ТОП 10:

Перцептивные установки избирателей в отношении действующих политических лидеров



Анализ средних значений оценок политических лидеров по шкалам суб-ординатных конструктов позволяет говорить о приписываемых политическим лидерам качествах как об «общих» и «уникальных». К категории «А» – «уникальные» мы отнесли качества, по которым средние значения оценок политических деятелей минимальны, и, наоборот, качества, по которым средние значения оценок политиков максимальны, мы отнесли к категории «Б» – «общие».

Мы полагаем, что уникальные качества, относятся к общим качествам так, как фигура относится к фону. Тот политик, кто высоко оценивается по уникальным качествам, воспринимается как исключение из общего правила, и, следовательно, привлекает к себе большее внимание потенциальных избирателей.

Контрастные же уникальным общие качества, по всей видимости, характеризуют сильные перцептивные гипотезы избирателей о типичных качествах политиков, и отражают социальный стереотип восприятия политических лидеров, в котором проявляется общее установочное отношение граждан к представителям публичной власти.

Интересно, что общие положительные качества, приписываемые политическим деятелям, имеют, как правило, внешний – не сущностный характер; обладая ими (образованность, вежливость, опыт, выдержка, гибкость), «в душе» можно оставаться «нехорошим человеком».

Таблица 11.

Описательная статистика суммарных оценок политиков по конструктам

первого порядка (Descriptive Statistics)

 

Категория и № конструкта   Конструкт     Число оцениваемых фигур Средняя оценка Минимум Максимум Стандартное отклонение
Valid N Mean Minimum Maximum Std.Dev.
  1. Законопослушность 539,75 66,34
  2. Простота, понятность 539,97 53,42
«А» 3. Обязательность 546,86 86,27
  4. Работа для общего блага 553,50 71,26
  5. Честность 556,06 71,83
  6. Альтруизм 560,14 67,59
  7. Влиятельность 570,53 88,88
  8. Хозяйственность 575,22 90,44
  9. Демократизм 577,31 69,81
  10. Обаяние 582,97 78,75
  11. Проницательность 591,22 69,26
  12. Убедительность 595,42 67,60
  13. Новаторство 605,25 69,80
  14. Патриотизм 613,31 66,21
  15. Сила, решительность, твердость 617,19 71,75
  16. Энергия 627,14 72,83
  17. Гибкость 634,56 87,08
  18. Эмоциональная выдержка 641,28 88,00
«Б» 19. Опыт 646,83 62,47
  20. Вежливость 656,47 87,92
  21. Образованность 682,81 57,77
  Среднее  
595,89 387,76 767,24 73,58

 

73,58

 

Таким образом, перцептивные установки (сильные перцептивные гипотезы, интуитивные убеждения) испытуемых относительно политической элиты характеризуются тенденцией к негативной оценке представителей власти по основному конструкту «Гражданская и нравственная позиция политического лидера» (см. табл. 12).


Таблица 12.

Перцептивные гипотезы избирателей в отношении характеристик

российских политиков

 

  Сильные гипотезы Слабые гипотезы
Российские политики, как правило,…   Среди российских политиков встречаются исключения – политики, которые проявляют такие качества как…
1. воруют, берут взятки, уходят от налогов, так или иначе, нарушают закон. законопослушность, гражданская честность
2. «темные лошадки» открытость, доступность, понятность
3. необязательные, безответственные болтуны и популисты обязательность, верность своему слову
4. работают для «избранных», лоббируют и защищают интересы узкого круга лиц работа для всех, для общего блага
5. лживые, хитрые, изворотливые, «скользкие», только и делают, что поливают друг друга грязью честность, порядочность, прямодушие, ведение честной игры
6. заботятся только о себе и равнодушны к другим способность пожертвовать своими интересами ради блага других

 

Поэтому неудивительно, что наиболее редким чувством из тех, что вызывают политические деятели у испытуемых, оказывается чувство доверия. Анализ средних значений суммарных оценок политических лидеров по «реактивным конструктам» указывает именно на это (см. табл. 13).

 

 

Рис. 3. Средние оценки федеральных политиков по субординатным
конструктам первого фактора

 

 

Рис. 4. Средние оценки региональных и местных политиков
по субординатным конструктам первого фактора

Таблица 13.

