ТОП 10:

Политика ускоренной индустриализации



Партия коммунистов выдвинула И. Джугашвили своим очередным вождем. Достойный преемник Ленина, он правил также пожизненно, до весны 1953 г. Завершение верхушечной борьбы в Кремле позволило И. Джугашвили вплотную заняться экономикой. Новые правители России понимали необходимость индустриализации, укрепления военной мощи[145]. В ноябре 1926 г. кремлевские вожди приняли следующее решение: «В минимальный исторический срок нагнать, а затем и превзойти уровень индустриального развития передовых капиталистических стран». В 1929 г. партия Сталина утвердила первый пятилетний план на 1928-1932 гг. Всеобщее планирование может осуществлять лишь государство, обладающее тотальной властью. Отныне, плановые показатели, рожденные волей диктатора, обретали силу закона; их невыполнение жестоко каралось.

Грандиозные проекты требовали соответствующих жертв. Коммунисты обратились к традиционным для России источникам накопления: экспорту зерна, низкой заработной плате рабочих и служащих, широкой продаже спиртного, использованию «дешевого» труда заключенных[146]. По демпинговым ценам экспортировали лес, нефть. С 1923 г. Советское правительство стало чеканить серебряные полтинники и рубли, а затем и золотые червонцы. В обращение выпустили государственные казначейские билеты достоинством в один, три и пять рублей золотом. Наркомфин приступил к чеканке и выпуску в обращение разменной серебряной и медной монеты. Однако золото и серебро быстро исчезли из обращения. Бумажный рубль стал падать в цене. В 1925 г. прекратили чеканку серебряного рубля, а в 1928 г. – и полтинника[147]. В 1930 г. И. Сталин дал указание спецслужбам: «А) основательно почистить аппарат НКФ и Госбанка, несмотря на вопли сомнительных коммунистов типа Брюханова – Пятакова; б) обязательно расстрелять десятка два – три вредителей из этих аппаратов, в том числе десяток кассиров всякого рода; в) продолжать по всему СССР операции ОГПУ по изъятию мелкой монеты серебряной»[148].

В 1925 г. руководители государства преодолели запрет покойного В. Ульянова и начали выпуск водки[149]. С 1926 по 1927 гг. число ликеро-водочных заводов выросло с 95 до 145 [150]. Вскоре торговля водкой стала существенным дополнительным внутренним финансовым источником осуществления индустриализации. Доля от продажи спиртных напитков в госбюджете выросла с 2% в 1923/24 финансовом году до 12% в 1927/28 г. В 1926 г. Ленинграде появились первые в СССР вытрезвители[151].

Значительную часть валютной выручки давал экспорт пушнины. Если в 1925/26 хозяйственном году было вывезено мехов на 9 млн руб., то в 1933 г. – уже на 130 млн руб. Более трети советского мехового экспорта составляла выделанная пушнина, а крашенный мех – 45%[152].

В СССР была создана сеть валютных магазинов для торговли с иностранцами (торгсин). Эти магазины обслуживали и граждан СССР. На золото и серебро можно было купить продукты питания, качественные промышленные товары. Торгсин стал принимать от населения серебро, платину, бриллианты и другие драгоценные камни. В голодный 1933 г. торгсин собрал свой самый большой валютный урожай – почти 45 т чистого золота и 120 т чистого серебра. В этот же год предприятия золотодобывающей промышленности намыли порядка 50 т драгоценного металла[153]. В 1930-1932 гг. только по России на нужды индустриализации сняли более 300 тыс. церковных колоколов, часть из которых продали за границу[154].

В 1927 г. политика нэпа была окончательно свернута. В 1928 г. началась первая пятилетка. Самой известной стройкой первой пятилетки была электрическая станция на Днепре. Подготовительные работы начались еще в 1921 г. В 1925 г. инженер И. Г. Александров представил проект, который дорабатывался американской фирмой «Х. Л. Купер и К» и немецкой «Сименс – Баунион». Длина плотины составила 760 метров, а высота – 64 метра[155]. В 1928-1929 гг. на Путиловском заводе и Харьковском паровозостроительном было выпущено 3276 тракторов. В 1929 г. начали строить Магнитогорский и Кузнецкий заводы, в 1930 г. Запорожский, Азовсталь, в 1931 г. – Ново–Липецкий и Ново–Тагильский, Криворожский, Нов – Ташельский и Никопольский трубопрокатный. Эти заводы вступили в строй уже в годы второй пятилетки (1933-1937).

