ТОП 10:

Опыт изучения средневековой таманской нумизматики



Опыт изучения средневековой таманской нумизматики

В статье рассмотрен и обобщён 65-летний опыт исследований таманских подражаний византийскому милиарисию Василия II и Константина VIII (976 – 1025). Представлено собственное видение, выработанное на основе критического анализа работ предшественников и изучения массива таманских подражаний, большое количество которых стало известно в последние годы. В работе используется принцип авторской систематизации, призванной способствовать кодификации возросшего объёма данных об этой интереснейшей чеканке.

Ключевые слова: Гермонасса, Тмутаракань, Тамань, милиарисий, Византия, таманское подражание, Тмуторокань.

Оглавление

1. Проблема ……………………………………………………………………. стр. 2.

2. Классификация………………………………………………………….........стр.2.

3. Места и обстоятельства находок……………….……………………………стр.5.

4. Место чеканки. Эмитенты и их цели ..………………………..…………….стр. 7.

А. Налаживание выпуска…………………………………………………….стр. 7.

Б. Монеты класса G………………………………………………………..…стр. 9.

В. Монеты класса F………………………………………………………....стр. 12.

5. Временной период

А. Начало………………………...…………………………………………. стр. 13.

Б. Продолжительность ……………………………………………...............стр. 13.

В. «Внеэкономическое» использование……………………………...……стр. 16.

6. Объём чеканки ……………………………………………………….......... стр. 17.

7. Номинальная функция ……………………………………………………... стр.18.

8. Техника чеканки ………………………………………………………....…стр. 24.

9. Перечеканка ……………………………………………………………..…..стр. 25.

10. Подражания иным образцам…………………………………………….....стр. 27.

А. Подражания солидам Василия II и Константина VIII…………………стр. 28.

Б. Подражания милиарисию Иоанна Цимисхия………………..................стр. 28.

В. Артефакты «со стоящей фигурой» …………………………………......стр. 30.

11. Покрытия ……………………...… ………………………………………...стр. 32.

Сокращения и условные обозначения……………………………...............…стр. 33.

Список литературы …………………………………………………………….стр. 33.

Об авторе………………………………………………………………………стр. 37.

Проблема

Необходимость изучения таманских подражаний византийскому милиарисию Василия II и Константина VIII (976 – 1025) (далее – ТП) обусловлена их сущностью нумизматических памятников, хранящих бесценные сведения о рубеже X и XI вв. Рассматриваемый период – один из ключевых для понимания средневековой истории, как Северного Причерноморья, так и всей Восточной Европы. В настоящее время разрешены далеко не все вопросы, связанные со становлением русской государственности и сферой влияния Древней Руси в последовавшем XI в. Иных синхронных источников, свидетельствующих об активности русов в регионе, выявлено крайне мало. Их скудость компенсирована обилием находок ТП.

Первая публикация девяти таких предметов была осуществлена К.В. Голенко в 1953 г. Автор определил, что образцом для таманских средневековых подражаний послужил, собственно, серебряный милиарисий Василия II и Константина VIII (976 – 1025) (Голенко К.В., 1953. С. 269; рис. 1).

К настоящему моменту число известных ТП составляет более 2300 экземпляров (не включающих монет из вспомогательных классов – A и M), что делает возможным их системное изучение.

Классификация

Подчеркнём, что все, изучавшие этот вопрос, вплоть до последнего времени, были вынуждены иметь дело с крайне ограниченными и разрозненными данными. Самые обеспеченные материалом учёные оперировали цифрами порядка 50 экземпляров, и производившиеся ранее попытки классификации источников, т. о., не могли охватить всего их многообразия.

«Все имеющиеся в нашем распоряжении подражания милиарисиям Василия II и Константина VIII с Таманского полуострова представляют собой характерную компактную группу монет, внутри которой ясно прослеживается постепенное искажение первоначального монетного типа и ухудшение пробы металла от серебра до чистой меди» (Голенко К.В., 1953. С. 269). Именно в таком порядке 49 ТП расположены и в следующей его публикации: вначале наиболее походящие на настоящие милиарисии, выполненные в серебре, в конце – деградированные медные, отдалённо напоминающие прототип (Голенко К.В., 1961. С. 221 – 225).

А.Д. Басок в 1998 г. предложил оригинальную классификацию, основанную на деталях оформления одежд фигур, расположенных по сторонам креста на аверсе (Basok A., 1998. С. 81).

