекарственных материалах? Ты в любом случае не сможешь их съесть.. А их цена, на рынке южного берега, невероятна высока». Сказал Первый Толстяк Чжан удивлённым тоном, поглаживая свой живот.

Когда Бай Сяочань услышал слово "рынок", его глаза внезапно заблестели. Кратко всё объяснив Первому Толстяку Чжану, он выскочил и побежал к подножью горы. Целый год он работал на Кухне Горящих Печей. И хотя в течении этого года он выходил из передних ворот Секты лишь несколько раз, он знал, что прямо у Кухни Горящих Печей был расположен рынок.

Лавки на рынке принадлежали в основном семьям учеников Внутренней секты и предлагали ученикам секты специальные услуги. Некоторые из лавок принадлежали непосредственно ученикам Внутренней секты. Год за годом, размеры рынка лишь увеличивались.

Обычно, когда Бай Сяочаню нужно было купить расходные материалы для Кухни Горящих Печей, он приходил именно сюда.

Бай Сяочань стал осматривать окрестности, особенно магазины лекарственных трав. Тем не менее, когда он вернулся на Кухню Горящих Печей, его брови были сморщены, а голова полна бесконечных вздохов.

«Так нечестно... Особенно фрукт земляного дракона. Это лишь плод растения, растущего под землёй, как он может быть настолько дорогим!?» Про себя пожаловался Бай Сяочань.

Он беспомощно осознал, что человеку, которым он являлся сейчас, никогда не получить пилюлю, продлевающую жизнь.

Он не волновался о деньгах. По сравнению с его жизнью, он совершенно не заботился о том, сколько денег ему придется потратить. Проблема заключалась в том, что у него не было такого количества денег. Кроме него самого, он знал лишь нескольких братьев, с которыми слишком хорошо ладил, чтобы занимать у них деньги. К сожалению, даже не смотря на то, что они были достаточно хорошо осведомлены, их карманы были так же пусты, как и его собственные; ни один из них не мог быть богаче него.

Что касается духовной пищи на Кухне Горящих Печей, хоть они и съедали украдкой немного, этого никто не замечал, но если бы они, когда-нибудь попытались что-либо продать, ужасно строгие контролёры Департамента Администрации просто так их бы не отпустили.

Бай Сяочань снова и снова об этом размышлял, но так и не смог придумать хорошего способа заработать деньги, исключая продажу духовно-очищенных вещей. Тем не менее, делая это, он чувствовал бы себя неудобно. В течении нескольких дней он серьёзно всё обдумывал.

Однажды, сидя в своей комнате со скрещёнными ногами в середине процесса культивации, он вдруг услышал звон колокола, раздававшийся по всей Секте.

Этот звон был громким, но быстро исчез. Бай Сяочань спокойно открыл глаза. Услышав звон колокола, он не был удивлён. На самом деле, с тех пор как он пришёл в Секту Речного Духа, он слышал этот звон каждый месяц. Уже давно, он узнал от Первого Толстяка Чжана, что это означает, что сегодня день, когда на горной вершине проводится вступительный экзамен для работников секты. Сегодня, обычные рабочие имели возможность стать внешними учениками.

Во-первых, если кто-то из работников секты хотел стать внешним учеником, он или она должны были обладать третьим уровнем Конденсации Ци. Во-вторых, он или она должны были выбрать вступительный экзамен вершины, к которой хотели присоединится. Хотя, чтобы пройти испытание, нужно было всего лишь подняться по лестнице ведущей на вершину горы, но было это не так просто, ведь она была зачарована какой-то магической силой, и могла заставить людей испытывать трудности даже с одним шагом. Если человек мог подняться по лестнице на вершину горы, он получал возможность стать учеником Внешней секты.

Тем не менее, количество мест во Внешней секте было ограничено; таким образом, каждая Вершина позволяла присоединится ко Внешней секте лишь первым трём рабочим, поднявшимся по лестнице. Это было для того, чтобы выбрать лучших из лучших. В Секте Речного Духа было много работников; количество рабочих только на южном берегу составляло около десяти тысяч. Таким образом, конкуренция в каждом отдельном тесте была очень напряжённой.

