ТОП 10:

Далеко впереди россыпью серо-белых строений виднелась широко раскинувшаяся столица. Поезд чуть-чуть замедлил ход.



Начинались вполне цивилизованные места, и следовало торопиться. Марина, крепко сжимая футляр, побежала к хвосту поезда. Второй вагон, третий, четвертый...

Ключа у нее больше не было, так что она, заглянув вниз и видя, что та дверь, через которую вылезли китайцы, остается открытой, решила ею и воспользоваться, потому что ничего другого, собственно, и не оставалось...

Как частенько случается, спускаться оказалось труднее и сложнее, чем подниматься. Очень трудно было, почти не глядя вниз, утвердить ногу на свободно болтавшейся, оглушительно хлопавшей железной двери, да вдобавок с зажатым в зубах футляром. Марина, тщательно выбрав момент, спрыгнула, ухватилась за горизонтальные металлические планки с внешней стороны двери, иначе могло прищемить так, что мало не покажется. Чертова дверь как раз в этот самый момент, ни раньше и не позже, вздумала распахнуться, и Марина повисла, поджимая ноги. Но это было не так сложно, нежели, скрючившись на краешке крыши, безошибочно выбирать момент для прыжка. Хорошо еще, что кончился лес, поезд уже громыхал по городской окраине.

Извернувшись, она оказалась с внутренней стороны двери и, когда та в очередной раз захлопнулась, одним прыжком рванулась в тамбур. Постояла пару секунд, уронив руки, отдыхая от сумасшедшего напряжения, по-прежнему зажимая зубами плоскую ручку футляра... Казалось, омерзительный вкус гладкой, пластмассы будет преследовать всю оставшуюся жизнь.

Марина распахнула дверь, влипнув в межвагонный промежуток, на здешний манер прикрытый огромной «гармошкой» из прорезиненной ткани.

И остановилась, как вкопанная — навстречу выдвинулся китаец. Никаких слов не требовалось — пистолет у него в руке наглядно изъяснялся сам за себя. Он сделал многозначительную гримасу, и Марина отступила на шаг. Ну, все-таки один-одинешенек, подумала она, выжидая подходящего момента для броска. Последний резерв? Черт, стоит так, что его и не достанешь с маху, определенно видывал виды...

Противник вдруг оскалился, его лицо исказилось, тело выгнулось, запрокидываясь назад, и Марина, ничего еще не понимая, ушла в сторону отработанным пируэтом, вмиг выхватила у него пистолет, а он завалился ничком. И за его спиной обнаружилась Рита — с испуганно-азартным лицом, с черным электрошокером в руке.

Не было времени ни радоваться, ни удивляться. Поезд уже шел по городу и, учитывая, что всего через два вагона отсюда вот-вот могло открыться нескромным взглядам битком набитое трупами купе, следовало сойти, не дожидаясь центрального вокзала. Тем более что таковой будет переполнен и китайскими агентами, и людьми Бородина, тут нет двух мнений. На месте и тех, и других сама Марина непременно послала бы на вокзал людей для подстраховки.

Оглядевшись, она ухватилась за ярко-красный стоп-кран и решительно рванула на себя. Устройство сработало исправно, послышался пронзительный железный визг, поезд остановился со всего маху, по инерции проскрежетав еще метров пятьдесят. Марина спрыгнула на каменистую землю, подхватила Риту, крепко схватила ее за руку и потащила за собой в сторону от дороги, к обшарпанным кирпичным домишкам. Как и следовало ожидать, никто за ними не гнался.

Они пробежали меж крайними домами, и, оказавшись на тихой не мощеной улочке, пошли шагом, чтобы не привлекать внимания. Марине пришлось сделать над собой некоторое усилие, чтобы осознать, что она, наконец, достигла столицы. Это, правда, вовсе не означало, что сложности кончились, наоборот...

Перехватив ее взгляд, брошенный на свою сумку, болтавшуюся у Риты на плече, девчонка преспокойно сказала:

— Не беспокойся, все твои вещички целы. И денег осталось изрядно — Приятно слышать, — сказала Марина, медленно отходя от напряжения, — Ты, собственно, откуда взялась в самый подходящий момент, моя могучая правая рука? Что-то непохоже это на совпадение...