Для индустриальных строек не хватало металла, цемента, кирпича. В СССР ввозили станки и оборудование из Германии, Великобритании и США. На Автозаводе и Электрозаводе, на Горьковском автомобильном и Сталинградском тракторном работали значительные колонии иностранных специалистов. Американские фирмы поставляли оборудование для Сталинградского тракторного и Горьковского автомобильных заводов. В годы первой пятилетки наша страна впервые стала выпускать автомобили и тракторы[156].

 

Название завода Планируемая мощность (тыс. штук)
Нижнегородский автомобильный
Московский автомобильный
Харьковский тракторный
Челябинский тракторный
Саратовский завод комбайнов

 

Летом 1931 г. железные дороги Советского Союза насчитывали в 4 раза меньше грузовых вагонов в сравнении с США. Коммерческий флот СССР составлял менее 2% от английского[157].

Бюрократия эксплуатировала энтузиазм молодых. Палатки, бараки, отсутствие элементарных удобств, низкая зарплата, плохое питание стали неизбежными спутниками советских строек. При возведении Магнитогорского металлургического комбината около тысячи человек умерли дизентерии. Энтузиазм строителей умело инспирировался коммунистической агитацией и поддерживался репрессиями. В 1928 г. коммунисты организовали в Москве показательный судебный процесс над группой инженеров, так называемое «Шахтинское дело». Н. Горлецкого, Н. Кржижановского, А. Юсевича, Н. Бояринова и С. Будного расстреляли, а шестерых приговорили к десятилетнему сроку заключения. Аналогичные судилища прошли в провинциальных городах. В целом по стране было арестовано 2 тыс. инженеров. В 1929 г. Советское правительство ликвидировало воскресенье. После четырех дней непрерывной работы следовал выходной. Отсюда название «пятидневка» или «непрерывка». Единый для всех членов семьи выходной день был ликвидирован. В 1940 г. правительство вновь подарило трудящимся воскресенье.

В сентябре 1930 г. газеты сообщили о расстреле 48 руководителей пищевой промышленности, в том числе профессора Рязанова, по обвинению в организации продовольственных трудностей. В ноябре-декабре 1930 г. в Москве организуется второй после «Шахтинского дела» показательный процесс: процесс «Промпартии». В обвинительном заключении указывалось, что в подпольной «Промышленной партии» насчитывалось не менее двух тысяч членов. Перед судом предстало 8 человек. Подсудимых обвинили в подрывной деятельности в пользу иностранцев. Глава «Промпартии» Л. Рамзин признал обвинения. В марте 1931 г. в Москве судили «вредителей» из плановых и банковских структур. В апреле 1933 г. состоялся очередной процесс. В числе 18 «вредителей» было 6 английских инженеров и техников. Англичан выслали из СССР, а советские граждане получили от 18 месяцев до 10 лет заключения. Советская власть карала техническую интеллигенцию, служащих госбанка и Госплана. Репрессии преследовали несколько целей: запугать инженеров, снять вину с партийных функционеров за некомпетентное руководство. Например, тяжелую индустрию страны направлял в нужное русло ветеринар Серго Орджоникидзе. Репрессии инженеров и начальников вызывали одобрение у малограмотных рабочих, создавали иллюзию борьбы за социальную справедливость.

Страной руководил огромный бюрократический аппарат – более 5,5 млн. государственных служащих – малоквалифицированный и коррумпированный. В 1928 г. в СССР насчитывалось только 233 тыс. специалистов с высшим образованием[158]. К концу первой пятилетки половина руководителей промышленности не имела специального образования.