Описательная статистика «реактивных конструктов»

 

  № «Реактивные» конструкты     Число оцениваемых фигур Средняя оценка Минимум Максимум Стандартное отклонение
Valid N Mean Minimum Maximum Std.Dev.
1. Воспринимается спокойно 623,58 75,96
2. Вызывает уважение 612,14 72,64
3. Вызывает интерес 555,81 70,25
4. Вселяет надежду 554,14 82,97
5. Вселяет уверенность 547,22 80,60
6. Внушает доверие 546,42 82,61

 

В 1998 г. рейтинг способности политических деятелей вызывать у избирателей чувство доверия выглядел так:

Таблица 14.

Полюс «Внушает доверие»  
Лужков Ульянов
Примаков Барышников
Григорьев Явлинский
Борисов Бондарь
Неелов Сметанюк
Загорчик Шерегов
Лебедь Кириенко
Кореляков Плавник
Филипенко Немцов
Рокецкий Черепанов
Кивацкий Зюганов
Киричук Черномырдин
Терентьев Атрошенко
Селезнев Ельцин
Строев Гайдар
Райков Березовский
Чеботарев Жириновский
Корепанов Чубайс
Полюс «Вызывает подозрение» Средняя оценка – 546

По всей видимости, в политической картине мира испытуемых категории «интересы представителей власти» и «интересы народа» противопоставлены, а сама «власть» мыслится в качестве самостоятельной силы, чуждой интересам «простых людей»[9]. Испытуемые склонны считать, что в системе ценностей большинства политиков на первом месте – личные амбиции и личная выгода, а не благо народа и общественная польза. С точки зрения демократического канона, представляемого общественным договором: «мы (народ) вас выбираем – вы (власть) представляете и защищаете наши интересы», – поведение политических лидеров трактуется как нечестное; с точки зрения соответствия высшим ценностям добра и справедливости – как безнравственное.

Вероятно, нежелание идентифицировать себя с такой властью, с такими лидерами, является одним из факторов снижения электоральной активности граждан, а также увеличения доли протестного голосования на выборах всех уровней.

Есть, по крайней мере, два факта, зафиксированные в нашем исследовании, подтверждающих эту гипотезу. Так результаты сравнения контрастных групп, выделенных по признаку «Высоко оценивают гражданские и нравственные качества политических лидеров» – «Низко оценивают гражданские и нравственные качества политических лидеров» (см. рис. 3, 4), указывают на то, что испытуемые, негативно трактующие нравственный облик политика, в отличие от тех, кто нравственный облик политика идеализирует, стараются не обсуждать в кругу своих знакомых события экономической и политической жизни страны (значимо чаще выбирают пункт анкеты 065: U=1125; p=0,022), а также сообщают о том, что не намерены участвовать в предстоящих в 1999 г. выборах в Государственную Думу (значимо чаще выбирают пункт анкеты 091: U=1100; p=0,047).


Результаты корреляционного анализа (Приложение №6) также указывают на существование статистически достоверной связи между переменной СРОЦФ1 «Средняя оценка политических лидеров по конструктам фактора 1» и вербальными отчетами, характеризующими электоральные установки испытуемых (Spearman R; p<0,05): чем выше средние оценки гражданских и нравственных позиций политических лидеров, тем активнее проявляется готовность испытуемых участвовать в политической жизни страны, и наоборот, чем ниже средние оценки гражданских и нравственных позиций политических лидеров, тем сильнее проявляется феномен отчуждения, самоустранения испытуемых от участия в политическом процессе.

Таблица 15.

Результаты анализа достоверности различий контрастных групп

по переменной СРОЦФ1 «Средняя оценка политических лидеров

по конструктам, нагружающим фактор 1»

 

Среднее по гр. 1 Среднее по гр. 2 t-крите­рий Стьюдента Вероятность ошибки Число испытуемых гр. 1 Число испытуемых гр. 2 Станд. откл. гр. 1 Станд. откл. гр. 2
Mean 1 Mean 2 t-value p Valid N1 Valid N2 Std.Dev.1 Std.Dev.2
3,4177 2,4221 22,6212 0,000000 0,2148 0,2252

 

Заслуживает также внимания тот факт, что средние оценки политических лидеров по субординатным конструктам, составляющим выявленные факторы, значимо коррелируют между собой (Spearman R; p<0,001).

Таким образом, не смотря на то, что испытуемые для оценки политических лидеров используют более одного критерия (в среднем - 7); часть испытуемых склонна приписывать большинству политиков преимущественно позитивные качества, а другая – негативные. Создается впечатление, что нюансы оценок конкретных политических лидеров (позиция, политический вес, культура, активность) не влияют на общее эмоциональное отношение к политикам в целом.