Люди на Кухне Горящих Печей всегда занимали одну и ту же позицию по отношению к этому тесту; они предпочли бы голодать или сгореть заживо, чем состязаться со всеми остальными работниками секты. Таким образом, каждый месяц, когда начинались испытания, они всегда пренебрежительно наблюдали со стороны.

Бай Сяочань закрыл глаза, прежде чем снова их открыть. На короткий миг в его зрачках сверкнул странный блеск, сменившийся удивлением. Он постепенно развивал эту идею. Он встал, прошелся по комнате, и внимательно рассмотрел эту идею под разными углами. Вскоре после этого его лицо наполнилось счастьем.

«Это должно сработать!» Он толкнул дверь и позвал Первого Толстяка Чжана и остальных, которые как раз обсуждали, какой неудачник-рабочий станет учеником Внешней секты на этот раз, а затем собрал их в углу.

«Братья, я придумал как заработать большие деньги! Пожалуйста, помогите мне, и мы вместе разделим богатство!» Облизнув свои губы, взволнованно сказал Бай Сяочань. Он смотрел на Первого Толстяка Чжана и остальных парой больших сияющих глаз.

Это был не первый раз, когда Первый Толстяк Чжан и остальные видели его таким. Ранее, когда Бай Сяочань предложил сделать дно чаш толще, что принесло огромную пользу Кухне Горящих Печей, он выглядел точно так же. Таким образом, Первый Толстяк Чжан и остальные толстяки, сразу же заинтересовались идеей Бай Сяочаня.

«Девятый Толстяк Бай, что у тебя за идея? Говоря по правде, мы все очень бедны. А всё из-за проклятого Департамента Администрации! В противном случае, если бы мы продали немного вещей, мы стали бы очень богаты!» Сказал Первый Толстяк Чжан, похлопывая по плечу Бай Сяочаня. Его глаза светились от предвкушения.

Глава 10 – Брат, подожди!

Бай Сяочань заметил, что все его братья-толстяки смотрели на него. Их маленькие глаза светились словно духовные камни; особенно выделялись глаза Первого Толстяка Чжана, в них, словно полыхало пламя. Почувствовав гордость, Бай Сяочань сухо прокашлялся.

«Брат, каждый месяц три горные вершины нашей Секты Речного Духа проводят Вступительный экзамен, позволяя таким же рабочим, как и мы, стать учениками Внешней секты, не так ли?» Сказал Бай Сяочань, поднимая своё прекрасное лицо. Независимо от того, как вы на него смотрели, Бай Сяочань казался «несравненно милым и хорошим парнем».

«Тем не менее, секта выберет лишь лучших из лучших. Поэтому, независимо от того, сколько людей пройдёт ежемесячный тест, каждый пик выберет лишь первую тройку, так?» Сказал Бай Сяочань, затем он облизнулся, а его глаза начали ярко светится. После слов Бай Сяочаня, Первый Толстяк Чжан и Третий Толстяк Чёрный, казалось, поняли о чём он думает. Кроме них, никто из окружающих не имел ни малейшего представления о том, что пытается сказать Бай Сяочань.

«Ты имеешь ввиду…», сказал, глядя на Бай Сяочаня, Первый Толстяк Чжан. Постепенно его глаза начали ярко светится.

«С нашим уровнем культивации, мы могли бы легко претендовать на все три места каждого пика…» Продолжая говорить, он посмотрел на нескольких, стоящих рядом с ним братьев. Каждый из них достиг третьего уровня Конденсации Ци, а Первый Толстяк Чжан и Третий Толстяк Чёрный и вовсе находились на пике третьего уровня. Если бы всё это время, они намеренно не подавляли свою культивацию, чтобы остаться на Кухне Горящих Печей, они бы уже давно прорвались к следующему уровню.

«Таким образом, если бы мы присоединились ко всем трём тестам, мы могли бы добраться до вершины горы раньше других, монополизируя первые три места, а затем… продать эти места другим тестируемым!» Сказал Бай Сяочань, глядя прямо на Первого Толстяка Чжана и остальных.

Когда первый Толстяк Чжан услышал слова Бай Сяочаня, всё его тело вздрогнуло.

