ТОП 10:

Раз плюнуть, или Для этого есть специалисты



Ким Чонин, известный миру под псевдонимом Ким Кай, по жизни был еще тем пошляком. Но это не означало, что он имел всех подряд. Совсем нет. Он мог круглые сутки говорить всякие пошлости, намекать на секс всем подряд, приставать и открыто флиртовать, но это не значило, что если Ким Чонин сказал вам "я не прочь трахнуть твой зад" ночью так и случится. Чонин спокойно допьет свой коктейль, возможно, поцелует вас, засасывая по самые гланды, и отправится домой, в родную постельку.

Это Ким Кай описывал в своих статьях о сексуальных похождениях знаменитостей, а Ким Чонин верил, что спать нужно только по любви. Но это не мешало ему быть самым пошлым учеником университета.

И случилось же такое несчастье, понравился Чонину один паренек, напоминающий лемура-долгопята, такого маленького и миленького, с глазищами во всю морду. Было некое очарование в тощем, низеньком и глазастом парне, который мило краснел и хмурился.

После занятий, старшие куда-то смылись, бросив Кима одного, и он вновь подумал о мальчике-лемуре. Если Чонин надеялся построить с ним какие-либо отношения, нужно было выяснить с какого он факультета. И раз Бэкхён его знал, то и спрашивать, очевидно, надо у него. Вот только старший убежал с Лу Ханем. К счастью, Чонин прекрасно знал, что старший переехал в Сеул учиться, и проживал в общежитии, как иногородний студент. Следовательно, можно было подождать его там.

***


- Чанёль, пожалуйста, - Крис в тысячный раз закатывает глаза. И это только за последнюю минуту.
- Нет, хён. Если я последую твоему предложению и совсем не заделаю дыру, то не видать мне Бэкхёна в качестве своего мужа.
- А у тебя уже и такие планы имеются? Нет, только не рассказывай! Иди и делай со своей комнатой что хочешь, только не доставай меня! - Крис оставляет друга, уходя в противоположном от общежития, направлении. Крису повезло не только с наследством, но и с жильем. Китайцу не пришлось ютиться в старом общежитии, как иностранцу. Он жил в шикарной квартире недалеко от университета, куда и направился. Увы, Чанёль такими средствами не обладал, поэтому жил в том самом общежитии для студентов, где проломил внеплановое окно между комнатами.

Младшему пришла гениальная идея (хотя, тут бы Крис поспорил) - поставить к стене небольшой комод, на который установить горшки с цветами. И Бэкхёну цветами приятное сделает, и дыру не так видно будет. Да, и Бён останется все также в поле зрения. Чего уж там, Пак абсолютно не хотел заделывать пролом, ибо он был единственным, что связывало его и Бэкхёна. Но угрозы от журналиста все-таки пугали. Да, и от Кёнсу тоже.

Спустя два часа в комнате Чанёля стояли большие глиняные горшки с цветами и деревянный стеллаж, который он одолжил у знакомого до тех пор, пока все-таки не заделает дыру. Немного физической силы и стеллаж стоял у стены, а на нем возвышались горшки с размашистой зеленью.

- Это еще что за... - Бэкхён открыл свою дверь и шокировано уставился на зеленые кусты, проникающие в его комнату.
- Ой, Бэкхён, - Пак широко улыбнулся, приветствуя соседа, и помахал ему в проем.
- Я просил заделать дыру, а не украшать ее. Если бы я хотел иметь оранжерею у себя в комнате, то давно бы так и поступил. Убери немедленно! И заделай ты эту чертову дырку!
- Но... - Чанёль смотрит на Бёна так, будто тот сказал ему выкинуть котенка в мусоропровод, а не убрать цветы.
- Никаких "но", Пак Чанёль. Мы знакомы всего сутки, но ты умудряешься каким-то неведомым способом при каждой нашей встрече выводить меня из себя. Магия! - пока старший возмущался, как некстати вспомнился совет Криса - не заделывать дыру, иначе никогда Бэк не будет с Чанёлем.
- Нет, цветы останутся, - немного грубо проговорил Чанёль, моментально краснея.
- Что, прости?
- Цветы останутся на месте! - более уверенно проговаривает младший, а его сердце заходится в бешеном ритме.
- Все приходится делать самому, - фыркает недовольно старший и подходит к проему, толкая полку. - Этого здесь не будет!
- Полка стоит в моей комнате. И она останется! - Паку начинает нравиться перепалка со старшим. В конце концов, это самый долгий их разговор.
- А листья этого салата торчат в моей комнате! Убирай, кому говорю!
- Нет!

