ТОП 10:

Остерегайтесь неявных опровержений.



С неявными опровержениями сталкиваешься, когда человеку выдвинуто обвинение, а он, вместо того чтобы отрицать его, заявляет нечто оскорбляющее обвинителя, либо репортера, либо обоих сразу. Правда ли, спрашивают такого, что правительственный контракт был заброшен и перерасходы составили миллионы долларов, а он отвечает: “Ваши источники понятия не имеют о том, что говорят”. Это не опровержение, это, скорее, классическая уловка человека, которому есть что скрывать, однако не полагайтесь на это.

Стерегайтесь непрошенных опровержений.

Ситуация может быть и совсем иной. Люди, которым есть что скрывать, могут порой зайти дальше, чем того требуют от них ваши вопросы. Например, вы просите их прокомментировать что-то, а они начинают опровергать то, чего вы им и не говорили. Будьте внимательны, такое может случиться совершенно неожиданно, и это будет первым указанием на то, что им есть что скрывать от вас.

Не ставьте вопросы-“ловушки”.

Это такие вопросы, с помощью которых вы хотите загнать собеседника в угол не фактами, а словесной эквилибристикой. Трюк не новый, но по-прежнему в ходу. Это вроде старой шутки: “Вы больше не бьете свою жену?” Ляпните неосторожно “нет” – значит, вы ее били прежде, но теперь поумнели и перестали.

Один из самых кошмарных примеров такой ловушки относится ко времени, когда британские газеты облетел слух, будто принц Эдвард, четвертый сын королевы, – гомосексуалист. Репортер из “Daily Mirror” настиг его в Нью-Йорке и при всем народе выкрикнул вопрос: “Вы голубой?” Принц впопыхах простодушно ответил: “Нет”, и на следующий день “Daily Mirror” вышла с громадным заголовком на первой полосе: “Я не голубой”, говорит Эдвард”. У читателей осталось впечатление, что Эдвард-таки гомосексуалист, но отрицает это. Грязная работа.

Агрессивность – крайняя мера.

Как ни старайся, люди порой упорствуют в нежелании разговаривать с вами или давать комментарии. Убедившись наконец, что уже ничто не помогает, можно пригрозить: так, мол, и напишем, что вы отказались комментировать. Редко-редко за этим вдруг последует полный ответ на ваши вопросы. Чаще – это признание вами своего поражения, а для них – это избавление.

Особые ситуации для репортера

Существует ряд ситуаций, ставящих перед репортером особые проблемы:

Пресс-конференции

Пресс-конференции, несомненно, особый случай в смысле вопросов. Вы не один, вы не рядом с собеседником и у вас чаще всего мало времени. Если это так и если материал вам надо сделать сразу же по окончании пресс-конференции, добейтесь того, чтобы все интересующие вас вопросы были заданы, – вами или кем-нибудь еще. Значит, порой придется быть агрессивным, выкрикивать вопрос достаточно громко, чтобы его наверняка услышали, придется даже встать.

Часто устроители пресс-конференции, судя по всему, воображают, что это своего рода встреча с безответными щелкоперами. Репортеры не должны давать ни малейшего повода для такого отношения. Пресс-конференции могут устраиваться исключительно для саморекламы, но вы не обязаны играть по чужим правилам. Вы решаете, каким быть материалу, – не они.

Некоторые выступающие для прессы выказывают громадное нежелание дать ясный ответ даже на простейший вопрос.

Вот, к примеру, фрагмент пресс-конференции в Белом Доме, проведенной Роном Зиглером, пресс-секретарем Президента США Ричарда Никсона, в 1974 году. Его спросили, правда ли, что некие пленки, на которых, возможно, Президент обсуждает незаконные действия, до сих пор лежат под замком. (Суд постановил, чтобы Белый Дом выдал эти пленки как улику). Вопрос, казалось бы, требовал простого “да” или “нет”. Вместо этого Зиглер дал ответ почти на сотню слов:

“Я полагаю, что большинство записей бесед, проводившихся в тех местах Белого Дома, которые действительно были оборудованы записывающими устройствами, должны существовать в полном своем объеме. Однако прокурор, суд и, полагаю, американский народ в достаточной мере знакомы с записывающими устройствами, чтобы иметь представление, где таковые устройства находились, и разбираются в ситуации с точки зрения процесса записи, и все же, по моему мнению, хотя еще не имела место подготовка материала к тому, чтобы его возможно было представить суду, ответ скоро будет ясен”.

Это заявление, естественно, просто лишенная всякого смысла чушь, и ни один репортер – будь то на пресс-конференции либо после нее, при написании статьи – не должен позволить выступающему отвертеться при помощи такого “ответа”.

Самое милое дело, если у вас есть время и вы можете задать свои вопросы после окончания пресс-конференции. Главное – не дать человеку, который может на них ответить, покинуть комнату прежде, чем вы спросите его и получите ответы. Может, придется встать между ним и дверью. Не робейте. Всякий, кто регулярно проводит пресс-конференции, должен быть привычен к подобным вещам. Вы пришли для того, чтобы написать статью, а не завести себе друга.

Другая хитрость состоит в том, чтобы осмотреться и выяснить, нет ли в зале такого репортера, который хорошо осведомлен в затронутом вопросе. После конференции поговорите с ним. Большинство репортеров не удержатся, чтобы не прихвастнуть, кого и что они знают, а вы получите важные зацепки. Конечно, не принимайте чужие слова на веру. Зато вы узнаете, что думают другие люди, приноровитесь к их соображениям. В самом деле, польза от пресс-конференций – это чаще всего встречи с людьми и установление контактов, а не статья для галочки.