«Чёрт, слишком аморально…» Он глубоко вдохнул, а затем яростно хлопнул себя по бедру. Его зрачки сияли ослепительным, никогда ранее невиданным, светом. Этот план не был сложным, наоборот, он был очень простым! Достаточно было одному из них изменить ход своих мыслей, как каждый из них легко это понял!

Первый Толстяк Чжан чувствовал себя просвещённым словами Бай Сяочаня, его голова была полна мудрости, словно перед ним открылись совершенно новые возможности. Он не мог не рассмеяться.

«Этот план слишком аморален, ха-ха!» Заорал Третий Толстяк Чёрный, яростно топча ногой землю. Либо от стыда, либо от волнения, его лицо становилось красным.

Теперь и остальные толстяки поняли, что имел ввиду Бай Сяочань. Их дыхание участилось, а кровь закипела. Когда они смотрели на Бай Сяочаня, их глаза наполнялись восхищением.

«Это сработает, давайте сделаем это!»

«Чёрт возьми! Эти ублюдки из Департамента Администрации притесняли нас столько лет, чем довели нас до крайней бедности! Теперь, когда Девятый брат здесь, давайте им отомстим!»

Все сразу же заволновались и начали обсуждать подробности плана, пока не почувствовали, что план безупречен. Когда в течении следующего месяца они сгладили все детали, Первый Толстяк Чжан радостно похлопал себя по животу и закричал.

«Сегодня, мы едим ещё больше!»

Бурные звуки веселья доносились с Кухни Горящих Печей. Весь последний месяц, все девять толстяков были очень мотивированы и очень усердно работали, чтобы обеспечить успех своего плана. Они даже занимались культивацией! Всё что им оставалось, так только дождаться наступления следующего дня.

И наконец, этот день настал.

Это было рано утром, под ярко светящимся солнцем. У подножия трех пиков Секты Речного Духа, развернулась беспрецедентная сцена – на месте проведения каждого теста, было три огромных черных котла, заметить которые, можно было даже издалека.

При ближайшем рассмотрении, под каждым котлом, можно было заметить толстяка с высоко поднятой головой, испускающего чрезвычайно могущественную ауру.

Это были девять человек с Кухни Горящих Печей. Они были первой партией рабочих, прибывшей на место проведения каждого теста. В соответствии с их предыдущими договорённостями, они разделились ровно на три группы. Каждая группа состояла из трёх человек, и будет проходить одно испытание.

На данный момент всё большее количество рабочих прибывало сюда со всех сторон, каждый из них был напряжён и полон надежд. Некоторым из них не удавалось пройти тест уже множество раз, в то время как на лицах тех, кто пробовал впервые, застыли беспокойство и предвкушение. Они надеялись на повышение своего статуса рабочих до статуса учеников Внешней секты.

Когда они приблизились к входным воротам каждого пика, они увидели толстяков с Кухни Горящих Печей.

«Кухня Горящих Печей? Почему они здесь?»

«Я был рабочим секты в течении девяти лет и пробовал пройти этот тест не меньше тридцати раз, но это впервые, когда я вижу здесь людей с Кухни Горящих Печей…»

Поскольку рабочие заметили появление людей с Кухни Горящих Печей, они связались со своими друзьями, и выяснили, что толстяки с Кухни Горящих Печей показались у подножия каждого горного пика; после чего все они сразу же взбесились.

«Происходит что-то грандиозное! Люди с Кухни Горящих Печей хотят стать внешними учениками, как вообще такое возможно…?»

Глядя на шокированные лица и слыша, как их обсуждают, Бай Сяочань, Первый Толстяк Чжан и Третий Толстяк Чёрный спокойно стояли у подножия третьей горы, полностью игнорируя все разговоры. Казалось, словно их умы были едины со вселенной.

Они сосредоточились на входах каждого из путей. В их глазах это было вовсе не испытанием, это было дорогой, вымощенной блестящими камнями духа.

Выражение лица Бай Сяочаня было особенно серьёзным, его глаза сосредоточились на входе.

Вскоре, с каждой из трёх горных вершин, стал медленно спускаться по воздуху человек. Тот, кто спустился с горной вершины, которую выбрал Бай Сяочань, был мужчиной средних лет, излучающим атмосферу подобную бессмертному. В тот момент, когда он появился на испытании, он увидел тело Первого Толстяка Чжана, который был похож на гору мяса.