Изученные К.В. Бабаевым и интересующие нас в рамках рассматриваемой темы памятники, отнесены им к III типу «монет Тмутараканского княжества». Они разбиты на три подтипа: a, b и c – соответственно: серебро, биллон и медь – внутри которых монеты получили простые номера. На базе 25 экземпляров автором была сделана попытка классификации штемпельных пар ТП «по двум основным критериям: металл изготовления и штемпельные группы по качеству прорисовки. Вспомогательным критерием будет являться вес монет, который… коррелирует с установленными нами штемпельными группами» (Бабаев К.В., 2009. С. 40 – 61).

Предлагаемая Н.Е. Дуткинским классификация разбивает всю чеканку ТП на 10 основных классовштемпелей лицевой стороны (Дуткинский Н.Е., 2016. С. 20 – 26). Классам присваиваются обозначения латинскими буквами: от B до K +вспомогательный классN. Чем-либо примечательные византийские милиарисии помещены в класс A. Внутри классов штемпели имеют сквозные номера, через дефис с которыми ставятся номера известных экземпляров.

Разбивка ТП на классы условна и производится для облегчения определения экземпляров, выполненных одним штемпелем аверса, а также для удобного размещения вновь выявляемых монет. Некоторые классы имеют пересечения.

Система традиционно базируется на степени деградации, а в поздних классах, сверх того, – на особенностях внешнего оформления аверсов. Императоры на прототипе изображены с водружёнными на головы стеммами, с двумя жемчужными нитями по бокам – пропендулиями. Уже на ранних подражаниях резчики стремятся упростить эту кропотливую работу. Передача образа этих украшений с определенного момента подражательной эмиссии позволяет разделить её на два «потока». В первом случае (классы G и H) пропендулии изображались «дредами», которые почти сразу стали передавать сплошными прямыми линиями, с парой отстоящих в стороны точек – сверху и снизу (рис. 3). Во втором варианте (классы I и J) ускорение изготовления штемпеля аверса пошло по пути набивания пунсонами довольно крупных точек, расположенных «нимбом» вокруг голов (рис. 4). Далее оба «рукава» деградируют до монет, помещаемых авторами в последний класс K, когда по полю аверса хаотично набиваются как «дреды», так и «нимбы», а зачастую уже нет ни того, ни другого, и изображения императоров крайне схематизируются (рис. 1).

Рис. 1. Монета K40-12 (диаметр 20 мм). На оборотной стороне брокаж

В процессе изучаемой чеканки имели место расчистки и доводки штемпелей с конвертацией признаков, определяющих принадлежность к классу (штемпели E5 и H6(Дуткинский Н.Е., 2016. С. 154). Некоторые монеты могли бы быть перенесены из одного класса в другой, ввиду неявной выраженности классифицирующих признаков (I70-2 (Там же. С. 233),I70-6). Сохранность некоторых образцов, их загрязненность и невысокое качество имеющихся фотоизображений также зачастую затрудняют определение.

«Предлагаемая классификация по признакам стилистической деградации, хотя и бесспорна в общих чертах, не может считаться безусловной для каждого отдельного случая» (Голенко К.В., 1961. С. 219).

А. Налаживание выпуска

К.В. Голенко высказал мысль, что локализация находок«и дата чекана подражаний не оставляет сомнений в их тмутараканском, русском происхождении» (Голенко К.В., 1961. С. 216).

Через 40 лет было опубликовано мнение А.Я. Сергеева о «племенном» характере этой чеканки, поскольку подражания не несут на себе ни имени вождя, ни знаков государственности(Сергеев А.Я., 2001. С. 88).

В то же время, С.И. Безуглов утверждал, что «очевидно, таманскую чеканку X – XI вв. следует признать варварской по типу и государственной по характеру. Она не имела прецедента в хазарский период» (Безуглов С.И., 2002. С. 54).

Но изготовление ТП не могло не иметь прецедентов, поскольку местные подражания монетам различных метрополий чеканились в античное время, в том числе – и на Тамани. Известны также предшествовавшие таманским и современные им подражания арабским дирхемам, к которым на начальных стадиях производства никакие государства, вероятно, также не имели отношения, но могли иметь отношение военно-торговые объединения, часть которых позднее превратилась в «варварские» протогосударства. Эта система управлялась инкогнито и, очевидно, не имела под собой прямых политических целей. Единственными свидетелями её работы являются подражательные монеты, о которых нам доподлинно известно, что подобный выпуск не мог осуществить тот же эмиссионный центр, который чеканил и прототипы.