Таблица 16.

Интеркорреляции средних оценок политических лидеров

по конструктам первого порядка, нагружающим выявленные факторы

(Spearman Rank Order Correlations)

  Valid N Spearman R t (N-2) p-level
СРОЦФ1 & СРОЦФ2 0,621535 9,38758 0,000000
СРОЦФ1 & СРОЦФ3 0,655376 10,26677 0,000000
СРОЦФ1 & СРОЦФ4 0,549785 7,78774 0,000000
СРОЦФ2 & СРОЦФ1 0,621535 9,38758 0,000000
СРОЦФ2 & СРОЦФ3 0,712561 12,01685 0,000000
СРОЦФ2 & СРОЦФ4 0,748664 13,36197 0,000000
СРОЦФ3 & СРОЦФ1 0,655376 10,26677 0,000000
СРОЦФ3 & СРОЦФ2 0,712561 12,01685 0,000000
СРОЦФ3 & СРОЦФ4 0,713411 12,04602 0,000000
СРОЦФ4 & СРОЦФ1 0,549785 7,78774 0,000000
СРОЦФ4 & СРОЦФ2 0,748664 13,36197 0,000000
СРОЦФ4 & СРОЦФ3 0,713411 12,04602 0,000000

 

Вероятно, имеет смысл говорить о такой характеристике социальных установок испытуемых как базовый уровень критичности по отношению к политическим лидерам, который «сдвигает» весь диапазон оценок политиков в сторону высоких (HА: большая часть политиков – достойные люди, см. рис. 5), средних (HБ: все политики – разные, см. рис. 6) или в сторону низких (HВ: большая часть политиков ведет себя недостойно, см. рис. 7) оценок.

Рис. 5. Средние оценки федеральных политиков в группе
испытуемых с низким уровнем критичности по отношению
к политикам

 

Рис. 6. Средние оценки федеральных политиков в группе
испытуемых со средним уровнем критичности по отношению
к политикам

 

 

Рис. 7. Средние оценки федеральных политиков в группе
испытуемых с высоким уровнем критичности по отношению
к политикам

 

Мы предположили, что склонность испытуемых приписывать политикам преимущественно позитивные или преимущественно негативные качества связана с общей тенденцией воспринимать социальную действительность в позитивном (социальный оптимизм) или негативном (социальный пессимизм) ключе. Ответы испытуемых на четыре вопроса социологической анкеты:

3. Как бы Вы оценили сегодняшнюю ситуацию в Тюмени, по сравнению с тем, что было год назад? Она стала:

- намного лучше - осталась без изменений - намного хуже
- несколько лучше - несколько хуже

Удовлетворены ли Вы, в целом, условиями жизни в Тюмени?

Вполне удовлетворен (а) Совершенно не удовлетворен (а)
Скорее удовлетворен (а) Затрудняюсь ответить
Скорее не удовлетворен (а)

 

12. Что Вы думаете по поводу возможных изменений социально-экономической ситуации в городе в течение ближайших 6 месяцев?

уверен (а) в переменах к лучшему
предполагаю перемены к лучшему
думаю, что все останется по-прежнему
предполагаю перемены к худшему
уверен (а) в переменах к худшему
затрудняюсь ответитьÞ Þ Þ переходите к вопросу 14

 

20. Скажите, пожалуйста, какие чувства Вы испытываете, когда думаете о своем будущем? (Один ответ)

Уверенность Тревога
Спокойствие Опасение
Надежда Страх
Усталость, безразличие Затрудняюсь ответить

 

позволили выделить из всей выборки контрастные группы с позитивными и негативными установками по отношению к социальной действительности. К группе «социальный оптимизм» мы отнесли испытуемых, все ответы которых на указанные вопросы были позитивными, т.е. испытуемые отметили пункты анкеты из множества позитивных ответов {015, 016, 046, 047, 123, 124, 166, 167, 168}. Всего – 46 человек. К группе «социальный пессимизм» мы отнесли 48 испытуемых, все ответы которых на указанные вопросы были негативными, т.е. испытуемые отметили пункты анкеты из множества негативных ответов {018, 019, 048, 049, 126, 127, 169, 170, 171, 172} – 48 человек.

