ТОП 10:

АКТИВНАЯ ТЕРАПЕВТИЧЕСКАЯ «ТРАНСОВАЯ» РАБОТА



 

4.0. Оценка предыдущей гипнотерапевтическойработы: вопросы, вызывающие чувства неопределенности, сомнения, удивления, любопытства и ожидания

Финк: К слову об интересных конфликтных ситуациях: сегодня утром мы слегка пофилософствовали с одним нашим пожилым психиатром, и он рассказал мне один весьма необычный случай. Он считает, что именно из-за этого у него столько проблем с религией. Его мать умерла, когда ей было 44 года, после же смерти отца, согласно его посмертной воле, нужно было эксгумировать тело матери и перезахоронить в соседней с ним могиле. И этот психиатр присутствовал при том, как останки переносили из одной могилы в другую. Только представьте – его собственной матери!

Клиентка: Зачем вообще ему нужно было при этом присутствовать?

Финк: Он не объяснил. Все это проходило через высшие судебные инстанции и визировалось в Департаменте Здравоохранения. Вообще, они преодолели безумное количество всяческих препятствий, прежде чем получили разрешение. Это просто вызывает изумление. Эриксон: И где Вы провели свой отпуск?

Клиентка: Да поблизости. Съездила к сестре и немного там погостила. Вот, собственно, и все. Конечно же, родители не хотели, чтобы я уехала в какое-нибудь длительное путешествие. Эриксон: Когда Вы вернулись?

Клиентка: Восемнадцатого. Точнее, ночью семнадцатого.

Эриксон: Помните, что Вы сказали мне по телефону?

Клиентка: Да.

Эриксон: И что?

Клиентка: Сейчас вспомню. Я сказала, что прекрасно провела время. Что я хотела бы вернуться и повторить все сначала. Кстати, на следующий день я действительно была готова вернуться. Я спросила Вас, почему Вы никогда никуда не уезжаете в отпуск.

Эриксон: Да. А что еще?

Клиентка: Вы все время спрашиваете меня о том, что я Вам сказала. Это так важно?

Эриксон: Да.

Клиентка: Не может быть, чтобы я забыла что-то важное. Такие вещи я обычно запоминаю. Вы произнесли: «Привет», и я Вам ответила тем же.

Эриксон: Вы в этом уверены?

Клиентка: Я назвала себя, и Вы спросили, удачный ли у меня был отпуск. Я сказала, что все было замечательно и почему Вы сами никуда не уезжаете. Вы ответили, что вообще никогда не уезжаете в отпуск, а я возразила, что это необходимо. Потом Вы добавили, что хотя Вы сами не берете отпуска – зато слушаете других, когда они рассказывают о своем отдыхе. Я заметила, что все было замечательно, но что все-таки Вам следует отдохнуть. Наверное, Вы спросили меня, где я была – нет, вроде нет – да, Вы спросили! И я Вам рассказала. Видимо, потом я захотела узнать, когда мы сможем встретиться, и Вы объяснили, что сейчас у Вас гостит брат и Вы были заняты всю неделю. Здесь Вы уточнили, что вечером в Детройте будет д-р Финк, который сможет подвезти нас до места. Я ответила, что это было бы чудесно. На том мы договорились и распрощались. Я что-нибудь пропустила? Эриксон: Да нет. Вы перечислили почти все.

Клиентка: Не смотрите на меня с таким умным видом – я обращаюсь к вам, господа!И к Вам тоже!

Эриксон: Вы тогда пожалели меня.

Клиентка: Да, я сказала, что мне жаль Вас, потому что у Вас никогда не бывает каникул.

Эриксон: Нет, Вы выразились не так.

Клиентка: Что, была еще какая-нибудь причина для жалости?

Эриксон: Да.

Клиентка: И с чего бы это я стала Вас жалеть?

Эриксон: Потому что я должен сидеть и выслушивать, как какие-то чужие мне люди чудесно проводят свой отпуск. Припоминаете? Клиентка: Да. Ведь на самом деле Вы не получаете никакого удовольствия от этих разговоров. Вы знаете, каково это – вот, например, как в нашем общежитии, когда все возвращаются с каникул: вам рассказывают о всяческих красотах, а вы сидите и повторяете, как баран:"Ну, и как Вам понравилось?" Только и задаете один этот идиотский вопрос.

Эриксон: Вы на самом деле думаете, что это так?

Клиентка: У Вас, наверное, не так. Но у всех обычных людей – так.

Эриксон: Изменились ли Вы со времени нашей последней встречи?