Чанёль толкает полку на место, а Бён продолжает толкать ее от стенки. И так могло продолжаться вечно, но высокий Чанёль был явно сильнее низкого и худенького Бэкхёна. Поэтому в следующее мгновение Пак толкает полку слишком сильно, и та заваливается на остатки стены, а горшки с цветами летят вниз... в комнату Бэкхёна. Глина с грохотом разбивается и земля из горшков устилает весь пол в чистой комнате Бёна. Далее не выдерживает то, что раньше было стеной и рушится под весом деревянного стеллажа.

Чанёлю кажется, что он стареет на несколько десятков лет, покрывается сединой (хотя из-под рыжей краски все равно не видно), а сердце перестает биться. Он закусывает пухлые губы, с ужасом смотря на старшего. Бэкхён отходит на пару шагов, пугаясь грохота, а затем осматривает весь кошмар, что теперь творится в его многострадальной комнате. Не то, чтобы Бэкхён был зол или шокирован произошедшим. Нет, он просто собирался в следующую же секунду придушить Пака.

Но как только Бён двинулся в сторону младшего, в дверном проеме показались Кёнсу с Чонином.

***


Зайдя в общежитие, Кай решает, что лучше всего спросить у коменданта про Бэкхёна. На первом этаже здания располагалась всего одна жилая комната с надписью на двери "комендант", так что долго искать не пришлось. Журналист стучится в дверь и ему практически моментально открывают:
- Сказал же, горячую воду завтра подключат, ваши хуи за это время от холодной воды не отвалятся! - Кёнсу открывает дверь и краснеет, смотря большими глазами на стоящего перед ним Чонина. Младший тихонько хмыкает.
- Мило. Кажется, ты - Кёнсу, да? - Чонин нагло ухмыляется, облокачиваясь на дверной косяк, а До пытается вернуть прежнее спокойствие.
- До Кёнсу, если быть точным. Впрочем, ты не проживаешь в нашем общежитии и не обязан это знать, - До бегло облизывает пересохшие от волнения губы. - Тебе что-нибудь нужно?
- Если мы переспим, то я обязан знать твое имя, - все еще улыбается Чонин, прожигая Кёнсу взглядом. - Милый, я хотел узнать в какой комнате проживает Бён Бэкхён, но теперь не важно. Можем сразу приступить к главному и немного развлечься в кровати. Задница у тебя такая же красивая, как и личико? - Ким проводит кончиками пальцев по слегка красным щекам До, делая шаг тому навстречу. Пусть Кёнсу ему нравится, но таков уж Ким Чонин - пошлый до невозможности.
- Вынужден отказать на это не слишком заманчивое предложение, но к Бэкхёну провожу. Мне и самому туда нужно, - мечты До о прелестном журналисте Кае разбиваются о волну пошлятины, что несет без остановки младший. Румянец моментально спадает с щечек Кёнсу и тот с легкой обидой смотрит на Кима. Он невероятно красив, но слишком уж не воспитан.
- Можно и к Бэкхёну, - Кай отступает, пропуская До вперед, и шлепает того по заднице.
- Я бы попросил не распускать руки, а то...
- Что, милый? - Кёнсу хотел продолжить в своей обычной форме "оторву твои клешни и скормлю диким хомячкам", но все-таки рядом с прекрасным Чонином это было неловко.
- Впереди топай, - угрюмо проговаривает старший. - Второй этаж и налево.

Когда парни приближаются к комнате Бёна, то слышат грохот, а дверь оказывается открытой. Кёнсу подходит к дверному проему и в шоке смотрит на покрасневшего от злости Бёна, бледного Пака, землю на полу, окончательно разрушенный проем, и все, на что его хватает, это:
- Сто хуёв мне в жопу! - Чонин пошло улыбается на восклик До. - Отсовокупись, это просто выражение, а не желание.
- Отсово... что?
- Я подумал, что отъебись будет слишком грубо, мы ведь не так хорошо знакомы, - пожимает плечами Кёнсу.
- А ты мне нравишься, милый До.
- А ты мне нет, противный Чонин. Но вернемся к делу. Какого фаллического символа эта дыра стала размером с жопу старейшей шлюхи в Сеуле?
- Нет, ты мне определенно нравишься, - Ким продолжает улыбаться, пока Кёнсу разглядывает дыру в стене, которая теперь уже тянулась до самого пола. Чанёль лишь виновато улыбается, мысленно отписывая все свое имущество лучшему другу.
- Это твое очередное "я все исправлю"? Пак Чанёль, я терпел. Я долго терпел. Я, мать твою, терпел даже когда ты, похотливая шпала, напился и голым бегал по общаге, светя своим жезлом всевластия во время посвящения в первокурсники. Но это уже ни в какие ворота!