Окинув взглядом Бай Сяочаня и других толстяков, этот человек, который был старшим на проведении вступительного испытания, сразу же удивился.

«Солнце сегодня встало на западе? Как правило, люди с Кухни Горящих Печей предпочли бы умереть, чем стать внешними учениками. Почему они пришли сегодня?»

Он наградил их ещё несколькими взглядами, прежде чем принять обнадёживающий вид. Затем, взмахнув рукавом, он начал говорить звонким голосом.

«Вступительный экзамен во Внешнюю секту, начинается!» После того, как он закончил говорить, прозвучал гонг, его звук эхом раздался по всей секте. В то же самое время, у входа на лестницу быстро мелькнул луч света, быстро открывший ворота.

Когда ворота открылись, Первый Толстяк Чжан с решительным видом глубоко вдохнул, и словно порыв ветра рванул на гору, он бежал так быстро, будто за ним гналась стая разъярённых диких зверей.

Глаза стартовавшего сразу за Первым Толстяком Чжаном, Третьего Толстяка Чёрного, светились яростным светом. Он побежал так, словно пытаясь вырвать его позицию на испытании, кто-то пытался лишить его жизни.

Третьим кто побежал был Бай Сяочань. Он бежал даже быстрее братьев, прыгая высоко в воздух словно кролик, он рванул на гору. Его голова была наполнена мыслями о пилюле, продлевающей жизнь. Когда другие участники заметили их исчезновение, все трое уже были на лестнице, продвигаясь вперёд так быстро, как они только могли.

В это время, остальные рабочие наконец поняли, что произошло. Выражения их лиц резко изменились, один за другим, все они, скрепя зубами, бросились к пути. Они изо всех сил старались их догнать.

Такая ситуация сложилась не только на этой горе, на других испытаниях дела обстояли точно также. Толстяки с Кухни Горящих Печей вырвались далеко вперёд.

У подножия третьего пика, называвшегося Горой Душистых Облаков, Бай Сяочань и другие, бежали по испытательной лестнице словно ветер. Они далеко опередили ближайших конкурентов. Тем не менее, они понемногу замедлялись увеличивающимся давлением пути. Они чувствовали, будто на их тела обрушился огромный вес.

Бай Сяочань оглянулся, и увидел прямо позади себя семь или восемь человек. Он забеспокоился, словно у него пытались отнять его пилюлю, продлевающую жизнь.

«Украсть мою пилюлю продлевающую жизнь, тоже самое, что и украсть мою жизнь!» Он затаил дыхание, а его лицо становилось всё краснее и краснее. Вся его Ци быстро вырвалась из его тела, более чем в два раза увеличив его скорость, он рванул вперёд так быстро, словно кабан, которому наступили на хвост. Это позволило ему обогнать Первого Толстяка Чжана и Третьего Толстяка Чёрного.

В то же самое время, Третий Толстяк Черный использовав неизвестный метод, с громким рёвом, мгновенно увеличил свою скорость, что позволило ему обогнать Первого Толстяка Чжана и догнать Бай Сяочаня. Видя, что Бай Сяочань, и Третий Толстяк Черный исчезли из виду, Первый Толстяк Чжан начал беспокоится.

Он глубоко вдохнул. Затем его жирное, мясистое тело быстро и заметно уменьшилось, словно его жир вдруг сгорел. Одновременно с этим, его скорость также возросла. Вскоре он догнал Третьего Толстяка Чжана, и Бай Сяочаня. Затем они втроём снова ускорились, оставив после себя лишь облака пыли.

Остальные рабочие, бегущие за ними, были глубоко шокированы их действиями. Вскоре, на их лицах появились выражения безнадёжности. Они не могли с этим согласится. Они делали всё возможное, но как бы они не старались, они не могли догнать Бай Сяочаня и двух толстяков. Самые несдержанные из них, стали громко ругаться.

«Эти ублюдки должны умереть! Они должно быть на афродизиаках! В противном случае они не смогли бы бежать так быстро!»