Клиентка: Нет… Изменилась… Даже лучшие друзья не смогут ответить… Д-р Финк, Вам надоело?

Финк: Нет.

МиссДей: Какая жалость.

Клиентка: Нет, не думаю, что я изменилась. Не больше, чем кто-либо другой за такой промежуток времени… Я не пронырлива. Я всего лишь любопытна.

Финк: Вы не против, если я передам эти записи д-ру Эриксону? Клиентка: Не против. Как будто я могу Вас остановить. Вы ведь знаете, что я в состоянии вынести все, кроме неудовлетворенного любопытства. Финк: Ну, так Вы разрешаете?

Клиентка: Да-а. Вы пытаетесь разозлить меня.

Эриксон: Вы сильно загорели?

Клиентка: Совсем немного; загар сошел почти сразу – он смылся на следующий день.

МиссДей: Со мной все то же самое.

Эриксон: Вы хотели сюда прийти?

Клиентка: Очень хотела. Я очень волновалась.

Эриксон: Почему?

Клиентка: Да все мое любопытство.

Эриксон: Почему Вы так любопытны?

Клиентка: Большинству людей интересно то, чего они не знают. Я всего лишь одна из десятков тысяч.

Эриксон: А чего же Вы сейчас не знаете?

Клиентка: Вас. Именно так. Все мыслящие люди меня интригуют. Вы мыслите – стало быть, интригуете меня.

 

Росси: Для того, чтобы оценить предыдущую гипнотическую работу, Вы начинаете сеанс с весьма типичных «ори-ентационных» вопросов. Спрашивая клиентку: «Помните, что Вы сказали мне по телефону?»Вы сразу же завладеваете ее вниманием и вызываете у нее чувства неопределенности и сомнения. Вы так формулируете свои вопросы, что клиентка пытается припомнить абсолютно все детали, хотя, конечно же, многое забыла. Она обращает свой протест против такой нелепости всем находящимся в комнате и говорит: "Не смотрите на меня с таким умным видом – як вам обращаюсь, господа!"Это означает, что она ощущает всю шаткость и неуверенность своей позиции. Клиентка лишилась опоры на свои обычные установки и теперь отчаянно пытается отыскать те нужные критерии, которые удовлетворили бы Вас и всех присутствующих. Таким образом, поддерживая с Вами вроде бы светскую беседу, клиентка в действительности проходит через первые три стадии наведения транса: сначала Вы (1) фиксируете на себе ее внимание, затем (2) ослабляете ее привычные критерии и (3) инициируете подсознательный поиск. Вы согласны с тем, что все Ваши вопросы преследуют именно эту цель? Вы вызываете исследовательскую установку?

Эриксон: Да.

Росси: И естественным следствием этого является увеличение степени любопытства и ожидания. Правильно?

Эриксон: Да.

Росси: И это обостряется тайным сговором между Вами и всеми остальными, что убедительно демонстрирует д-р Финк, передающий Вам записи. Вы продуманно вызываете любопытство, удивление, ожидание – эти три элемента терапевтического процесса, да? Вы сознательно интригуете Вашу клиентку?

Эриксон: Да. (Эриксон обменивается понимающими взглядами с д-ром Сандрой Сильвестр, которая прошла через такую заинтересованность при занятиях гипнотерапией с Эриксоном.)

Сильвестр: Это подобно опыту de' ja vu (аспекты припоминания ее недавней работы с Эриксоном).

 

4.1. Исчезновение симптома: освобождение от главной фобии и от всех побочных страхов, связанных с водой; «теория домино» в психологии; объективность приходит в зрелости; вопросы с двойным связыванием

Эриксон: Ну, хорошо. Продолжить ли задавать Вам вопросы, пока Вы не спите, или погрузить Вас в транс?

Клиентка: Мне кажется, я вполне могу отвечать Вам и без транса.

Эриксон: Тогда продолжим.

Клиентка: Но мне нечего сказать.

Эриксон: Нечего?

Клиентка: Я все запомнила.

Эриксон: Так.

Клиентка: Я запомнила все, что со мной было. А что касается экстраполяции на будущее – то еще полтора месяца на зад я считала, что это нереально. Абсолютно нереально!

Эриксон: Что это за экстраполяция?

Клиентка: А когда Вы спросили меня, купалась ли я во время отпуска. Но на тот момент я еще не была в отпуске! Я рассказала Вам, что собираюсь к Анне, но и у нее я тоже ведь не была! И потом – сигареты. Просто невероятно!