На наш взгляд, все подобные предприятия производятся с единственной целью извлечения дохода. Ни в каких иных видах не могла возникнуть необходимость пытаться внешне как можно лучше скопировать популярный завозной образец. Организовывать подобный выпуск имеют возможность только ли́ца, контактирующие с метрополией и получающие серебряные монеты (как и серебро в немонетном виде) в рамках договорных (протокольных) отношений.

Подобные фигуранты должны иметь и иные источники поступления драгметалла: в виде дани («по белке с дыма»), поборов, откупов, грабежа – и в монетный передел могут идти подобными способами обретённые «вторичные» предметы. Им нет смысла на «варварской» стороне платить милиарисий за милиарисий, дирхем за дирхем, денарий за денарий – когда можно ограничиться выплатой лишь части, внешне похожей на целое.

 

Рис. 2. Монета B102 (диаметр около 22 мм)

 

Поначалу из серебра выше 600 пробы делалось около трёх таманских милиарисиев из двух византийских (начало класса B). Аппетиты росли, монета подвергалась порче, и в дальнейшем получалось уже два и более ТП из одного прототипа (продолжение класса B, класс C, начала классов D и E, а далее – начала классов H и I из низкопробного серебра). Подражания постепенно обесценивались и синхронно подвергались иконографической деградации, очевидно, по причине платы денежным мастерам задельными деньгами.

Монета эта обращалась, почти исключительно, на местном рынке, что подтверждает крайняя степень локализации монетных находок в пределах Таманского полуострова и его ближайшей округи. Ранние подражания использовалась на рынке Таматархи до конца нулевых гг. XI в. наряду с гораздо более редкими здесь, постепенно обрезавшимися и истиравшимися настоящими милиарисиями, для закупки партий рабов и товаров, отправляемых в Византию. Поставщики из числа местной родовой знати приобретали на них привозившиеся из метрополии оружие, символы достатка и власти, предметы отправления культа, а также изделия местных ремесленников.

Б. Монеты класса G

В конце первого десятилетия XI в. (датировка Н.Д.) характер таманской подражательной чеканки резко меняется. Она как будто начинается с чистого листа. Производятся монеты (рис. 3), внешне достаточно хорошо оформленные, но в большинстве своём серебра не содержавшие, которые первый исследователь считал отчеканенными «на ранней стадии», «явно принадлежащими к ранним выпускам» (Голенко К.В., 1961. С. 219. Таб. I, №№ 6 – 10, таб. II, №№ 11, 12), что послужило возникновению, на мой взгляд, неверной – но крайне живучей – версии о разменной функции ТП.

Рис. 3. Аверсы монетG28-2 (диаметр 19 мм) и G16-21 (диаметр 23 мм)

 

Класс G обладает яркими стилистическими особенностями. При общей хорошей сохранности большинства монет, на 165 известных экземплярах от 45 штемпелей мы не сможем разглядеть черт лиц императоров. Их головы, очевидно, набивались пунсонами грушевидной формы, и низкий рельеф инструмента не позволял чётко переводить мелкие детали на рабочие штемпели. Бюсты императоров на монетах классаG представляют собой простые геометрические фигуры – прямоугольники, с шестью полями у «Василия» и несколькими вариантами разлиновки у «Константина».

Штемпели G1, G3, G14, G20, G26, G28(рис. 3, слева), G31,G37и G62(Дуткинский Н.Е., 2016. С. 133, 139, 144, 146, 147, 150) представляют собой самые маленькие монеты класса. Если большой кружок имеет диаметр до 23 мм, то здесь – не более 19–20-ти (рис. 3) – соответственно уменьшены и изображения. Это может говорить о применении не бронзовых, а именно железных штемпелей, требовавших ковки, не дававшей стандартной толщины прутка. Я бы не стал ставить это в связь с попыткой одновременного введения в обращение двух номиналов с условным курсом – целого местного милиарисия и его фракции – 1/2 или 2/3.

В классе H, находящемся на градационной лестнице ступенью ниже G, мы также не видим черт лиц императоров, тогда как в классе I(рис. 4), параллельном классу H, глаза и носы (возможно, рты или подбородки) императоров иногда упрощённо набивались на поверхность рабочего штемпеля бусинчатыми пунсонами.