По прошествии времени, необходимого чтобы сжечь палочку благовоний, Бай Сяочань первым прибыл на горную вершину. Там он увидел двух, стоящих в конце пути, учеников Внешней секты, которые ожидали, когда на гору поднимется первая тройка рабочих.

«Поздравляем брат…» Видя поднимающегося Бай Сяочаня, два ученика Внешней секты, стоящие в конце пути, слегка ему улыбнулись. Они успели проговорить лишь два слова, прежде чем их глаза расширились от того, что произошло дальше.

Они видели, как Бай Сяочань вдруг замедлился, а сделав ещё несколько шагов и вовсе остановился. До конца лестницы, где находился выход с испытания, оставался всего лишь один шаг.

Он посмотрел на двух, стоящих впереди него, учеников Внешней секты, а двое внешних учеников уставились на него. Бай Сяочань мило улыбнулся, а затем развернулся.

«Стоп!» Крикнул Бай Сяочань, обернувшись и подняв руки. Вслед за его голосом, следовавшие за ним по пятам, Третий Толстяк Чёрный и Первый Толстяк Чжан, дыхание которого сбилось, внезапно остановились. Все трое стояли прямо перед выходом с пути, быстро хватая ртом воздух, а затем, поглядев друг на друга, внезапно залились радостным смехом.

Два внешних ученика, стоявших рядом с ними у выхода с пути, взглянули друг на друга, и казалось, были не в состоянии понять, что случилось с этими тремя. Они начали задаваться вопросом, всё ли в порядке с мозгом этих рабочих. Они зашли уже так далеко, но просто остановились, прямо перед выходом, вместо того, чтобы закончить тест.

«Младшие братья, вы прибыли первыми, теперь вы можете пройти. Как только вы подниметесь, вы успешно сдадите экзамен, и все трое получите статус учеников Внешней секты». Любезно сказал один из внешних учеников.

«Ученики Внешней секты? Да кто хотел бы стать учеником Внешней секты?!», небрежно махнув рукой, сказал Первый Толстяк Чжан, прежде чем сесть на землю вместе с Третьим Толстяком Чёрным. Вдвоем они выглядели, словно две мясных горы, полностью блокируя выход с пути.

Бай Сяочань сел перед этими двумя, и с лицом наполненным гордостью, стал дожидаться прибытия остальных участников.

«Что? Вы не хотите стать учениками Внешней секты? Тогда что вы здесь делаете? Да что с вами не так?!» Раздраженно спросили внешние ученики.

Бай Сяочань и его спутники, были глухи к словам внешних учеников, все они сконцентрировали свои маленькие глаза на лестнице.

По прошествии времени, необходимого чтобы сжечь другую ароматическую палочку, они наконец увидели ещё одного рабочего, с длинным как у лошади лицом. Этот рабочий задыхался, словно буйвол, но медленно поднимался по лестнице, и был уже недалеко от выхода. Увидев Бай Сяочаня и толстяков, рабочий с лошадиным лицом, разочарованно вздохнул. Эта была его девятая попытка пройти тест, и сейчас он был ближе всего к прохождению. Тем не менее, он столкнулся с Кухней Горящих Печей.

Когда этот рабочий, лицо которого было наполнено разочарованием и гневом, собирался развернуться и сдаться, Бай Сяочань поспешно встал и крикнул.

«Брат, подожди! Иди сюда, иди сюда! Я тут подумал и понял, что не могу покинуть Кухню Горящих Печей. Поэтому, я решил не становиться учеником Внешней секты, так что эта позиция…»

На короткое время, рабочий с лошадиным лицом, был ошарашен, а затем его глаза мгновенно засияли.

Глава 11 – Ху Сяо Мэй

"Я спасён!" Эта первая мысль, появившаяся в голове рабочего с лошадиным лицом после слов Бай Сяочаня. Тем не менее, он стал колебаться, увидев горы мяса со злорадными ухмылками, стоящие позади Бай Сяочаня.

«Вы…»

Милое и нежное лицо Бай Сяочаня растянулось в яркой улыбке. Он казался человеком, который даже мухи не обидит. Он сделал несколько шагов вперёд, похлопал по плечу рабочего с лошадиным лицом, и улыбнувшись сказал.