Эриксон: Расскажите мне об этом поподробнее.

Клиентка: Я появилась около восьми вечера. Мы сели в лодку. Анна смотрела на меня выжидающе. Ничего не произошло, и мы вернулись домой. На следующее утро мы пошли купаться на местный пляж: мы искупались, затем вылезли на плот и вдруг меня осенило – сигареты! Как гром среди ясного неба! Это было так замечательно!

Эриксон: Мне все еще хочется побольше узнать об этом.

Клиентка: Об отпуске?

Эриксон: О купании и о сигаретах.

Клиентка: Сигареты были изумительные.

Эриксон: А Вас волновало то, как сохранить эту пачку сигарет?

Клиентка: Нисколько. Я спрятала их от себя – чтобы не соблазниться. Я убрала их с глаз долой – вначале в коробку, а коробку под полотенце, а полотенце в ящик для одежды.

Эриксон: Вы нервничали, когда прятали сигареты?

Клиентка: Не очень. Сначала я думала, что будет достаточно просто положить их на одежду сверху, но кто-нибудь мог войти и сказать: «А, сигареты?!» Мне было нетрудно их спрятать.

Эриксон: Какова была Ваша реакция, когда Вы обнаружили сигареты?

Клиентка: (МиссДей) Я была в машине, да? Во-первых, я совершенно не помнила, откуда они у меня взялись. Я подумала, что купила пачку Luckies, но не заметила ее. Можете себе представить, как Вы покупаете то, что не замечаете? И я подумала:"Ладно, я их просто где-то раздобыла", – а это очень важно. На пачке было написано: «Выкурить позже»,и я узнала Ваш почерк, потому что видела его раньше. Затем я спросила о сигаретах это создание (показывает на мисс Дей). Она ответила: «Не знаю, где ты их взяла. Не спрашивай, откуда у тебя что берется». Так я узнала, что это Ваших рук дело. И что на это у Вас, видимо, были свои причины. И я решила: «Все равно я когда-нибудь все узнаю, даже если я превращусь в старую очкастую каргу». И я отложила пачку в сторону.

Эриксон: Итак, Вы плавали на лодке, а на следующий день Вы пошли купаться и на плоту вспомнили про сигареты. О чем Вы думали еще?

Клиентка: Я была озабочена возвращением домой.

Эриксон: Как Вы добрались назад?

Клиентка: На лодке гребли. Анна пообещала, что руки болеть не будут. Они действительно не заболели – ни в этот день, ни в следующий.

Мисс Дей: Я не даю обещаний понапрасну. У меня же они не заболели.

Эриксон: Сколько раз Вы еще после этого купались?

Клиентка: Мы плавали утром – в основном, именно в это утро, и потом еще раз перед моим возвращением.

Эриксон: Вам понравилось плавать?

Клиентка: Очень.

Эриксон: Почему?

Клиентка: Я больше ничего не боялась. Я призналась Анне, что это не так страшно, как прыгать с 20-футового трамплина: на это у меня храбрости не хватит. Раньше каждый раз, когда мне нужно было переезжать через реку, я ужасно волновалась. А теперь это прошло.Правда, я до сих пор не люблю, когда у меня мокрое лицо – но это пройдет со временем.

Эриксон: Вам действительно понравилось?

Клиентка: Да, очень.

Эриксон: Помните, что Вы обычно ощущали при этом?

Клиентка: Да. Я всегда нервничала. Меня беспокоило, придется ли мне искупаться или удастся найти правдоподобный предлог, чтобы избежать этого.

 

Росси: Мне кажется, что сначала Вы слегка пугаете клиентку своим вопросом с двойным связыванием ("Продолжать ли задавать Вам вопросы, пока Вы не спите, или погрузить Вас в транс?"),который определяет терапевтическую направленность. При этом у нее есть выбор – либо продолжать отвечать на вопросы, находясь в бодрствующем состоянии, либо погрузиться в транс: но вне зависимости от решения клиентка будет двигаться терапевтическим курсом. После этого она весело рассказывает Вам о невероятном осуществлении Вашего постгипнотического внушения, благодаря которому ей так понравилось плавать и которое помогло ей избавиться от страха. Кажется, что она должна быть полностью счастлива и кричать во весь голос о своем невероятном исцелении! Тем не менее ее спокойствие просто обескураживает. В действительности Вам приходится все из нее вытягивать.

Эриксон: Теперь это часть ее самой.

Росси: То есть, благополучное разрешение фобии настолько стало частью самой клиентки, что она чувствует пресыщение?