Чонин успевает перехватить До в сантиметре от несчастной шеи Пака. Младший слушает не останавливающуюся ругань Кёнсу и думает, что этот парень определенно ему нравится. Именно таким, матерящимся и злым, а не милым и вежливым. Пожалуй, вечно пошлый Ким Чонин нашел идеально подходящего ему парня.

Чанёль в этот момент решает, что для всего связанного с ремонтом, есть специалисты. И не стоит будущему бизнесмену когда-либо и что-либо чинить.

Противоположности притягиваются, или Рыбак рыбака...

Бэкхён секунду назад решил, что идиот здесь не его сосед, а он сам. Другого объяснения своим эмоциям он найти не мог. Всю жизнь Бён Бэкхён считал себя чуть ли не гением, а вчера начал считать, что его сосед полнейший идиот. Но как оказалось, и сам Бэкхён, и его сосед были идиотами. Иначе Бэкхён не знал, почему он сейчас пожалел Чанёля и решил помочь ему. Ведь виноват был один Чанёль.

Младшему было приказано убрать все, что он натворил в комнате Бёна. После этого Кёнсу удалился. Естественно, в сопровождении Чонина. Что было нужно Киму и чего он вообще приходил, Бэкхён так и не понял. Собственно, как и не понял, почему он ушел с Кёнсу.

В итоге, Бён около десяти минут наблюдал, как рыжая башня ползал по его полу, собирая землю и остатки горшков с цветами. В этот момент у Пака был настолько несчастный вид, что Бэкхён не выдержал. Он с недовольным вздохом поднялся с кровати и подошел к парню, опускаясь рядом с ним на пол. Чанёль видит, как тонкая рука тянется к одному из цветков, и поднимает удивленный взгляд.

- Бэкхён?
- Что? Один ты целую вечность провозишься, а я отдохнуть хочу, ясно? - Бён гордо задирает нос и продолжает уборку, не замечая счастливой улыбки младшего.
- Спасибо, - тихо шепчет младший, но Бэкхён все равно слышит и чуть улыбается уголками губ.

Спустя два часа Бэкхён устало падает на кровать, а Чанёль, забывшись, повторяет за старшим.
- Месяц не буду делать уборку, мне хватило, - коротко смеется Бён, смотря в потолок.
- Обещаю месяц не давать тебе повода для уборки, - басистый смех Чанёля приятно разливается по комнате и Бён поворачивает голову, смотря на младшего. Бён рассматривает профиль Чана, его рыжие волосы, которые как обычно в полнейшем беспорядке. Чанёль ощущает взгляд на себе и поворачивается к Бёну, встречаясь с ним взглядом. Парни застывают, смотря друг другу в глаза, никто не смеется. В полной тишине оба парня буквально гипнотизируют друг друга взглядом. Ёль рефлекторно проводит языком по губам, неотрывно смотря на Бэкхёна. Тогда Бён резко садится на кровати, отворачиваясь от младшего, и что-то бурчит. На самом деле, Бэкхён пытается скрыть покрасневшие щеки, и смущение от своих мыслей. Чанёлю кажется, что он поторопился, был слишком неосторожен со старшим. Он медленно поднимается и виновато опускает голову.
- Я... я пойду к себе. Знаешь, ты не обязан и сегодня уходить ночевать куда-то. Это ведь твоя комната, а виноват во всем я. Оставайся, а я найду где переночевать, - Пак уходит из комнаты через проем в стене, оказываясь у себя.
- Не уходи, - доносится непривычно тихий голос Бэкхёна, и Чанёль оборачивается, смотря на парня, который все еще избегает встречаться взглядом с рыжим. - Поставь стеллаж на место. И обещай не подглядывать. И не пялься на меня, пока я сплю. И не смей храпеть. И...
- Я понял, - Чанёль улыбается так широко, как только может.