 

Рис. 4. Монета I91-7 (диаметр 22 мм) поменять на I20-49

 

Как представляется, столь резкие изменения в характере подражательной чеканки, засвидетельствованные нумизматическими памятниками, были связаны с захватом Тмутаракани русами. В.В. Кропоткин предлагал «рассматривать эту кратковременную чеканку как неудачную попытку тмутараканских князей найти выход из денежных затруднений в условиях так называемого кризиса серебра» (Кропоткин В.В., 1963. С. 185).

Как видится, русы быстро сломали ранее отлаженную систему. Местному населению и поставщикам, прибывавшим с гор с гурта́ми овец и караванами узников, платили ничего не сто́ящей медью. Принимать свою «валюту» в платежи, они, вероятно, не спешили. Средство платежа стало быстро обесцениваться. Монеты, с поступательно возрастающим выпуском которых денежники справлялись с трудом, стремительно деградировали до классов H, I (рис. 4), Jи, наконец, K (рис. 1). В этих условиях ТП быстро сравнялись по покупательной способности с содержавшейся в них медью, и наступил «конец истории». Товарно-транспортные потоки перенаправились, в Тмутаракани наступило запустение.

О высокой насыщенности рынка поздней монетой таманской чеканки и единовременном выводе её из обращения свидетельствует массовость единичных находок ТП на территории Таманского полуострова. По их характеру можно предположить, что монеты специальным образом не тезаврировались. После вспашки поля, расположенного над средневековым поселением, на площади в 0,1 га может быть найдено сразу несколько десятков медных ТП. Вероятно, их в сердцах выбрасывали за порог, отдавали играть детям, изготавливали украшения конской сбруи либо оставляли без использования. Остаётся сожалеть о случайном характере большинства находок и отсутствии стратиграфии.

В. Монеты класса F

Около середины десятых годов XI в. местный рынок начал восстанавливаться. Загнанное экспансией медных денег в кубышки серебро (обрезанные милиарисии, сребреники (Зайцев В.В., 2015), дирхемы и ранние подражания) восстановилось в законных правах. Кто-то из местной верхушки пытался наладить выпуск монет по примеру современных ему западноевропейских денариев, копируя всё тот же известный рынку образец, но на гораздо более примитивном уровне. Возможно, так и возникли редкие монеты класса F (рис. 5), которых в настоящее время выявлено 44 экземпляра от 31 штемпеля. Одну из них, F16-1, около 1928 г. нашел на поверхности поля, лежавшего над бывшим Фанагорийским городищем, Л.П. Харко (Голенко К.В., 1953. С.271; рис. 1: 3).

Рис. 5. Монета F33 (диаметр 21-20 мм)

Временной период

А. Начало

«Единственным основанием датировки подражаний является время выпуска их прототипов – византийских милиарисиев рубежа X – XI вв.» (Голенко К.В., 1961. С. 217).

Начало процесса изготовления ТП, вероятно, было положено около 980 или 981 г. Это предположение можно сделать потому, что подавляющее большинство ранних таманских монет имеет украшение реверса в виде четырёх точек ромбом между титлами. На подлинных милиарисиях подобный орнамент может обозначать четвёртый год самостоятельного правления Братьев – время массового выпуска этих монет, на которое приходится также пик их обнаружения в европейских кладах (Malmer B., 2001. P. 296). На ранние подражания также достаточно часто помещена компиляция орнаментов реверса: с одной стороны легенды расположены четыре точки между титлами, с противоположной – пять (рис. 2).

Б. Продолжительность

«Стратиграфия находок подражаний византийскому милиарисию на Таманском городище из-за перекопанности верхних слоёв, к сожалению, не даёт никаких данных для установления времени их чеканки и длительности обращения» (Кропоткин В.В., 1963. С. 178, сноска 6).

И.Г. Спасский предположил, что «чеканку этих собственных монет в Тмутараканском княжествемонеты тмутараканского князя Олега-Михаила, около 1078 г авт.], по видимому, подготовило изготовление подражательных монет по образцу некоторых византийских X – XI вв.» (Спасский И.Г., 1957. С 28). Как видим, учёный не утверждал, что подготовила выпуск именных серебряных денежных знаков князя чеканка деградированных медных монет.