— Какие там совпадения! — фыркнула Рита. — Я просто видела, как они тебя сгребли у почтамта. Давненько уже там торчала, на другой стороне, все тебя высматривала. Ну, и поехала следом. Я там себе мопед купила. На них полгорода гоняет, молодежь, я имею в виду. Марина припомнила моторизованные стайки подростков обоего пола. В самом деле, привычная картина...

— Ну вот... Потом я до утра околачивалась поодаль от того дома, куда тебя затащили. И, когда тебя утром повезли на вокзал, снова села им на хвост. Дальше было еще проще — села в поезд, они же обо мне и не подозревали. Часа два все было спокойно, потом они всей компанией куда-то ломанулись, и я поняла, что начались какие-то события. Решила, что пора поучаствовать. По-моему, я пришла как раз вовремя, а?

Марина усмехнулась, мимолетно притянула ее к себе и крепко поцеловала в губы. Пояснила:

— Задаток. Остальное за мной. Дай-ка... Она сняла с плеча Риты сумку, порылась в ней, вытащила свой мобильник. Включила. Набрала номер и, помешкав пару секунд, с видом человека, вниз головой бросающегося в холодную воду, нажала кнопку. Поднесла телефон к уху и ждала с кривой улыбочкой на губах.

— Слушаю.

— Привет, — сказала Марина. — Там, насколько я знаю, меня поторопились похоронить? Ошибка. Я жива.

— Я же предупреждал! Сюда нельзя звонить...

— А как насчет исключительных случаев? — сказала Марина. — По-моему сейчас как раз такой. У меня нет других каналов, я вообще хоронюсь по углам. Такое впечатление, что за мной охотятся все на свете.., — Что у тебя опять стряслось? — сварливо осведомился собеседник.

— Ничего особенного. Я тут посуетилась чуточку из кожи вон вылезла... Ну, я же способная девочка, хотя характер у меня сквернее некуда... Короче говоря, я все-таки отобрала футляр у тех прохвостов, что его сперли из самолета. Дискеты с кодами, я имею в виду. Посылку с борта «птицы-призрака», — она рассмеялась, услышав неописуемые звуки, издаваемые ее собеседником. — Ну ладно, ладно, молчу. Ты же сам говорил, что подслушать эту линию невозможно. В общем, положение идиотское — я торчу посреди этого обезьянника, и в сумке у меня...

Она говорила еще с полминуты, не больше. Отключив телефон, улыбнулась Рите почти беззаботно и весело:

— Это называется — события пришпорены...

— И что теперь? — озабоченно спросила Рита.

— Пустяки, — отозвалась Марина, задумчиво щурясь. — Если я хоть что-то понимаю в людях и в этом циничном мире, меня очень скоро будут убивать. Только-то и делов... Между прочим, это не так страшно, как может показаться. Если тебя хотят убить, нужно просто-напросто вовремя вывернуться...

Глава седьмая

Ставьте жирные точки

Они сидели на самом краешке плоской крыши, над пропастью в восемь этажей. Отсюда, с высоты, и улицы, и дома казались гораздо красивее и благообразнее. Запахи сюда не доставали, а груды мусора выглядели совсем крохотными, неразличимыми в неаппетитных деталях, а люди представали смешными куколками, передвигавшимися забавно и нелепо.

Маугли фыркнул с каким-то странным видом, словно сконфуженно. Марина встрепенулась, посмотрела вниз, но не увидела ничего достойного внимания. Вопросительно покосилась...

— Смешно, — сказал Маугли. — Полное впечатление, что это ты меня всю ночь трахала, а не я тебя.

— А что тут смешного? — прищурилась... Если именно так и обстояло? Ничего, это для тебя полезно в познавательном смысле. Не каждую ночь тебя обстоятельно и качественно трахает очаровательная девушка! Согласись, в этом есть свой кайф...

— Наладить бы тебя с крыши вниз головой... — насупился он.

— Размечтался! — пропела Марина. — Во первых, я успею увернуться, и с крыши ляпнешься именно ты, а во-вторых, тебе вроде бы не на что жаловаться. От меня тебе сплошная выгода — и «бабки» капают, и разнузданные сексуальные забавы... Где у тебя свербит?