Эриксон: Да. Она знает, что получила то, что отныне является ее – и только ее достоянием.

Росси: Теперь это черта ее личности? Если бы она кричала и прыгала от радости, то психологическое развитие клиентки вызывало бы сомнение; получалось бы, что все действия направлены лишь на то, чтобы произвести на Вас впечатление. Это сродни тому, что обсуждалось в предыдущем разделе: мы только тогда можем быть точными и объективными в оценке своих прошлых эмоциональных переживаний, когда совершили эволюционный скачок в развитии и созревании.

Когда клиентка признается: "Раньше каждый раз, когдамне нужно было переезжать через реку, я ужасно волновалась. А теперь это прошло",– я вижу, что она освободилась еще от одного страха, тоже связанного с водой. Это указывает на спокойное разрешение другой не менее важной, ранней травматической ситуации, когда брат по проволоке переносил клиентку через реку (см. таблицу1). Это иллюстрирует Вашу «теорию домино», относящуюся к психологическому развитию: если пациент успешно справляется с одной проблемой, все остальные, связанные с ней, выстраиваются «по росту» – в порядке важности – и поочередно вылечивают друг друга.

 

4.2. Терапевтический гипноз как активный процесс внутренней работы

Эриксон: Что Вы думали о проекции будущего?

Клиентка: Это было потрясающе. Я сообщила Вам, что хочу приобрести желтый купальник. Я видела, как одна девушка из нашего общежития примеряла желтый купальник, и подумала, что он великолепно выглядит. Потом я сказала Вам, что ходила купаться на реку. Не знаю, за чем я это сказала – думаю, что не сделала бы это даже под страхом смерти. Вода в реке очень мутная, да и вообще там очень мелко. Плавать там, по-моему, просто невозможно.

Эриксон: Продолжайте.

Клиентка: Я не знаю, зачем я Вам это сказала. Ведь проекция будущего – это Ваши планы на завтрашний день. С ее помощью будущее описывается так, как Вы его себе представляете.

Эриксон: Нет.

Клиентка: Нет? Ну, давайте послушаем Вас.

Эриксон: Ваша проекция будущего фактически была констатацией Ваших желаний, надежд, страхов и волнений, но только в исправленном виде.Вот сейчас Вам не хочется даже войти в эту реку и Вы объясняете это вполне убедительно. Помните свои слова?

Клиентка: По поводу купания в реке?

Эриксон: Почему Вы передумали купаться?

Клиентка: Потому что вода была грязная? Вы хотите сказать: из-за того, что река была недостаточно глубокая?

Эриксон: Да.

 

Росси: Здесь Вы очень осторожно, но тем не менее; твердо формулируете то, что подразумевается под мысленнойпроекцией будущего. Эга проекция вовсе не оценивает будущее так, как оно представляется клиентке; скорее, она является "констатацией желаний, надежд, страхов и волнений, но тольков исправленном виде." Такая псевдоориенгация переводит мисс С. с позиции пассивного отношения к своим затаенным мечтам на позиции активного внутреннего изменения и корректировки своих желаний, ожиданий и паттернов поведения. Это ведь так? Иными словами, Ваш терапевтический подход заключается не в пассивном фантазировании, нов активномпроцессе изменения психодинамики пациента. Правильно? Эриксон: (Утвердительно кивает.)

Росси: В своих первых работах, посвященных псевдоориентацииво времени как гелиотерапевтической процедуре, Вы приводили многочисленные пртмцш проявления усилий со стороны пациента, его возбуждения и вообще всех признаков нелегкой «трансовой» работы. Вы говорили о том изнеможении, в котором пациент' пребывает сразу после периода такой псевдоориентации. Когда Вы «мучалм» мисс С. вопросами, ориентируя ее на выполнение терапевтическойзадачи, она в полной степенидемонстрировала сопротивление, смятение и затруднение, сопутствующие главной фазе псевдоориентации. Здесь нет местасчастливым и «идеальным» фантазиям – пациент должен активно включиться в тяжкий процесс «трансового»труда. Правильно?

Эриксон: Да.

Росси: Это принципиально отличается от позиции, к примеру, Т.Бабера, который считает, что во время гипноза пациент «мыслит и мечтает совместно с терапевтом». Вы уделяете вовлечению пациента в активную внутреннюю работу значительно больше внимания, чем пассивному переживанию им своих желаний. В ходе псевдо ориентации на будущее пациент должен действовать именно таким образом. Все мои неудачи в прошлом, видимо, объясняются моим неправильным подходом к этому вопросу. Я требовал от своих пациентов пассивного изложения того, чего им хотелось бы. «Трансовая» работа не может проходить в вялом и сонном состоянии – это активный личностный процесс.