«Поздравляю, брат! Вы собираетесь стать учеником Внешней секты. Словно рыба, прыгнувшая через драконьи врата, вы воспарите и очень быстро достигнете вершины. Ваше будущее безгранично! Тем не менее, ваш младший брат потратил множество усилий, чтобы зайти так далеко, как насчёт небольшого вознаграждения за мои страдания?»

Лошадиное лицо рабочего моментально потемнело. Если бы к настоящему моменту, он не понял смысла слов Бай Сяочаня, то весь его жизненный опыт, в несколько десятилетий, был бы совершенно бессмысленным. Он взглянул на Бай Сяочаня, а затем на Первого Толстяка Чжана и Третьего Толстяка Чёрного; выражение его лица постоянно менялось. Он быстро прикинул прибыль и убытки, думая о том, стоит ли принимать предложение Бай Сяочаня.

Вскоре, рабочий с лошадиным лицом заскрежетал зубами. Он в самом деле не хотел отказываться от этой возможности, и не потому, что ему пришлось бы ждать следующего месяца, а потому, что он не знал сможет ли он снова сдать тест. Кто знает? Может быть в следующем месяце он снова столкнётся с конкурентами сильнее себя. Не говоря о том, что эти трое, стоящие перед ним, скорее всего тоже придут на следующий тест.

Самое главное, что он очень давно хотел стать учеником Внешней секты, и его лучшая возможность, была прямо перед ним. Он резко топнул ногой по земле.

«Сколько вы хотите?» Скрепя зубами, спросил рабочий с лошадиным лицом.

«Не так много, не так много. На подготовку к этому испытанию, я потратил многие месяцы, так что возьму, лишь двадцать духовных камней» Восхищённый Бай Сяочань, поспешно взвинтил цену. Услышав эту цену, сердце рабочего с лошадиным лицом мгновенно задрожало. Махнув рукой, он собирался отказаться, но прежде чем он успел открыть рот, снова заговорил Бай Сяочань.

«Я совершенно не жадный, взгляните на нас троих, вы не можете компенсировать только мои страдания. Ради этого испытания мои братья голодали!»

По этому поводу, Бай Сяочань не врал. Поднимаясь по лестнице на вершину горы, Первый Толстяк Чжан и Третий Толстяк Чёрный действительно немного потеряли в весе, чтобы увеличить свою скорость.

Рабочий с лошадиным лицом взглянул на двух толстяков, и в сердце начал их проклинать. Затем он немного поторговался с Бай Сяочанем, прежде чем наконец остановится на цене в шестнадцать духовных камней. С лицом полным сожалений, испытывая огромную сердечную боль, рабочий с лошадиным лицом бросил Бай Сяочаню маленькую сумку.

«Теперь вы довольны?» Спросил хриплым голосом рабочий с лошадиным лицом.

«Очень хорошо. Дорогой брат, пожалуйста, подождите в сторонке. Мы откроем выход после того, как покажутся два других счастливчика». Радостно сказал Бай Сяочань, бросая маленькую сумку с духовными камнями Первому Толстяку Чжану.

Услышав, что придётся ждать ещё двух рабочих, лошадиное лицо мгновенно позеленело. Выражение его лица было сложным, он надеялся, что остальным будет также плохо, как и ему.

В тоже время, когда двое внешних учеников, стоящих рядом с выходом, поняли, что здесь происходит, их глаза моментально расширились.

«Что… что ты делаешь? Как смеете вы продавать позиции внешних учеников?» Внезапно крикнули внешние ученики глубокими и резкими голосами.

«Чего вы раскричались? Мы взобрались сюда и слишком устали, чтобы продолжать, поэтому решили позволить другим пройти вперёд. Что в этом плохого? И так, как мы тяжело работали, наш дорогой брат наградил нас за наши усилия. Опять же, что не так?» Сказал Первый Толстяк Чжан. Он счастливо пересчитывал духовные камни, когда услышал обидные слова внешних учеников. Он повернулся и бросил на них злобный взгляд.

Его глаза заставили внешних учеников потерять дар речи. Они не знали, как это опровергнуть.