Кроме того, мы предположили, что уровень социального оптимизма может быть связан с уровнем социальной адаптированности испытуемых к актуальной социально-экономической ситуации. Об уровне социальной адаптированности испытуемых судим по их ответам на вопросы о характере занятости, а также описательном и сравнительном уровне материального благополучия семьи (см. Приложение №1, вопросы 25, 29, 35, 40). Испытуемых, отметивших пункты анкеты из множества {203-205, 227-229, 250-255} – 44 человека, мы отнесли к группе «социально адаптированных», а отметивших пункты анкеты из множества {206, 207, 230, 231, 249, 283-286} – 59 человек, – к группе «социально неадаптированных». Далее, мы выдвинули несколько гипотез о связи обсуждаемых переменных:

1) социальная адаптированность и социальный оптимизм – характеристики относительно независимые, оптимистов и пессимистов с равной вероятностью можно встретить в группе социально адаптированных и в группе социально неадаптированных;

2) уровень социальной адаптированности испытуемых определяет степень их социального оптимизма, в группе социально адаптированных оптимистов значительно больше, чем в группе социально неадаптированных;

3) уровень критичности по отношению к политикам связан (отрицательно коррелирует) с

a. уровнем социальной адаптированности;

b. степенью социального оптимизма испытуемого;

4) уровень критичности по отношению к политикам не связан (не коррелирует) с

a. уровнем социальной адаптации;

b. степенью социального оптимизма испытуемого.

Результаты статистической проверки гипотез (см. Приложение №7) указывают на то, что гипотезы 1 и 2 подтверждаются частично: действительно в группе социально адаптированных испытуемых уровень оптимизма больше, чем в группе социально неадаптированных (U, p<0,05), и переменные «социальная адаптированность» и «социальный оптимизм» коррелируют друг с другом (Spearman R=0,24; p=0,005). Вместе с тем, результаты анализа множественной регрессии указывают на то, что вклад переменной «социальная адаптированность» в переменную «социальный оптимизм» составляет всего 24% (Multiple R, beta=0,238). Относительная независимость переменных «социальный оптимизм» и «социальная адаптированность» проявилась также в результате проверки 3 и 4 гипотез. Выявлено, базовая критичность испытуемых по отношению к политическим лидерам коррелирует с социальным оптимизмом (Kendall Tau Correlations, p=0,04) и не коррелирует с уровнем социальной адаптированности испытуемых (Kendall Tau Correlations, p=0,74).

Таким образом, содействие занятости и работа над повышением уровня материального благосостояния населения не является достаточным условием для уменьшения степени критичности людей по отношению к власти. Вселение в людей уверенности в том, что общая ситуация в стране, регионе или городе развивается в правильном направлении, создание условий, при которых люди могли бы верить и надеяться – именно этот социально-психологический фактор оказывает большее влияние на базовый уровень доверия населения по отношению к политическому лидеру. И наоборот, удар по социальному оптимизму общества, или более длительный процесс, приводящий к эрозии оптимизма, ведет к тому, что критичность населения по отношению к политическому лидеру усиливается.

Результаты ранжирования респондентами карточек, описывающих «достоинства» и «недостатки» политических лидеров, а также карточек, описывающих качества, «помогающие» и «мешающие» политическому лидеру эффективно справляться с кризисными явлениями в стране, позволили реконструировать характеристики образов «идеального политического лидера», «отвергаемого политического лидера» и лидера – «спасателя», способного прекратить спад и вывести страну из кризиса (см. табл. 17, 18, 19).

Можно заметить, что образ лидера – «спасатель» заметно отличается от образа идеального лидера. Люди готовы мириться с тем, что, по сравнению с идеалом, «спасатель» может быть менее порядочным, менее обязательным, менее альтруистичным, в гораздо меньшей степени настроенным работать исключительно ради общего блага. Он также может быть значительно более властным и авторитарным, чем хотелось бы в нормальных условиях. Допускается также и то, что он где-то будет хитрым, лживым, изворотливым, скользким. На все это избиратели готовы смотреть сквозь пальцы, лишь бы лидер - «спасатель» не переходил известных пределов и был эффективным.

Таблица 17.