Эриксон: (Эриксон приводит пример аналогичной ситуации, когда городской девушке показывают, как доить корову. Наблюдая за тем, что ей демонстрируют, она совершает активные, хотя, вероятно, наполовину осознанные движения пальцами, как будто примериваясь к тому, как она будет ими действовать, когда начнет сама доить корову.)

Росси: Гм. Получается, что еще до того, как девушка начнет работать сама, она активно внутренне репетирует и – шаг за шагом – учится. Подобно этому, гипноз служит не для пассивных раздумий, а для преодоления и изменения внутреннего опыта пациента в целях активизации всех его возможностей.

 

4.3. Отказ от ошибочной терапевтической гипотезы

Клиентка: Так все-таки, что было написано на том листке, который передал Вам д-р Финк?

Эриксон: Очередная затея Джерома. (Передает листок мисс С.)

Клиентка: Это реклама к мылу «Спасательный круг». Круг на воде.

Финк: Интересовали ли Вас в воде молодые люди?

Клиентка: Это совершенно не относится к делу.

 

Росси: Мисс С. без всяких колебаний относит специфический интерес д-ра Финка к ошибочным терапевтическим гипотезам: он, видимо, считает, что ее страх плавания каким-то образом соотносится со страхом общения с молодыми людьми. Она отбрасывает омонимы «a buoy – a boy» как не имеющие для нее никакого психодинамического смысла. А как думаете Вы?

Эриксон: Я считаю, что часть страхов клиентки может быть связана с трудностями общения с мужчинами.

Росси: Итак, перед нами хороший пример того, как пациент отказывается от ошибочной или слишком односторонней терапевтической гипотезы. Вы просто не можете заставить пациента принять ее.

 

4.4. Оценка терапевтических изменений: распределение фобических страхов

Эриксон: Можете ли Вы сказать хотя бы приблизительно, сколько раз Вы купались?

Клиентка: Это когда я была у Анны? Вроде, четыре.

МиссДей: Три.

Эриксон: В последний раз почти перед отправлением Вашего автобуса?

Клиентка: Да, мы вскочили в него на ходу.

Эриксон: А после этого Вы плавали?

Клиентка: Да, я ходила на Красную реку.

Эриксон: А как Вам понравились сигареты?

Клиентка: Очень понравились. С тех пор я обожаю Luckies.

Эриксон: Так что же в Вас изменилось? Изменились ли Вы с момента нашей последней встречи?

Клиентка: Да нет, не очень. Но мне кажется, что с тех пор меня меньше пугает вода.

Эриксон: А еще какие-нибудь Ваши страхи исчезли? Ну, скажем, страх переправы через реку.

Клиентка: Да, исчез.

Эриксон: Но Вы прежде не упоминали о нем. Почему?

Клиентка: Такого со мной еще не бывало.

Эриксон: А еще от чего Вы освободились?

Клиентка: Я не думаю, что у меня были еще какие-то страхи.

Эриксон: Ну, ладно, давно ли Вы обнаружили у себя страх перед мостами?

Клиентка: Не знаю. Очень давно.

Эриксон: Но этот страх был более-менее завуалирован страхом воды?

Клиентка: Вероятно.

Эриксон: Может быть, Вы отыскали в себе что-то еще?

Клиентка: Посмотрите на д-ра Финка – он до того сжевал свою сигарету, что не может ее докурить.

Эриксон: А Ваши привычки как-нибудь изменились?

Клиентка: Вот теперь-то я и начинаю их менять.

Эриксон: МиссДей, а Вы можете назвать хотя бы одну? Миссией: Мне кажется, я кое-что заметила.

Клиентка: Ну-ка, ну-ка…

Мисс Дей: Джейн всегда говорила, что держит сигарету левой рукой, а только что взяла ее правой.

Клиентка: Я тоже обратила на это внимание, но все же не думаю, что это имеет отношение к делу.

Эриксон: Можем ли мы это установить?

Клиентка: Давайте подумаем. А вдруг я была левшой?

Эриксон: А еще что?

Клиентка: Помогите мне, пожалуйста! Просветите меня!

Эриксон: Допускается подсказка из зала.

Клиентка: Мне так нужна поддержка. После всего, что я испытала, мне кажется, что все присутствующие знают обо мне больше меня самой.