— Не люблю, когда мной играют втемную.

— Вот совпадение, я тоже, — сказала Марина. — Но так уж жизнь устроена: большинством из нас играют втемную, совершенно не спрашивая согласия, .. Брось, Маугли! Подробности тебе совершенно ни к чему. Если бы я тебе вывалила ничтожную долю деталей, ты бы и от нее блевал до вечера, при всем твоем суровом и разностороннем жизненном опыте. А уж от целого... Скажу тебе честно: любые лишние знания — дерьмо. Точно.

Гибко изогнувшись, она легла на край крыши и посмотрела вниз. Картина оставалась прежней, безмятежной, сонной, никаких признаков того, что некто стал подтягивать силы, готовить засаду. Ни новых компаний, замаскированных под постоянных обитателей трущоб, ни рабочих, именно сегодня вдруг воспылавших желанием немедленно починить прохудившуюся водопроводную трубу или оборванные провода.

Она улыбнулась — мечтательно и хищно. Пока что ее предположения били в точку. Ну, разумеется, после смерти Бородина заговорщики, и без того совершенно не стремившиеся к публичности, должны впасть в паническое оцепенение. Все подозревают всех, все боятся всего на свете, никто не в состоянии ничего просчитать хотя бы приблизительно. Впрочем, это еще не значило, что ее не намерены пристукнуть прямо здесь, на грязной улице, посреди обшарпанных домов. Поди угадай, что им придет в голову, она тоже не могла многое просчитать по недостатку информации. Так что расслабляться рано.

Потом она увидела серую машину. Уже в третий раз машина ехала все так же медленно, на сей раз с Другой стороны, справа налево. Марку отсюда, в таком ракурсе, трудно определить. Не особенно новая, не из роскошных, кажется, «Катамири». Ну да, чего-то в этом роде следовало ожидать — неброский одинокий рыдван...

На сей раз машина не свернула за угол, а остановилась в условленном месте, возле двух ярких, свежих пятен на тротуаре — красная краска и зеленая. Марина собственноручно два часа назад выплеснула там содержимое обеих банок, не привлекая этим особенного внимания. По здешним меркам — вполне безобидная забава.

Левая задняя дверца открылась, вылез человек в сером плаще. Трудно было узнать его с такой высоты, но движения очень знакомые. Марина вновь улыбнулась с гордостью человека, хорошо сделавшего свою работу и пока что рассчитавшего все верно.

— Все, — сказала она, поднимаясь на ноги. — Начались дела...

— Я тебе нужен? — спросил Маугли, браво выпятив грудь.

— Мне сейчас не нужен никто, — сказала Марина. — Это только мое дело...

Она сбежала по захламленной лестнице, показавшейся бесконечной, вышла на улицу, бесшумно притворив за собой покосившуюся грязную дверь, побрела по улице, низко наклонив голову, скрывая лицо под широкими палями дурацкого, но безумно здесь модного среди маргинальной молодежи матерчатого колпака... Расслабленная походка то ли пьяной, то ли уколовшейся широкие мешковатые планы, пестрая майка. Ничем не примечательная деталь здешнего пейзажа, как две капли воды похожая на аборигенов.

Он и не узнал, это чувствовалось издали. Смотрел даже не мимо — сквозь, как на пустое место, брезгливо морща нос и нетерпеливо переминаясь со страдальческим лицом. Он всегда был крайне чувствителен к запахам, а здесь со всех сторон несло таким скопищем сомнительных ароматов, один другого отвратительнее, что этот кабинетный чистюля переживал поистине адские муки.

— Ну, здравствуй, Дэн, — негромко сказам она, остановившись рядом.

Он моментально справился с удивлением Марина напряглась, как самый настоящий хищный зверь. Если ее собирались убить без лишних церемоний и переговоров, момент самый подходящий, удобнее некуда. И она краем глаза зорко следила за сидящими в машине — три ничем не выделяющиеся скучные хари, оружия пока не видно...

— Что за маскарад... — сказал он с вымученной улыбкой.







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-17; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.233.224.8 (0.007 с.)