Характеристики образа идеального политического лидера

Ранг предпочтения Субординатный конструкт Принадлежность к фактору
1. Патриотизм (преданность своему народу, своей стране, своему городу) I
2. Высокое образование (грамотность) III
3. Хозяйственность (прагматизм, знание реальной жизни) II
4. Честность (порядочность, прямодушие, игра по правилам) I
5. Сила (целеустремленность, воля, решительность, твердость) II
6. Опыт (жизненный и профессиональный) II
7. Обязательность (верность своему слову) I
8. Работа для всех (для общего блага) I
9. Проницательность (дальновидность) II
10. Законопослушность (гражданская честность) I
11. Энергичность (деловой подход, инициатива) IV
12. Демократизм (доверие к людям, внимание к мнению и проблемам людей) III
13. Влиятельность (способность реально влиять на события в стране, городе и области) II
14. Альтруизм (способность пожертвовать своими интересами ради блага других) I
15. Новаторство (смелость, открытость влиянию нового) IV

 

16. Выдержанность (взвешенность, спокойствие) III
17. Гибкость (в обращении с людьми, чувство такта, дипломатичность) III
18. Убедительность (умение своей речью склонить людей на свою сторону) IV
19. Вежливость (культурность, спокойствие, деликатность) III
20. Простота (открытость, доступность, понятность) I
21. Обаятельность (умение вызывать симпатию, оставлять приятное впечатление) I

 

Таблица 18.

Характеристики образа отвергаемого политика

Ранг отвержения Субординатный конструкт Принадлежность фактору
1. Коррумпированность (контакт с криминалом) I
2. Лживость (хитрость, изворотливость) I
3. Отсутствие патриотизма (нелюбовь к своему народу, своей стране, своему городу) I
4. Работа для «избранных» (узкого круга лиц и интересов) I
5. Безответственность (необязательность) I
6. Необразованность (безграмотность) III
7. Эгоизм (забота только о себе, равнодушие к другим) I
8. Слабость (безволие, нерешительность, мягкотелость) II
9. Близорукость (недальновидность, жизнь одним днем) II
10. Безынициативность (инертность, пассивность) IV
11. Невлиятельность (не способность реально влиять на события) II
12. Консерватизм (осторожность, приверженность старым испытанным подходам) IV

 

13. Властность (Требовательность, строгость, авторитарность по отношению к людям) III
14. Наивность (небольшой жизненный и профессиональный опыт) II
15. Теоретик (идеализм, оторванность от реальной жизни) II
16. Грубость (наглость, невоспитанность) III
17. Скрытность (замкнутость «темной лошадки») I
18. Упрямство (прямолинейность, упертость до бестактности) III
19. Серость (малоубедительность, неумение говорить доступно) IV
20. Импульсивность (нервность, эмоциональная неуравновешенность) III
21. Несимпатичность (поведения или внешности) I

 

Таблица 19.

Характеристики лидера – «спасателя»

Ранг предпочтения Субординатный конструкт Принадлежность к фактору
1. Опыт (жизненный и профессиональный) II
2. Хозяйственность (прагматизм, знание реальной жизни) II
3. Высокое образование (грамотность) III
4. Патриотизм (преданность своему народу, своей стране, своему городу) I
5. Проницательность (дальновидность) II
6. Сила (целеустремленность, воля, решительность, твердость) II
7. Влиятельность (способность реально влиять на события в стране, городе и области) II
8. Честность (порядочность, прямодушие, игра по правилам) I

 


 

9. Энергичность (деловой подход, инициатива) IV
10. Обязательность (верность своему слову) I
11. Законопослушность (гражданская честность) I
12. Демократизм (доверие к людям, внимание к мнению и проблемам людей) III
13. Новаторство (смелость, открытость влиянию нового) IV
14. Работает для всех (для общего блага) I
15. Убедительность (умение своей речью склонить людей на свою сторону) IV
16. Гибкость (в обращении с людьми, чувство такта, дипломатичность) III
17. Альтруизм (способность пожертвовать своими интересами ради блага других) I
18. Выдержанность (взвешенность, спокойствие) III
19. Вежливость (культурность, спокойствие, деликатность) III
20. Обаятельность (умение вызывать симпатию, оставлять приятное впечатление) I
21. Простота (открытость, доступность, понятность) I
22. Властность (Требовательность, строгость, авторитарность по отношению к людям) II
23. Несимпатичность (поведения или внешности) I
24. Скрытность (умение скрыть истинные намерения) I
25. Упрямство (прямолинейность, упертость до бестактности) III
26. Импульсивность (нервность, эмоциональная неуравновешенность) III
27. Грубость (может быть, наглость, невоспитанность) III
28. Консерватизм (осторожность, приверженность старым испытанным подходам) IV

 


 