В 1929 г. коммунисты инспирировали кампанию по развертыванию массового соревнования на основе ленинских идей 1919 г. о бесплатном коммунистическом труде[159]. Кампания успеха не имела. В 1930 г. коммунисты подавили стачку ивановских ткачей. В этом же году рабочие Московского автомобильного завода назвали И. Сталина «самозванным вождем пролетариата». Советская власть сделала все необходимое, чтобы об этих и многих других событиях не узнали даже соседние города.

17 июля 1930 г., к 16-му съезду партии на новом Сталинградском заводе изготовили два трактора. В последующие пять месяцев так и не удалось организовать ритмичную работу конвейера. Низкая квалификация рабочих была серьезным препятствием для освоения американского оборудования. Только через 10 месяцев заводчане стали выпускать по 50 тракторов в день. В 1935 г. Сталинградский тракторный завод выдавал уже более 150 машин в день (в две смены)[160]. 1 мая 1931 г. была открыта Туркестано-Сибирская железная дорога, а 1 января 1932 г. пущен Горьковский автомобильный завод. 2 августа 1933 г. в СССР официально открыт Беломоро-Балтийский канал, соединяющий Белое море с Онежским озером. Общая длина канала 227 км. На строительстве работало 100 тыс. заключенных[161]. К 1930 г. страна достигла дореволюционного уровня выплавки чугуна. В 1932 г. каждая шестая тонна потребленного проката была ввезена из-за границы. На импорт черных металлов за пятилетку было израсходовано 2,5 миллиарда рублей, а государственные вложения в отрасль составили 3 миллиарда рублей.

В первой пятилетке освоение новых производств осуществлялось простым копированием европейских и американских образцов: паровозов, полувагонов, и так далее. Известная американская фирма промышленных архитекторов «Альберт Кан и Ко» заработала на проектах производственных зданий для СССР 2 миллиарда долларов. Около десяти проектов делали в Детройте, а остальные в России. Американцы запроектировали всю советскую тяжелую промышленность. Американцы проектировали Московское метро, поставляли турбины для Днепрогэс и так далее. Английская кампания «Метрополитен-Викерс» снабдила оборудованием большинство крупнейших советских электростанций. Западные фирмы консультировали, строили, снабжали оборудованием Магнитогорск и Кузнецк, Уралмашзавод, 1-й Шарикоподшипниковый завод в Москве, автозавод в Нижнем Новгороде и завод грузовых машин в Ярославле. На 1 октября 1929 г. СССР имел 70 договоров о технической помощи с иностранными фирмами.

Гигант резиновой промышленности страны – Ярославский резиноасбестовый комбинат должен был вырабатывать три четверти общесоюзного каучука. В 1930 г. на этой стройке работало лишь 7 автомашин. Не было ни экскаваторов, ни подъемных кранов, ни других механизмов. Тем не менее, к 7 ноября 1932 г. изготовили первую отечественную покрышку[162]. За первую пятилетку Ярославский автомобильный завод дал стране 3349 автомобилей. В 1932 г. коллектив завода выпустил 12-ти тонную автомашину[163].

Индустриализация сопровождалась бесконечными импровизациями. В целом задания первой пятилетки не были выполнены.

 

Производство План 1929 г. Фактическое выполнение 1929 г.
уголь 75 млн т 64 млн т
чугун 10 млн т 6, 2 млн т
электроэнергия 20 000 млн кв. час. 14 000 млн

 

Например, вместо 60 доменных печей ввели в эксплуатацию только 32. Тем не менее вождь объявил об успешном выполнении пятилетнего плана.

Все качественные характеристики: производительность труда, себестоимость, качество продукции шли по нисходящей линии. Процесс индустриализации сопровождался невероятной растратой человеческих и материальных ресурсов. Это привело к падению уровня жизни. К концу 1930 г. 40% капиталовложений в промышленность были заморожены в незавершенных проектах. Индустриализация проводилась экстенсивными методами, с огромными издержками. Она сопровождалась высокой инфляцией (увеличение денежной массы на 180% за пять лет, рост на 250-300% розничных цен на промышленные товары), приведшей к снижению примерно на 40% покупательной способности рабочих[164]. Экономика оказалась разбалансированной. Отставала химическая индустрия. В текстильной промышленности произошло падение производства. Не хватало даже плохой одежды. Мало внимания уделялось железным дорогам. Жилищное строительство, производство потребительских товаров и сфера услуг были и вовсе забыты. Рабочие подолгу простаивали в очередях за товарами первой необходимости.