«Возможно, что эпизодический чекан тмутараканского князя Олега-Михаила (10871093) знаменует собой прекращение выпуска подражаний» (Голенко К.В., 1961. С. 217).В то же время, первый исследователь ТП считал, что«изготовление этих монет из биллона, а, тем более, из серебра (известен лишь один экземпляр – № 3 [C3 – Н,Д.]) было очень ограниченным, и медь, как монетный материал, начала употребляться уже для первых серий подражаний» (Голенко К.В., 1953. С. 270. Рис.1: 1; 1961.С. 220). Таким образом, чеканка и обращение монет с принудительным курсом на Таманском полуострове должны были продолжаться более ста лет. Это ошибочное мнение в той или иной форме звучит в работах многих исследователей, но есть и те, кто его не разделял, считая, что «безусловно, прямой хронологической преемственности» между выпусками ТП и чеканкой монет Олега-Михаила нет, хотя последняямогла «иметь корни в местной экономической жизни» (Молчанов А.А., 1982. С. 253).

«Если terminus post quem чеканки варварских подражаний даёт клад у с. Денисы Переяслав-Хмельницкого района Киевской обл., то terminus ante quem установить очень трудно. Время обращения этих подражаний также не поддаётся определению» (Кропоткин В.В., 1963. С. 185). Но далее автор пишет, что найдена «Будучи единственной пока точно датированной находкой, он [Денисовский клад – Н.Д.] позволяет установить время обращения подражаний этого типа» (Кропоткин В.В., 1963. С. 185). К.В. Голенко высказал предположение: «Даже чисто формальные моменты искажения изображения не всегда вписываются в общую схему. Всё это заставляет предположить, что имитация таманских подражаний осуществлялась очень быстро и интенсивно» (Golenko K., 1965. P. 90, перевод Н.Д). Эти мысли в последующих работах учёных не получили развития, но мы видим, что разнонаправленный характер сведений вызывал у них закономерный диссонанс и побуждал разрешить противоречия.

«Большой хронологический разрыв между возникновением подражаний таманского типа и возникновением и временем обращения подражаний прибалтийского [«скандинавского» – Н.Д] типа свидетельствует о полной их самостоятельности» (Кропоткин В.В., 1963. С. 54). Исследователь делал подобный вывод на примере двух скандинавских подражаний, M36 и M37-7, входивших в состав III Лодейнопольский клада. Его сокрытие датировалось началом XII в.

Иной взгляд на проблему хронологии выпуска ТП был представлен в 2001 г. и формулировался одним из авторов в 2003 г.: «С рассмотрением сходства и различий в выпуске таманских и скандинавских подражаний, выявлены основания для ограничения датировки ТП периодом от 990-х гг. до первых двух десятилетий XI в.» (Резник Л.И., Марков Д.Б., 2001. С. 115, 116; Markov D., 2003. Р. 177).

Определявшие t. p. q. подобных комплексов типы средневековых западноевропейских монет могут получать в настоящее время новые датировки. Соответственно, определяющими могут становиться другие монеты. А.Р. Михельсон, согласно высказанному им в переписке с одним из авторов этой работы мнению, считает указанный клад «типичным депозитом середины XI в.», что нивелирует временной разрыв возникновения и обращения двух видов подражаний одному образцу.

Скандинавские подражания демонстрируют переход, иногда даже непосредственно через штемпельные связки (Malmer B., 2010. S. 63, Fig. 6.30) от подражания милиарисию с высокой весовой нормой к подражаниям денарию, со сниженной, и далее – к чеканке именной монеты. Медные ТП явились диссонирующей нотой подобного процесса.

Достаточно однородную по составу металла имитацию торговой монеты «скандинавской» чеканки нужно дифференцировать с разнородной таманской. Выпуски и обращение ранних, медных и «экономических» ТП класса F происходили по трём, не полностью независимым, но крайне различающимся сценариям.

На наш взгляд, медные ТП вышли из обращения в 1010-х гг. или несколько ранее. Это доказывается именно находкой монеты J99-2 в составе Денисовского клада, наиболее вероятным периодом тезаврации которого (с парным Денисовским II (Супоевским) является промежуток между 1011 и 1018 гг.