***


- Крис! Крис! Крис! Крис! Я говорил с Бэкхёном! - младший радостно кричит в телефон, пока Бён ушел в ванну и не может его слышать.
- Ммм... Чанёль, ты? Подожди секунду. Крис, это тебя, - в трубке слышится шорох, недовольное бормотание и китайская ругань. - Ответь, там у твоей рыжей башни оргазм от разговора с Бэкки.
- Эм... Крис?
- Чанёль, чего тебе?
- Я, кажется, подружился с Бэкхёном, - Пак счастливо улыбается, решая забить на то, что там происходит у старшего, и кто ответил на звонок.
- Год безответной любви и сломанная стенка определенно стоили этого. Поздравляю.
- Ну, Крис.
- Поговорим завтра на учебе, хорошо? Я немного занят.
- А чем? - китаец иногда поражался детской наивности Пака.
- Как тебе сказать... - в трубке снова послышалось ворчание и какой-то шум. - Сяо Лу, нет, прекрати. Я говорю с Чанёлем. Короче, Ёль. До завтра! - Крис отключает телефон, а Чанёль остается слушать гудки и переваривать услышанное.
- Чанёль, - размышления прерывает Бэкхён, вернувшийся из душа.
- Да? - Ёль поворачивается к старшему и смотрит на того через проем. По мокрым волосам стекают капли, падая на шею Бэка. Чанёль зажмуривается, пытаясь не фантазировать на эту тему. - Ты что-то хотел, хён? - младший отворачивается, делая вид, будто окно внезапно стало очень интересным.
- Разве мы не одногодки? Я не хён, - смеется Бён, но потом опомнившись, хмурится. - Значит так, башня. Я собираюсь почитать материалы для завтрашней лекции, и прошу тебя не мешать. Ясно?
- А как я могу тебе помешать?
- Не знаю, я никогда не жил с соседом по комнате, если тебя можно так назвать. Сиди смирно, пока я не закончу.
- Хорошо, - Пак быстро кивает и садится на кровать, доставая из-под подушки планшет.

БэкХён удобно ложится на кровати, и открывает первую страницу книги, которую необходимо выучить до завтра. Из-за происшествия со стеной он совсем забыл об этом.

Чанёлю же быстро надоедает листать новости, и он принимается разглядывать Бэкхёна. Старший иногда хмурится, читая книгу, или беззвучно проговаривает прочитанное, одними губами. Спустя полчаса наблюдений, Чан учится различать эмоции Бэкхёна. Вот старший прикусил нижнюю губу - попалось что-то, чего он не понимает. Он коротко кивнул сам себе - разобрался. Вновь беззвучно проговаривает - пытается запомнить. Наклоняет голову чуть в сторону - рассматривает схему или рисунок, а затем, морщит нос - рисунок явно непонятен. Пак улыбается, продолжая наблюдать за соседом, и не замечает, что просидел практически без движения уже три часа, а за окном начало темнеть. Наконец, Бэкхён закрывает книгу и поднимает взгляд на Пака.
- Ты что, просидел все это время так?
- А что?
- Мой сосед - идиот, - закатывает глаза Бён. - Я же не имел ввиду, чтобы ты вообще не двигался, не дышал или еще что. Достаточно было не шуметь. Или мог сходить куда-нибудь.
- Ой...
- Серьезно, - Бэкхён вздыхает и поднимается с кровати. Он натягивает на себя толстовку и направляется к двери.
- Ты куда? Вечер же. Разве ты не останешься ночевать? - в глазах Чанёля виднеется откровенная паника и старший вновь корит себя за слабость.
- Недалеко продают отличный рамен. Можешь пойти со мной. Потому что я очень проголодался и хочу есть, - Чанёль радостно подрывается с кровати, чуть не падая, потому что ноги затекли. Но ему удается добраться до пролома в стене и отодвинуть стеллаж. Пак радостно подходит к старшему, напоминая тому щенка своей реакцией.
- А выйти через свою дверь ты не мог?
- Ой, - и вновь та немного глупая и виноватая улыбка от Пака.

А Бэкхён в который раз задумывается, что похоже он не так сильно отличается от Пак Чанёля. Иначе он бы даже разговаривать никогда не стал с таким парнем, как Чанёль.

Подглядывать не хорошо, или Чуть-чуть не...