В 1931 г. И. Сталин объявил войну «уравниловке». В стране были различные цены :1) государственные цены на пайковые товары, выдаваемые по карточкам; 2) коммерческие цены – значительно более высокие – на товары без карточек; 3) «среднеповышенные цены» на товары, продаваемые в рабочих районах, – ниже коммерческих, выше государственных; 4) «цены образцовых магазинов» –универмагов, в которых цены выше коммерческих; 5) «торгсины» – магазины, в которых все товары продаются только за золото или валюту; 6) рыночные цены. Тридцатые годы отмечены усилением расслоения среди трудящихся. Квалифицированные рабочие получали в четыре – восемь раз больше, чем неквалифицированные, в то время как администрация и аппарат управления вообще получали в восемь – тридцать раз больше – это без учета прочих привилегий, которыми они пользовались[165]. В бюллетене оппозиции Троцкий писал: «Никогда еще Советский Союз не знал такого неравенства, как теперь, почти два десятка лет после ноябрьской революции: заработная плата в 100 рублей и заработная плата в 8-10 тысяч рублей. Одни живут в бараках и ходят в рваной обуви, другие ездят в роскошных автомобилях и живут в великолепных квартирах. Одни бьются, чтобы прокормить себя и семью, другие, помимо автомобиля, имеют прислугу, дачу под Москвой, виллу на Кавказе и так далее»[166].

Новый правящий класс, за исключением кремлевской верхушки, вышел из пролетарской среды и исповедывал антикапитализм. Собственность нового класса проявлялась в виде исключительного права партийной бюрократии на распределение национального дохода, регламентацию уровня заработков, выбор направлений хозяйственного развития, а также распоряжение национализированным имуществом[167]. Средняя заработная плата в тридцатые годы у рабочего равнялась 150 – 200 рублей, пенсия 25 – 50 рублей. Белый хлеб стоил 1рубль 20 копеек, мясо – от 5 до 9 рублей, картофель – 40 копеек, сало – 18 рублей, мужские туфли – 290 рублей, дамские туфли – 280 рублей, мужская рубашка – от 39 до 60 рублей. Рабочие жили в коммунальных квартирах, бараках. Заработки стахановцев составляли от 700 до 2000 рублей в месяц. В 1936 г. они повысились до 4000 рублей[168]. Стахановская система, одобренная в начале тридцатых годов, разрушила остатки солидарности и классового сознания среди рабочих, во-первых, разжиганием жестокого соревнования и, во-вторых, образованием временной стахановской аристократии, социальная дистанция которой от обыкновенного рабочего, естественно, воспринималась более остро, чем расслоение между рабочими и управляющими. Этот процесс завершился введением в 1938 г. трудовых книжек, которые официально превратили весь российский рабочий класс в одну гигантскую рабсилу для принудительного труда.

В 1939 г. прогулом стало считаться опоздание на 20 минут. С 1940 г. подобное нарушение было признано уголовным преступлением. С виновного удерживали четверть заработной платы. До войны на основании этого указа было осуждено более 3 млн человек, причем 480 тыс. были приговорены к тюремному заключению[169].

Первая миграционная волна в тридцатые годы была связана с массовым перемещением крестьян в города. С 1926 по 1939 гг. городское население увеличилось на 30 млн. человек. Крестьяне ушли в города, с началом коллективизации. В годы первой пятилетки приток переселенцев только в Московскую и Ленинградскую области составил по 3, 5 миллиона человек в каждую. Рост молодых промышленных центров был еще значительнее: население Днепропетровска и Сталино (Донецк) на Украине, Челябинска и Свердловска на Урале, Новосибирска и Кузнецка в Сибири увеличилось за несколько лет в пять- шесть раз[170]. Если в 1928 г. в среднем на сибирского горожанина приходилось 4,6 м жилой площади, то в 1937 г. – около 3 м. Еще ниже были показатели в Кузбассе. В 1937 г. около 90% шахтеров угольного бассейна жили в дощатых и саманных постройках и даже землянках[171]. Тем не менее, в городе было лучше, чем в деревне. Город давал бывшим крестьянам регулярную зарплату, нормированный рабочий день, выходные дни, отпуск, паспорт, прописку, право получить от государства жилье, право посещать поликлинику.