В то же время, семь или восемь рабочих из последних сил поднимались по экзаменационной лестнице, их тяжёлое дыхание походило на раскаты грома. Впереди группы шаг за шагом шёл полуголый мужчина лет тридцати.

Увидев, что он поднимается, глаза Бай Сяочаня загорелись. Он поспешно подошел к человеку.

«Брат, вы немного опоздали. Но мой брат неожиданно решил отказаться становиться внешним учеником, не хотите ли его место?»

Крепкий мужчина на секунду остановился. Услышав слова Бай Сяочаня и увидев всех собравшихся здесь людей, он мгновенно понял, что здесь происходит. Он злобно фыркнул.

«Как смеете вы, маленькие ублюдки, шантажировать старшего?! Отвалите!» Проворчал крепкий мужчина. Он вдруг взмахнул рукой в воздухе, выпуская духовное давление пика третьего уровня Конденсации Ци.

Взвизгнув, Бай Сяочань сделал шаг назад.

«Большой брат!»

Почти сразу же, после слов Бай Сяочаня, с небес обрушилась огромная гора мяса.

Лицо крепкого человека мгновенно побагровело. Он смотрел в шоке. С громким рычанием, на его тело обрушилась огромная гора мяса.

Из-под тела Первого Толстяка Чжана доносился крик. Первый Толстяк Чжан сидел прямо на теле бедного человека. После непродолжительной борьбы, мужчина понял, что не в состоянии самостоятельно выбраться из-под тела Первого Толстяка Чжана. Если бы не его крепкое и сильное телосложение, он давно бы уже упал в обморок от недостатка воздуха.

Когда остальные рабочие, внимательно следящие за крепким мужчиной, увидели, что с ним случилось, они были в шоке, а их сердца начали дрожать от страха.

Внешние ученики, стоявшие возле выхода, глядели на бедного крепкого человека, чьё тело было придавлено весом Первого Толстяка Чжана. Они не могли помочь, но чувствовали к нему симпатию.

«Большой брат, у нас есть зрители» Сказал низким голосом Бай Сяочань, стоявший рядом с Первым Толстяком Чжаном, когда ему в голову пришла идея.

Первый Толстяк Чжан работал с Бай Сяочанем целый год, а потому сразу его понял. Он сразу же взглянул на крепкого человека, а затем поднял огромные кулаки, похожие на молоты, и начал бросать в него удары, каждый из которых раздавался громом.

«Пытаешься обокрасть толстого мастера? А у тебя есть яйца!» Крикнул Первый Толстяк Чжан, бросая в него ещё один удар.

«Мы с братьями, потратили здесь так много усилий, собираясь стать внешними учениками. Но теперь, когда мы отказались, и любезно предложили это место тебе, ты отказываешься дать нам небольшую компенсацию?!»

«Чёрт возьми! Как ты смеешь отказываться от нашей доброты?!» Крикнул Первый Толстяк Чжан, и вместо того чтобы ударить человека, поднял своё тело и снова бросился на беднягу. Выпустив очередную серию криков, крепкий человек был почти до смерти раздавлен. Когда он увидел, что Первый Толстяк Чжан снова встал, на его лице мгновенно показался первобытный ужас. Он тут же высунул руку, державшую небольшую сумку, и изо всех оставшихся сил крикнул.

«Я всё компенсирую!»

Первый Толстяк Чжан остановился, а затем поспешно встал и помог подняться на ноги крепкому человеку. Он выхватил сумку из рук человека, а затем в неё заглянул. Его лицо мгновенно наполнилось счастьем. Он посмотрел на мужчину, улыбаясь от уха до уха, и мягко смахнул пыль с его одежды.

«Ха-ха, отлично брат. Почему ты просто не сделал этого раньше? Подходи, подходи, подожди вон там, ещё один рабочий и мы освободим дорогу».

Сердце крепкого человека было наполнено бесконечной обидой, но он не смел жаловаться. Он мог лишь с кислым лицом встать возле рабочего с лошадиным лицом. В отличии от него, рабочий с лошадиным лицом, казалось, чувствовал себя намного лучше, после произошедшего с крепким человеком. Он почувствовал, что ранее поступил очень мудро.





Последнее изменение этой страницы: 2019-05-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.200.252.156 (0.03 с.)