Финк: Можете ли Вы припомнить изменение Вашего отношения к замужеству?

Клиентка: К замужеству?! Я не помню, чтобы вообще имела к этому хоть какое-то отношение. Брак – просто необходимое зло. Подумайте только – изменение отношения к замужеству!

 

Росси: Хотя отношение к замужеству явно меняется, клиентка не хочет этого признавать.

Эриксон: Помните, как Вы возмущались, принимая ванну?

Росси:Я1 Возмущался, принимая ванну? Может быть. (Хохот)

Эриксон: Почему только «может быть»? Почему теперь Вы так спокойны на этот счет?

Росси: Кажется, я Вас понял. Это моя вечная проблема. Меня всегда бесит, когда я слышу, что мои волосы выглядят значительно лучше, если их модно подстричь. Я думаю – неужели сейчас они выглядят так: плохо? Я не решил для себя этот вопрос и не могу говорить спокойно на эту тему. Следовательно, спокойствие равнозначно полному разрешению проблемы.

Сильвестр: Кроме того, теперь это Ваша неотъемлемая часть.

Росси: Правильно. Очень хорошо сказано.

 

4.5. Вопросы, вызывающие автоматическую идеомоторную реакцию подсознания

Эриксон: Как бы нам установить, что Вы избавились еще и от прочих страхов?

Клиентка: Да не было у меня других страхов.

Эриксон: Можем ли мы определить, освободились ли Вы от них?

Клиентка: В принципе, можем. Но ведь нельзя избавиться от того, чего нет.

Эриксон: Сейчас я Вам все объясню. Эти перчатки лежат пальцами в правую сторону. Если Вы их повернете, то это будет означать, что Вы перестали бояться очень многих вещей.

Клиентка: А Вам не кажется, что это трудно доказать?

Эриксон: Давайте посмотрим: ведь Ваша правая рука свободна.

Клиентка: Это не более, чем сила внушения; вроде того, как убедить меня в том, что в другом кресле мне будет сидеть намного удобнее, чем в этом. Вне зависимости от результата, я должна буду пдэесесть в то кресло.

Эриксон: Хорошо. Если Вы развернете перчатки, то скажете нам, чего же Вы раньше боялись.

Клиентка: Думаю, будет лучше, если я просто немного поразмышляю об этом.

Эриксон: До тех пор, пока перчатки лежат по-старому, Вы не сможете избавиться от страхов и, следовательно, не сможете их осознать.

Клиентка: Если у меня есть какие-то страхи, то я не смогу даже подумать о них, пока не разверну перчатки?

Эриксон: Именно так.

Клиентка: Тогда мне все-таки следует их перевернуть. Так и быть, я последую Вашим указаниям.

Мисс Дей: Прекратите торговаться.

Клиентка: Чего я боюсь? Вспомни, Джейн, подсказка разрешена. Посмотри на нетерпение в глазах этих людей. Если я переверну перчатки, то смогу выяснить причину своих страхов.

(Переворачивает перчатки.)

Эриксон: Сейчас мы во всем разберемся.

Клиентка: В чем? В моих религиозных взглядах?

Эриксон: Так изменились ли как-нибудь Ваши привычки? Никто здесь не понимает, к чему я клоню.

Клиентка: И я?

Эриксон: Я пытаюсь это из Вас вытянуть.

Клиентка: Я стала больше курить.

Эриксон: Вы не будете возражать, если мы с мисс Дей выйдем в холл и немного посекретничаем?

Клиентка: Да нет, пожалуйста. Анна, не забудь, что ты хотела одолжить у меня денег. Вообще, все это очень мило.

 

Росси: А теперь Вы разговариваете с мисс Дей наедине. Это так?

Эриксон: (Кивает.)

Росси: Почему Вы так настойчиво добиваетесь автоматического подсознательного ответа?

Эриксон: Чтобы удостовериться, что я ничего не упустил из вида.

Росси: А почему Вы не доверяете сознанию? Вы считаете, что на сознательный уровень выведено еще далеко не все, да?

Эриксон: (Кивает.)

 

4.6. Динамика и разрешение затаенного страха наполняющейся ванны

Эриксон: Долго ли Вы были в отпуске?

Клиентка: Три недели.

Эриксон: Где Вы побывали?

Клиентка: В____________________').

Эриксон: И где Вам больше всего понравилось купаться?

Клиентка: В ванне. А что здесь такого?

Эриксон: Почему не в душе?