Патологический характер урбанизации и индустриализации в советской России привел к появлению значительной доли маргиналов[172]. Болезненный процесс адаптации новых пролетариев влек за собой целый ряд негативных явлений. Участились неявки на работу, усилилась текучка кадров, увеличилось количество случаев хулиганства и поломок техники, выпуска бракованной продукции, резко возросли производственный травматизм, алкоголизм и преступность.

15 июля 1937 г. открыт канал Москва-Волга. 18-20 июля 1937 г. В. Чкалов, Г. Байдуков и А. Беляков совершили беспосадочный перелет Москва-Северный полюс-США. Это было выдающимся достижением.

Несмотря на нажим репрессивных органов, задания третьей пятилетки не выполнялись. В 1937-1941 гг. темпы роста промышленного производства не превышали 3-4% в год. Давно уже покончили с анархизмом и демократизмом. И. Сталин сделал то, что не удалось Л. Корнилову. Дисциплина на заводах была почти военной. Тем не менее, возможности внеэкономического принуждения были полностью исчерпаны. Низкая квалификация рабочих СССР оставалась серьезной преградой на пути освоения новой техники.

Показательна судьба такой известной стройки, как Байкало–Амурская магистраль. Решение о начале строительства было принято еще в 1886 г. В 1911 г. начались изыскания Э. Михайловского. В 1932 г. приступили к строительству магистрали. В этом же году прекратили финансирование и стройку передали в ведение ОГПУ. В 1934 г. был создан БАМЛАГ, рассчитанный на 125 тыс. заключенных. Решение 1938 г. предусматривало завершение строительства в 1945 г. Разумеется, что причиной подобного долгостроя была не только война.

В 1940 г. розничные цены в 6 раз превышали уровень нэпа. В закрытых распределителях чиновники могли купить на рубль в 20 раз больше, чем рядовой труженик в обычном магазине. В конце тридцатых годов сотни талантливых конструкторов были арестованы. Достаточно вспомнить биографии А. Туполева, С. Королева, В. Петлякова, В. Мясищева. Задания третьей пятилетки не выполнялись несмотря на нажим репрессивных органов. Отставала нефтяная и угольная промышленность, черная металлургия. Остро ощущалась нехватка электроэнергии. Люди избегали тяжелой низкооплачиваемой работы. В 1938-1939 гг. прирост числа служащих и продавцов был в 4 раза больше, чем аналогичный показатель в промышленности.

В марте 1930 г. в Москве закрылась биржа труда. Благодаря плановому хозяйству и тоталитарному контролю за трудовыми ресурсами, СССР стал первой страной в мире, где удалось покончить с безработицей. С августа 1929 г. начала курсировать первая электричка по маршруту Москва-Мытищи. В 1930 г. в Москве на улице Усачева начинается строительство (до 1930 г.) первого в СССР многоэтажного жилого микрорайона для рабочих. В 1932 г. на улицах Москвы появились первые такси отечественного производства. В ноябре 1933 г. в Москве началось регулярное движение троллейбусов.

За первые три пятилетки были достигнуты были достигнуты серьезные успехи на пути индустриального развития страны.