Медная монета J99-2, массой 1,58 г., вероятно, присутствовала в комплексе в роли весовой гирьки в полсребреника/дирхема. Её было легко найти среди массива и воспользоваться как разновесом. Какую ещё роль кусочек ничего не сто́ящей меди мог играть среди шести (3,5 + 2,5) кг высокопробного серебра? Во время, предшествовавшее тезаврации комплекса, что очевидно, ТП уже были медными, а это означает, на наш взгляд, что к тому времени они уже прекратили или заканчивали играть роль средства платежа. Так как наша монета могла путешествовать с сокровищем какое-то время, нам придётся допустить возможность выхода из обращения медных ТП ещё ближе к началу XI века – но не к концу 1070-х гг.

Анализ имеющихся памятников говорит о чрезвычайно ёмкой и короткой чеканке. Одни и те же штемпели не могли чеканить медь через десятки лет после серебра (D20 – D22, D25, E20, H30), а, вполне вероятно, и серебро после (или одновременно) с медью (D23, G39,I17,I32).

Объём чеканки

Анализ объёма имеющихся ранних ТП говорит о том, что дело изначально было поставлено очень широко и производилось с великим поспешанием. Вероятно, периодически перед денежниками стояла задача передела в облегчённую монету сразу большого количества серебра. Эмитенту не был выгоден массовый выход на рынок настоящих милиарисиев, которым, к тому же, местная продукция проигрывала – и иконографически, и метрологически. Многие штемпели, вырезанные опытной рукой, сделаны наспех, схематично и даже небрежно (например, монета B11-2, на аверсе которой публикаторы даже усмотрели часть легенды: «МСТСПАВ» (Baldwin’s Auctions, 2004, № 138). Изучение монеты B11-1, имевшейся в распоряжении авторов, какое бы то ни было прочтение подражательных псевдолегенд опровергает.

В настоящее время в классе B выявлено 118 штемпелей, в C – 130, в F – 31. Помимо 279 штемпелей названных классов, в которых медные монеты не встречаются, также известны инструменты, чеканившие серебро: в классе D –46 штемпелей,E -18, H -17, I– 27, а также 3 штемпеля класса J. Некоторыми из упомянутых штемпелей зачеканивали как серебряные, так и медные заготовки. Известны 1590 (визуально или по результатам анализов) чисто медных монет, против 627, содержащих долю серебра в монетном сплаве.

Математический прогноз вероятного количества использовавшихся инструментов всех трёх таманских эмиссий даёт около 1050 штемпелей аверсов (выявлено 693). Скользящую разницу в большей степени должны заполнить штемпели классов B, C, Dи F, поскольку именно среди них постоянно появляются ранее неизвестные инструменты, в то время как в остальных встречаются, в основном, дубли.

«Обилие штемпелей может свидетельствовать не только о несовершенстве техники чекана, но и о значительном масштабе выпуска подражаний» (Голенко К.В., 1961.С. 220). В.В. Кропоткин писал, что попытка восполнить количество металлических денег путём изготовления подражаний была неудачной (Кропоткин В.В., 1962. С. 18).

Как показывает предварительный математический анализ, ранних серебряных подражаний было выпущено не менее нескольких сот тысяч экземпляров с начала 980-х до нулевых гг. XI в. Медных монет отчеканено также несколько сот тысяч – в короткий срок около 1012 г.

Номинальная функция

В аннотации к заметке в журнале «Советский коллекционер» сказано, что, «исследуя эти монеты [ТП – Н.Д], автор статьи устанавливает их таманское происхождение и приходит к выводу, что они являются самыми ранними русскими разменными монетами, чеканенными в Тмутараканском княжестве» (Голенко К.В., 1967. С. 67, см. также С. 70).

Это предположение возникло из анализа имевшегося в распоряжении исследователя небольшого количества материала и понимания невозможности сколь-нибудь долгого кредитного обращения. Учёному в его выкладках пришлось почти полностью игнорировать факт наличия ранних образцов, что было довольно легко сделать, так как он знал о существовании всего двух-трёх серебряных монет (B36-1, C3-1 и N5) – и пары биллонных – D14-1 и F16-1(Голенко К.В., 1961. С. 221, 222; таб. I: 4, 3, 5; таб. II: 14, 16).

Сейчас это мнение вряд ли можно признать верным.

Раннесредневековый рынок товаров и услуг, как известно, большей частью базировался на натуральном обмене. На роль разменной монеты не годились тонкие медные подражания, средней массой около полутора граммов. Население должно было получать в обмен на продукты своего труда нечто весомое – то, что можно использовать в качестве резерва, страховки от набега и пожара, средства накопления, а также сырья для получения оловянистой бронзы для изготовления украшений и предметов отправления ритуалов.