Клиентка: Понимаете, я люблю понежиться в ванне с журналом и с сигаретой – сидеть часами, пока не забарабанят в дверь.

Эриксон: А до января Вы любили принимать ванну?

Клиентка: Я всегда любила это делать, мне только не нравилось ждать, пока в ванну наберется вода. Вот если бы можно бьио нажать кнопку и ванна наполнилась мгновенно – то это было бы здорово!

Эриксон: А как Вы относитесь к этому сейчас?

Клиентка: Сейчас мне это безразлично – наверное, потому, что я теперь не боюсь воды, хотя собственно ванна с водой меня не пугала никогда.

Эриксон: Сейчас Вам это совсем безразлично?

Клиентка: Да. Я могу даже закурить, пока жду.

Эриксон: Вот Вам и другой страх, от которого Вы теперь избавились – страх наполняющейся ванны.

Клиентка: Это глупо. Не было у меня такого страха. Конечно, я волновалась, но если бы это было то, что Вы называете страхом, то я не смогла бы так долго сидеть и ждать. Эриксон: И это привело бы Вас к вытеснению страха в подсознание. Я хотел узнать про Ваши обычные приготовления к ванне – и в холле спрашивал мисс Дей именно об этом. Клиентка: Замечательно.

 

Росси: Не могу сказать, что Ваша трактовка страха наполняющейся ванны очень убедительна. Может быть, Вы и правы, но все это не вяжется со словами самой клиентки. Вот если бы она всячески избегала наполнения ванны и предпочитала бы душ, то это и впрямь можно было бы считать доказательством существования страха льющейся воды. Но Вы приводите совершенно противоположный довод: о страхе клиентки якобы свидетельствует то, как она, волнуясь, ждет наполнения ванны. Классический психоанализ объяснил бы это поведение образованием реактивного беспокойства в ответ на первоначальный страх. К сожалению, такая разновидность двойного связывания встроена в структуру психоаналитической теории и поэтому всегда существует вероятность неправильного истолкования действия пациента с точки зрения любой рабочей гипотезы. Это вносит большую путаницу, но в качестве терапевтического парадокса может быть даже полезно.

Эриксон: Каждый раз, когда мы наполняем ванну и моемся, вода в ней уменьшается.

Росси: Вы имеете в виду, что уровень воды понижается.

Эриксон: Но когда младшая сестра клиентки упала в ванну с водой, ее уровень поднялся.

Росси: Верно. Поэтому у клиентки и возник страх перед повышением уровня. Так вот что Вы имели в виду, когда предположили существование страха наполняющейся ванны!

И клиентка на самом деле очень боялась этого, а избавилась от своего страха, даже не осознав, что излечение наступило после Ваших сеансов. Вы действительно думали об этом! Вы предположили, что после того, как сестра мисс С. упала в ванну и уровень воды поднялся, у мисс С. должен был появиться страх перед водой, льющейся в ванну. Вы меня убедили. Надо же, я так внимательно все читал, а инцидент с падением Элен упустил из виду. Как у Вас все складно получается! Теперь все стало по местам.

 

4.7. Пачфобическая природа большинства страхов; созревание личности; решение проблемы переноса

Эриксон: Вы поняли, по каким признакам я обо всем догадался, так ведь?

Клиентка: Нет. Д-р Финк, да что с Вами случилось? Смотрите, он курит сигару.

Эриксон: Меня навело на мысль то, как Вы произнесли словосочетание «спасательный круг» («lifebuoy»), а затем разбили его на два слова.

Клиентка: Ну и что здесь необыкновенного? Два слова трудно объединить в одно.

Эриксон: Ладно, я очень рад, что теперь Вам нравится плавать. Вы сдержали свое обещание, которое дали по телефону, верно?

Клиентка: Что же я Вам обещала?