Рост производства промышленной продукции СССР[173]

  1913 г. 1928 г. 1940 г.
Электроэнергия млрд.квт. час. 48,3
Нефть млн. т 9,2 11,6 31,1
Уголь млн т 29,1 35,5 165,9
Чугун млн т 4,2 3,3 14,9
Сталь млн т 4,2 4,3 18,3
Цемент млн т 1,5 1,8 5.7
Станки металлореж. (тыс. штук) 1,5 58,4
Автомобили (тыс. штук) - о,8 145,4
Тракторы (тыс. штук) - 1,3 31,6

 

В 1939 г. на 18 съезде коммунистов И. Сталин заявил, что для защиты завоеваний революции, в условиях враждебного капиталистического окружения, необходимо сильное государство. Иными словами, И. Джугашвили дезавуировал идею В. Ульянова об отмирании государства. На этом же съезде был утвержден курс на коммунизм: «СССР вступил в третьем пятилетии в новую полосу развития, в полосу завершения строительства бесклассового социалистического общества и постепенного перехода от социализма к коммунизму»[174]. Делегаты съезда единодушно одобрили директиву И. Джугашвили: «Догнать и перегнать в экономическом отношении наиболее развитые капиталистические страны Европы и Соединенные Штаты Америки, окончательно решить эту задачу в течение ближайшего периода времени»[175]. Вторая мировая война как бы дезавуировала этот проект коммунистов. Однако через 20 лет Н. Хрущев к нему вернется.

Советское государство стало собственником всей земли, предприятий, банков, больниц, вузов и т.п. Рыночные отношения запрещались. Сложилась новая, так называемая директивная экономика. Теперь главным регулятором производственных процессов стал не рынок, а воля вождя. Эту экономику коммунисты назвали плановой, что не совсем верно. Планирование широко использовалось на Западе. Но там план носил рекомендательный характер, был своего рода прогнозом, ориентиром. Сталин превратил план в закон, невыполнение которого строго каралось. Абсолютное планирование невозможно. Во-первых, нет такого гения, который мог согласовать работу всех предприятий. Нельзя учесть изменения спроса, моды и многих других обстоятельств. Правительство постоянно требовало перевыполнения плана, т.е. его нарушения. Недовыполнение плана одним предприятием вело к срыву общесоюзного плана. За годы советской власти ни одна пятилетка не была выполнена. Это еще раз доказывает невозможность директивного планирования. На предприятиях СССР возобладало внеэкономическое принуждение. Человека пытались стимулировать через т.н. доску почета. Трудящиеся терпели низкую зарплату, поскольку условия ГУЛАГа были еще хуже. Сталин не мог повысить зарплату рабочим, т.к. в стране не было достаточного количества товаров. Внеэкономическое стимулирование стало главным препятствием успешного индустриального развития России в 20 в. Вождь коммунистов хотел избавиться от «капризов» рынка, одним рывком догнать Запад. Внеэкономическое принуждение привело к увеличению бюрократии, росту милитаризма. Вождь не понимал, что стране нужен механизм саморазвития, свободная творческая личность. Национальный продукт на душу населения в 1940 г. в СССР был почти в 3,5 раза меньше, чем в США, более чем в 2,5 раза меньше, чем в Великобритании, более чем в 2 раза меньше, чем в Германии, ниже, чем в Японии[176]

Эксплуатации подвергались и специалисты, сложный интеллектуальный труд которых оплачивался на уровне простого физического труда; распространялась она и на «класс-гегемон – пролетариат. Усиление эксплуатации трудящихся позволяло не только индустриализовать экономику, но и закладывать основы материального процветания правящего класса – партийной и советской бюрократии. Росла численность управленческого аппарата, повышалась его заработная плата, множились закрытые распределители, вводились особые пайки, специальные услуги. В экологически чистых уголках за высокими заборами вырастали государственные дачи, расширялся парк оплачиваемых государством персональных автомашин, повышалось их качество. Правящая партийно-государственная бюрократия постепенно кристализовывалась, приобретала классовое сознание, превращалась из класса в себе в класс для себя.

Но главным содержанием сталинского периода был глубоко противоречивый по целям, средствам и результатам процесс насильственной мобилизации и модернизации общества. Он позволил стране в труднейших условиях и в короткие сроки выстроить индустриальную экономику, обеспечить себя современным оружием, отстоять независимость в кровавой войне. Но эти результаты были достигнуты ценой отказа практически от всех социалистических ценностей, а главное – гигантских человеческих жертв. Это придало общественному устройству страны многие уродливые черты и предопределило кризисный характер его последующего развития[177].

 







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-08; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.237.51.159 (0.01 с.)