Подглядывать не хорошо. К тому же, если ты дал обещание этого не делать. К тому же подглядывать за любимым человеком. К тому же Чанёль, как и обещал, лег спать. А вот Бэкхён не удержался.

Бэкхён сидел на кровати в полной темноте и через пролом разглядывал спящего Пака. Для этого сейчас были все условия: после ужина Чанёль так и не вернул стеллаж на место, завалившись спать, а спал он с включенным ночником. Сам Чанёль, словами Кёнсу, уссался бы от страха и наложил Великую Китайскую стену, если бы увидел этот пристальный взгляд из темноты.

Ну, а так как этого не произошло и Пак спокойно сопел, видя в своем сне прекрасного Бэкхёна, то этот прекрасный Бэкхён спокойно сидел и наблюдал за сном соседа. Бён не мог ответить себе, зачем ему это, но раз уж сон не шел, то почему бы и нет? Чанёль спал слишком заманчиво для старшего. Рыжий полностью раскрылся, а футболка вообще лежала где-то на полу. Бэк скользнул взглядом по оголенному телу младшего, отмечая, что в одежде тот выглядит худым, но на деле обладает неплохими мышцами. Конечно, ему далеко до Чонина, но для Бэка в самый раз.

Когда младший потягивается во сне, переворачиваясь на живот, Бэкхён нервно сглатывает, разглядывая зад Чанёля. Шорты, в которых Пак спал, немного сползли, открывая заманчивый вид на ягодицы. Рука непроизвольно опускается к пижамным штанам, проникая под резинку. Секунда - и Бэк тихо стонет, сжимая собственный возбужденный член тонкими пальцами. Стоит младшему что-то простонать во сне и Бэк вмиг заливается краской. Он замирает на несколько секунд, но потом не выдерживает и продолжает ласкать себя. Бэк крепче сжимает член, проводя рукой от основания к головке. Он оттягивает крайнюю плоть, большим пальцем массируя головку, задыхаясь от удовольствия. Но нельзя, чтобы Чанёль проснулся, поэтому свободной рукой Бэк зажимает себе рот.

Движения Бэкхёна резкие и быстрые. Парень возбужден до предела, особенно возбуждало то, что Пак мог проснуться и увидеть, как старший дрочит. Бэк закрывает глаза, переставая следить за младшим, и дает волю фантазии: Чанёль проводит руками по стройному телу Бэкхёна, опускается к паху, лаская бедра, а затем и возбужденный орган. Руки младшего нежно ласкают головку члена, спускаются по стволу к мошонке, массируя ее. Затем вновь возвращаются к члену, активно надрачивая. Бэкхён представляет это настолько ярко, что не выдерживает и кончает, громко простонав имя Ёля.

Стон оказывается слишком громким и Бён с опаской открывает глаза, но младший продолжает мирно спать. На тонких пальцах остается вязкая жидкость и Бэк невольно морщится. На часах почти три ночи, а Бэкхён идет в душ, чтобы смыть воспоминания о позоре. Он уверяет себя, что это все от недостатка секса, а не потому, что его сосед хоть и идиот, но ужасно привлекательный.

***


В дверь настойчиво стучат и До приходится подняться с постели. Кёнсу открывает дверь и видит перед собой Чонина, который виновато улыбается разбитыми губами и смотрит на старшего. Лицо журналиста разбито и запачкано кровью, как и сбитые костяшки на руках, которые видно, когда тот неловко трет шею.
- Какого... что произошло? - До немедленно помогает младшему, буквально втаскивая его к себе в комнату и усаживая на кровать.
- Ничего. Могу я умыться у тебя? А то идти в таком виде по улице...
- Или ты мне сейчас же говоришь, что произошло. Или я ебну тебе в рожу со всей своей любовью.
- Так ты меня любишь?
- Господи, дай мне силы не расчленить его, и не закопать под окном прямо сейчас, - закатывает глаза старший. Он уходит в ванную за небольшой аптечкой и быстро возвращается, становясь напротив младшего. До пытается обработать раны как можно аккуратней, но перекись жжет и Ким то и дело шипит от неприятных ощущений.