Как у первого эмитента «варварских» подражаний, стремившегося точно копировать дорогой образец, так и у следующего, извлекавшего одноразовую суперприбыль из эксплуатации монетной регалии, не было никакой надобности чеканить мелкие деньги. Её не возникало и у правителей раннефеодальных государственных образований.

Менее 16% киевских сребреников не имели принудительного курса (Моисеенко Н.С., Сотникова М.П., 2015. С. 219 – 226) и могли быть выделаны для целевых выплат. «Герцоги Баварии Генрих I (973 – 982) и Генрих II (985 – 995) наряду с монетами высокого качества серебра (930/1000) чеканили монету с пробами 710, 672, 550, 477. Монеты с именами Оттона и Адельгейды имеют пробу серебра 928, 855, 630, 520… В древнерусских кладах… встречаются монеты Яромира (1008 – 1034) и Ольдржиха (1012 – 1037), которые, наряду с монетами высокого качества (917 – 950-й пробы), чеканили также монету с 620-й пробой серебра» (Потин В.М. 1961. С. 90).

Финансисты правителей Европы прибегали к «Verrufungen» – периодическим изъятиям монет из обращения с перечеканкой в новый тип (Там же. С. 94), который поступал на рынок по полной стоимости, будучи первоначально выделываемым из высокопробного серебра, «портился» по ходу чеканки – и снова заменялся… Порча монеты была обычной практикой правителей рубежа X и XI веков, но, очевидно, она не заходила дальше границы обвала товарно-денежных отношений. И киевские сребреники, как свидетельствуют перечеканы первого типа в третий, прошли «Verrufungen». Сребреники Владимира I свидетельствуют о поступательном развитии государственных институтов, в отличие от медных подражательных монет Тмутаракани, хотя и их эмитент был не чужд получить сверхприбыль. Примеры разменной монеты Владимира I науке не известны.

К.В. Голенко объясняет необходимость в мелкой монете «разной степенью развития общественно-экономических отношений в собственно Киевской Руси и Тмутаракани», отдавая предпочтение последней, как более развитой (Голенко К.В., 1967. С. 70). Если в Тмутаракани в самом деле ощущался недостаток разменной монеты, то её вполне могли изготавливать, а именно – лить. Установлено, что многие фоллисы Херсона лились с использованием ранее вылитых монет в качестве модели (Анохин В.А., 1977. С.112, 113). Разброс масс у них весьма значителен, и их несложное производство могло иметь экономическую целесообразность даже на уровне небольшой мастерской. Подобные монеты, наряду с анонимной медью X – XII вв., представлены в таманских находках (Голенко К. В., 1961. С. 220).

В настоящее время зафиксировано 87 подражаний византийскому анонимному фоллису класса A2, находимых только в Черниговском районе Черниговской области Украины (Дуткинский Н.Е., 2015-1). Они выполены из меди на высоком художественном уровне несколькими сопряжёнными в буллотирий парами штемпелей, среди которых превалирует одна, от которой сохранилось большинство экземпляров с дорабатывавшимися мелкими деталями (брови Иисуса и т. д.). Монетные кружки получались методом литья в двустороннюю форму. Имитации эти в несколько раз легче своего прототипа, что не позволяет заподозрить подделку в ущерб обращению. Некоторые из них имеют отверстия. Именно они могут являться первыми русскими разменными монетами, кратковременно выпущенными в локальное денежное обращение, как представляется, древнерусского Сновска.

Рис. 6. Черниговское подражание № 82. Обе стороны: двойной удар

 

В работах исследователей неоднократно звучала, как представляется, ошибочная мысль, впервые высказанная А.Д. Баском: «Должны были существовать два номинала, выпущенные в одном размере, примерно одинакового веса и, возможно, отчеканенные теми же или очень похожими штемпелями. Один из них был выпущен из биллона или из биллона с преобладанием серебра, другой – из чистой меди. Оба они обращались одновременно, размениваясь в определенном соотношении» (Basok A., 1998. С. 81, перевод Н.Д). «По нашему мнению, все публикуемые в статье монеты (серебряные, биллоновая, медные) вероятно были единицами одной и той же денежно-весовой системы Тмутараканского княжества и обращались на его рынках одновременно. Между собой они разменивались в каком-то соотношении, по определенному курсу» (Лобода П.Г., 2005. С. 4).В описании упоминавшейся крымской находки сказано: «комплекс монет, одновременно обращавшихся на рынке» (Букатов А.А., 2014. С. 11).