Эриксон: Спите. Вы будете спать, не правда ли? Не правда ли, Джейн? Засыпайте глубоко и крепко. Вы уже спите? (Клиентка кивает.) Вы подробно отчитались передо мной за весь свой отпуск. Вы действительно плавали. Вы и в самом деле почти избавились от своей тревоги; больше Вы уже не испытываете страха перед мостами; Вас уже не пугает наполняющаяся ванна, и Вас это очень радует. Вы полностью освободились от всех тех печалей, о которых здесь даже не говорилось, и Вам приятно осознавать, что теперь не нужно ни о чем беспокоиться. У Вас нет никаких поводов для волнения, правда? Это единственно верный путь, и только так – не ломая себя – можно победить свои страхи. Теперь Вы это и сами поняли. Отныне Вы не допустите, чтобы беспокойство овладело Вами, ладно? Могу ли я сделать для Вас что-нибудь еще? (Клиентка отрицательно качает головой.) Вы ведь знаете, что всегда можете позвонить мне, так? И, наверное, мне можно будет воспользоваться своим положением, чтобы – в свою очередь – позвонить Вам, когда мне потребуется помощь, верно? (Клиентка явно соглашается.) Вы в этом уверены? Никогда ведь не знаешь, что тебе может понадобиться. Я бы хотел иметь право обратиться к Вам в любое время. Оглядываясь назад, Вы понимаете, что с момента нашей первой встречи повзрослели всего на полгода, но если вспомнить, как много нового Вы узнали, то окажется, что Вы повзрослели значительно больше, и это сразу бросается в глаза. Хотите сегодня обсудить что-нибудь еще? Может быть, поговорим наедине?

Клиентка: (Долгая пауза) Теперь я курю сигареты лучшей марки. Все действия с автоматическим письмом завершились. «Ручная работа» окончилась.

 

Росси: Вы разбудили клиентку до того, как она произнесла последнюю фразу?

Эриксон: Здесь в тексте – пауза.

Росси: Что же произошло за это время?

Эриксон: Клиентка проснулась и произнесла свою реплику.

Росси: Очень важную роль играет здесь Ваша твердая уверенность в том, что большинство так называемых простых страхов имеют панфобическую лрироду. Ваш метод характеризуется тем, что наряд}' с главной, всем очевидной фобией Вы отыскиваете другие сопутствующие ей страхи и пытаетесь разрешить их совместно с решением основной проблемы.

Эриксон: Мы ведь живем не в каком-то изолированном мире.

Росси: Главная фобия – лишь одна из многих; изучая ее, Вы сталкиваетесь с другими страхами и стараетесь найти комплексный ответ. Простого страха не существует: это всегда панфобический отклик на множество возбудителей.

Эриксон: Представьте, что Вы не выносите кошек, а Вам надо навестить своего приятеля, который держит кота. Внезапно Вы обнаруживаете, что Вас раздражает решительно все: одежда, обстановка, угощение – то, что связано не только с самим приятелем, но и с его домом. Почему так происходит?

Росси: Не знаю.

Эриксон: Вы слышали об обивке из конского волоса?

Росси: Ну, конечно, слышал.

Эриксон: А у котов густая шерсть.

Росси: Понимаю! Этот человек связал все воедино. Следовательно, большинство страхов – это обобщения, которые мы просто не осознаем.

Эриксон: Да.

Сильвестр: У меня к Вам другой вопрос: почему Вы так настойчиво расспрашиваете клиентку о том, чего она, на ее взгляд, должна бояться? Это что, способ терапевтической интеграции пережитого? Если исходить из факта, что левая рука не знает того, что делает правая, – то Вы наделяете левую руку таким знанием, которое помогает все осмыслить.

Эриксон: А произнося слова четко, вслух, я довожу до сознания то, что уже известно подсознанию.

Росси: [В 1987] Эриксон решает проблему переноса так, как он обычно делает в своих демонстрационных показах. (Случай, который здесь рассматривается, все-таки относится к демонстрационным, а не к клиническим, когда пациент сам «охотится» за терапевтом и платит за лечение.) Эриксон почувствовал необходимость тактичного решения проблемы переноса. Он овладел несколько необычным, но зато очень удобным и практичным приемом, снимающим все трудности в подобных ситуациях. Пациент имел возможность позвонить Эриксону в любое время, когда бы ему ни захотелось, и попросить о помощи. Вместе с тем сам Эриксон просит о том же – чтобы он мог позвонить пациенту тогда, когда ему в свою очередь потребуется помощь. Этими словами Эриксон подчеркивает, что он вполне может попросить пациента поассистировать ему в каком-нибудь демонстрационном опыте или принять по сильное участие в будущих исследованиях. Эриксон отдает себе отчет в том, что все это всего лишь простая замена действующих лиц (qui pro quo): «Я помог Вам вылечиться – а теперь Ваша очередь помочь мне». Таким образом, то, что люди чувствуют себя «обязанными» в ситуации бесплатного лечения, так же как и неразрешенная проблема переноса, «оплачивается» временем пациента: теперь он готов потратить свое время на то, чтобы помочь другим людям.

 

Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.ru

Оставить отзыв о книге

Все книги автора







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-22; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.172.233.215 (0.036 с.)