29. Серость (малоубедительность, неумение говорить доступно) IV
30. Наивность (небольшой жизненный и профессиональный опыт) II
31. Теоретик (идеализм, оторванность от реальной жизни) II
32. Слабость (безволие, нерешительность, мягкотелость) II
33. Невлиятельность (не способность реально влиять на события) II
34. Эгоизм (забота только о себе, равнодушие к другим) I
35. Лживость (хитрость, изворотливость) I
36. Безынициативность (инертность, пассивность) IV
37. Работа для «избранных» (узкого круга лиц и интересов) I
38. Близорукость (недальновидность, жизнь одним днем) II
39. Необразованность (безграмотность) III
40. Отсутствие патриотизма (нелюбовь к своему народу, своей стране, своему городу) I
41. Безответственность (необязательность) I
42. Коррумпированность (контакт с криминалом) I

 

С точки зрения эффективности в кризисной ситуации, на первое место выходит жизненный и профессиональный опыт, а также хозяйственность, прагматизм, знание реальной жизни. Также повышается значение таких качеств как влиятельность, проницательность и дальновидность. От «спасателя» ждут энергичных действий, причем это могут быть принципиально новые решения, или действия при помощи старых проверенных способов, важно чтобы эти действия давали конкретный, ощутимый результат.

С точки зрения избирателей, в кризисной ситуации неприемлемы: безынициативность, близорукость, импульсивные, непродуманные действия, идеализм, оторванность от реальной жизни, безответственные, никого не убеждающие, ни на что не влияющие разговоры.

Отсутствие патриотизма и коррумпированность одинаково неприемлемы как в ситуации кризиса, так и в нормальных условиях. Отношение к демократичности, вежливости, упрямству и грубости так же не меняется: вежливость, демократичность – нравятся; упрямство и грубость – нет.

 

Выводы по главе

 

1. Категориальная структура общественного сознания в области восприятия и оценки политических лидеров достаточно дифференцирована: имеется как минимум 4 категории-признака, используемые избирателями в процессе восприятия и оценки политических лидеров.

2. Когнитивная система избирателей настроена так, что в первую очередь избиратели стремятся проверить гипотезы относительно гражданских и нравственных качеств политического лидера, затем – делового и политического веса, затем – образованности и культуры поведения и – творческой энергии и активности политического лидера.

3. В конструктивной системе избирателей категория «гражданственность» и категория «нравственность» семантически «склеены». Противостояние семантик «свой» и «чужой» политик выстраивается вдоль оси: «бескорыстное служение, защита общих интересов народа/государства» – «алчность, корысть, работа на личный, частный, корпоративный интерес».

4. Семантическая склейка «гражданственность-нравственность» указывает на имплицитное представление избирателей об идеальном общественном устройстве, в котором взаимоотношения личности, общества и государства строятся на нравственных принципах человечности, добра и справедливости.

5. Категория «Гражданская и нравственная позиция политического лидера» является основной и имеет исключительную субъективную значимость.

6. Категориальная структура восприятия избирателями политических лидеров задает конечное типологическое пространство, представленное 16 типами политических лидеров.

7. Общие перцептивные установки избирателей относительно политической элиты характеризуются тенденцией к негативной оценке представителей власти по основному конструкту. Избиратели склонны считать, что в системе ценностей большинства политиков на первом месте – личные амбиции и личная выгода, а не благо народа и общественная польза. Самое редкое чувство по отношению к представителям власти – чувство доверия.

8. Уровень критичности избирателей по отношению к политическим лидерам не связан с уровнем социальной адаптированности (характером занятости и уровнем материального благополучия) избирателей, а в большей степени определяется степенью их социального оптимизма. Ощутимый удар по социальному оптимизму общества, или более длительный процесс, приводящий к эрозии оптимизма, ведет к тому, что критичность населения по отношению к политическому лидеру усиливается.

9. Феномен отчуждения, самоустранения испытуемых от участия в политическом процессе связан с низкой оценкой политических лидеров по основному конструкту «Гражданская и нравственная позиция политического лидера» и не связан с оценками лидеров по другим суперординатным конструктам.

10. Субъективные образы «идеального лидера» и лидера, эффективного в ситуации кризиса, не совпадают. В ситуации кризиса возрастает значение фактора «Деловой и политический вес», а значение фактора «Гражданская и нравственная позиция политического лидера» несколько снижается.

11. Несмотря на то, что выбор политического лидера осуществляется на основе эмоционально нагруженных впечатлений и интуитивных суждений, он не является ни случайным, ни хаотичным, но опирается на некие логические основания, задаваемые более широким контекстом политических представлений избирателей.

 


 

Глава 3.
Эмпирическое исследование смыслогенетических оснований системы перцептивных категорий избирателей

 







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-17; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.234.97.53 (0.024 с.)