Нам видится, что невозможно установить курс обмена однотипных денег, отчеканенных из одного металла с разным его процентным содержанием в каждом номинале. Вспомним, что сейчас монеты разных номиналов намеренно делают различающихся весов, цветов, размеров и оформления обеих сторон для исключения путаницы и злоупотреблений. «Новые поколения подражаний выпускались ещё более низкого веса (или из худшего по составу металла). Усматривать в этой тенденции к удешевлению «себестоимости» подражаний тонкие колебания «курса» или «реформы» (перемены соотношения «номиналов»), т. е. явления, характерные для высокоразвитых форм обращения – ничем не оправданная модернизация» (Зеймаль Е.В., 1975. С. 58).

Из-за появления к началу XXI в. находок значительного количества монет классов BиC, в первую очередь, в результате обнаружения на Таманском полуострове большого «растянутого» плугом клада 1996 г. «на поле между с. Гай-Кодзор и ст. Раевской Анапского р-на Краснодарского края»(Безуглов С.И., 1998. С. 44, 45) (есть данные, говорящие за то, что монеты этого комплекса и позднее обнаруживались в том же месте после вспашек – Н.Д), игнорировать широкий выпуск ранних ТП стало невозможно. Но в сердцах исследователей сохранилась привязанность к представлению о столетней чеканке ТП. Возникла необходимость согласовать между собой эти два посыла.

«Что заставляло тмутараканских монетариев упорно тиражировать огрублённые реплики однажды избранного типа – остаётся загадкой. Огромное преобладание среди подражаний грубых медных экземпляров позволяет полагать, что либо они выполняли роль кредитных денег, либо, что вероятнее, использовались как разменная монета, что не соответствовало денежному статусу византийских прототипов»(Безуглов С.И., 2002. С. 55). Именно в этой работе впервые и с оговоркой звучит ошибочная мысль о смене номинальной функции ТП в процессе эмиссии. В её начале подражания являлись крупной серебряной монетой, в конце – разменной медной. Эту версию исследователи станут развивать, не привлекая новых данных к обоснованию.

«Трудно представить себе, чтобы рынок сумел столь быстро перейти от восприятия первых, качественных, серебряных образцов к низкосортным медякам… Скорее можно логично предположить, что переход от серебряных к биллоновым и далее к медным монетам, от детально прорисованных штемпелей к примитивным происходил постепенно, в течение как минимум нескольких поколений»(Бабаев К.В., 2009. С. 65).

Невозможно представить средневековое денежное обращение однотипных «низкосортных медяков» кратно выше стоимости содержащегося в них металла на протяжении нескольких недель, не говоря уже о почти вековом периоде времени. Если позволите, обратим Ваше внимание на то, что ныне действующий тип денег России за 20 лет обращения снизил покупательную способность в 15,5 раз.

Для навязывания ничем необеспеченного средства платежа необходимо двоякое воздействие легитимации и аппарата принуждения. Далее все договорённости остаются за скобками общественных отношений, а подобная «валюта» выходит из обращения, полностью обесценившись. Инфляция переоцененного средства платежа не может иметь некий ограниченный характер. Она подобна сходу лавины, поскольку каждый держатель старается скорее избавиться от скомпрометированных денег.

«К тому времени княжеская власть была уверена, что потребитель адаптировался к данному типу монет и воспримет биллоновую монету (тип IIIb) так же, как воспринимал серебряную… Наконец, эмитент переходит к чеканке полностью медных монет (тип IIIc): к этому времени ни князя, ни рынок уже не заботила реальная стоимость платёжной единицы, сильно девальвированной. Безусловно, на рынке в тот же период ходили и «твёрдые» деньги: золотые и серебряные византийские монеты, а также киевские сребреники, некоторые из находок которых локализуются на территории Тмутараканского княжества. Однако они, судя по всему, не могли компенсировать недостатка разменной монеты, и чеканка таманских милиарисиев продолжалась» (Бабаев К.В., 2009. С. 41).

Подобное представление, противоречащее за







Последнее изменение этой страницы: 2019-04-27; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.226.254.115 (0.021 с.)