Закончив с лицом и руками младшего, Кёнсу поворачивается к нему спиной, чтобы убрать антисептик.
- Кёнсу-я, тебе говорили, какой у тебя красивый зад? Так и хочется вставить.
- Пожалуйста, займись любовью с копытным животным.
- А?
- Ебись конем, Ким Чонин. Мне спать пора, и глубоко, - Чонин вновь выдает пошловатую улыбочку, - плевать, а не то, о чем ты подумал, извращенец с вечным недотрахом и спермой вместо мозга.
- Ты такой грубый, но именно это меня и заводит.
- Мне по причинное место, что там тебя заводит, - Кёнсу видит непонимание в глазах младшего и со вздохом добавляет, - похуй мне. Ну вот как рядом с тобой не материться? В общем, Ким Чонин, прошу тебя уйти как можно скорее из моей скромной обители, а то время для гостей неподобающее и завтра рано вставать. Если не понял, то поясню - съебался из моей комнаты. На часы смотрел? Или у тебя такая функция не предусмотрена природой вместе с мозгом и чувством такта? И предвидя твой вопрос - мне абсолютно по фаллосу, что с тобой случилось. Выметайся.

С огромным усилием вытолкав Чонина за дверь, Кёнсу, наконец, ложится на свою любимую кровать. Он думает о том, что рядом с Кимом хочется быть милым и беззащитным, а не обычным матершинником, но это достаточно трудно. Да и Кёнсу разочаровался в Чонине, когда понял, что тот всего лишь похотливый плэйбой, который и думает только о том, с кем бы переспать. А До, как последний дурак мечтал о серьезных отношениях со звездой журфака.

***


Чонин уходит, из общежития так и не добившись расположения Кёнсу. Он не понимает, почему старший так негативно к нему настроен и даже не захотел выслушать что случилось с парнем. Ведь пострадал Ким именно из-за коменданта.

За несколько часов до событий в комнате Кёнсу.
Чонин прогуливался по парку рядом с общежитием. Мысли постоянно крутились вокруг прелестного глазастика-коменданта, напоминавшего журналисту только что родившегося малька рыбы. Но не только внешность в Кёнсу была привлекательна. Комендант выражался так, что Чонин заводился после нескольких слов, хотя обычно, это он всех возбуждал. После сегодняшней неудачи Ким не собирался сдаваться, но и плана по захвату сердца До Кёнсу у него пока не было.

Устав бродить по темному парку, Чонин направился к выходу, как до чуткого слуха донеслись голоса и смех парней. Журналист удивился, что кто-то еще мог гулять в такое время, но ведь рядом общежитие и здесь постоянно кто-то ошивался. В основном ночью в парке прогуливались те, кого не пустил в общежитие До из-за опоздания.

Немного пройдя, Ким увидел троих парней, а затем услышал в их разговоре знакомое имя:
- Опять этот мелкий урод. Думает, если он комендант и круто ругается, то ему все позволено? Какого хрена он не пустил нас? Подумаешь, пришли позже, чем нужно.
- Вот именно, нам не пять лет, чтобы слушаться какого-то придурка. Только и может, что лаять как сучка течная, - перебивает друга второй парень.
- Хэй, а может он и правда сучка течная, - ржет третий незнакомец. - Слышал, он с Крисом, тем богатеньким сынком с бизнес факультета трахался. Вот тот и подсуетился, выбил ему тепленькое место в общаге.
- А чего к себе не переселил тогда?
- Пф, со шлюхами трахаются, а не живут. Ты же видел этого До. В нем ничего выдающегося, да и мозгов так себе, судя по его речи.

Кай медленно закипает, слушая нелестные отзывы о Кёнсу. Он не знает, правда это или нет, но точно не позволит никому так открыто высказываться о старшем.

- Хлебало завали, - рычит младший, выступая к трем незнакомцам. - Если Кёнсу не пустил вас, значит заслужили.
- А ты кто? Очередной его спонсор?

Ким не отвечает, просто врезая с размаху незнакомцу, и разбивая себе костяшки, а тому выбивая несколько зубов. К сожалению, сил Чонина не хватает, чтобы биться сразу с троими. Так из героя-победителя Чонин превращается в героя побитого. Но он все равно ощущает себя героем, ведь его побили, когда он заступался за любимого Кёнсу.

***


И пусть в ту ночь До Кёнсу не узнал о геройстве Ким Чонина, а Пак Чанёль совсем не спал, но двое людей сделали огромный шаг на пути к началу отношений. Только одному из них оставалось еще признаться самому себе в чувствах.







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-10; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.219.167.194 (0.01 с.)