Катастрофы

Редко случается, чтобы сообщение о катастрофе было передано агентствами вам в офис в полностью оформленном виде. Первые сообщения о крушении самолета, поезда или автобуса почти всегда запутанны, и вас посылают на место происшествия без четкого представления о том, что же произошло. Или вы присутствуете при событии (например, политическая демонстрация), которое вдруг сопровождается человеческими жертвами.

Каковы бы ни были обстоятельства, прежде всего нужно установить подробную хронологию случившегося. Соберите как можно больше свидетельств очевидцев, однако придавайте больше веса словам полиции, медиков, присутствующих при событии, – им, возможно, доводилось видеть подобное и раньше. Случайная же публика, особенно те, кто в какой-то мере травмирован случившимся, обычно ненадежные свидетели.

Крайне важно поддерживать постоянную и частую связь с редакцией. Редактор отдела новостей захочет узнать, что вы выяснили; возможно, он будет рассчитывать на вас, прикидывая, какого объема будет материал. Он также захочет знать, когда вы сможете сдать статью, или пожелает дать вам уточняющие распоряжения.

Чтобы позвонить в редакцию, естественно, нужен телефон, а катастрофы не всегда происходят в таком удачном месте, где есть общественный телефон. Если ваша редакция в подобных случаях не обеспечивает репортеров радиотелефонами, вы должны в первую очередь найти телефон. Может, придется обратиться в магазин, в ресторан, к кому-нибудь из жителей с просьбой использовать их телефон – может, даже заплатить за услугу. Неплохо будет найти такой телефон и заплатить его владельцу за право считать его телефон “вашим”. Этому цены нет, если там вообще мало телефонов. Подробнее о катастрофах – в главе о редактировании новостей.

Демонстрации

Что касается демонстраций, то очень полезно помнить: вы пришли, чтобы потом написать, а не сейчас участвовать. Это не значит, что нельзя примыкать к демонстрантам, беседовать с ними, выяснять, кто они (а не только кем представляются). Это значит только, что нельзя увлечься настроением минуты. Вы там для того, чтобы наблюдать и собирать информацию. Вы должны знать причину события, знать демонстрантов, но также знать и реакцию публики, реакцию полиции – яростная она или наоборот. Не следует брать на веру полицейскую оценку числа демонстрантов. Во всем мире у полицейских есть привычка недооценивать их численность, как у организаторов – переоценивать. Приведите слова и тех, и других.

Самые коварные из репортеров – те, которые ведут себя дружелюбно, улыбаются и на словах поддерживают вас. Такие постараются сожрать вас при первой же возможности.

Эд Коч, мэр Нью-Йорка

 

Глава 6
Работа с источниками

Когда посреди ночи раздается звонок, пожарному нужно лишь натянуть комбинезон и погасить огонь. Корреспондент же должен поведать миллиону людей, кто и зачем чиркнул спичкой.

Морт Розенблюм,
“Ассошиэйтед Пресс”

Самые лучшие сюжеты приходят из ниоткуда. Они являются вдруг, когда их меньше всего ожидаешь, и они такие необычные, что нарочно не придумать. Кто бы мог подумать, к примеру, еще несколько лет назад, что придется писать о пассажирском самолете, разбившемся из-за того, что российский пилот допустил своих детей-подростков к управлению?

Но подобного рода статьи принадлежат к иной категории, нежели те, что в основном наполняют страницы наших газет. Это происшествия, несчастные случаи, аварии и катастрофы национального или международного характера. В большинстве случаев о них очень быстро оповещают все средства информации. На другом краю спектра – множество заведомо ожидаемых событий: пресс-конференции, официальные сообщения, выборы, публикации докладов, визиты, судебные слушания и так далее. Мы называем это плановыми материалами, поскольку они заносятся в календарь отдела новостей и их публикация стоит в плане.

Эта глава посвящена тому, что мы называем внеплановыми материалами. Но и от журналистов во многом зависят внеплановые сюжеты, поскольку без репортеров большая часть этих сюжетов никогда бы не увидела света и общественность ничего бы не узнала. Откуда же берутся хорошие внеплановые сюжеты?

Для начала скажу, откуда они не берутся. Они не берутся – кроме редчайших случаев – из коммерческих пресс-релизов, пресс-конференций, ими крайне бедны редакционная почта и звонки: “Какой у меня для вас материальчик!”. Равно как никогда не приходят они с неиссякающим потоком лунатиков, параноиков и одержимых (известных среди российских журналистов как “чайники”), которые обивают пороги редакций во всем мире, расписывая, как их преследовали, переносили в космос, как за ними охотится правительство или сосед, и т.д.

Хорошие, единственные в своем роде, внеплановые материалы появляются тогда, когда вы приникаете к нетрадиционным источникам и темам и преодолеваете сюжетную зашоренность большинства журналистов. Все новое, необычное и интересное для ваших читателей и есть сюжет – по крайней мере, в зародыше. Что-то вы услышали в баре, увидели на улице, до чего-то докопались в длинном и нудном во всех остальных отношениях официальном докладе – да мало ли где можно что-то найти! Везде можно найти. Но пользы от такого утверждения мало, и я попробую дать несколько более конкретных рекомендаций:

Контакты

Вот для чего нужна телефонная книга – чтобы обзвонить как можно больше людей, когда вам нужен материал. Лучше постоянно поддерживать с ними связь, а не звонить только по делу. Возможно, потребуется также поддерживать отношения, встречаясь на междусобойчиках либо подбрасывая им информацию время от времени. Делайте это с легкой душой, по-дружески, и ваши знакомые вспомнят о вас и позвонят, когда у них будет хорошая наводка. Те, с кем вы поддерживаете связь не столь регулярно, тоже вспомнят вас, если после беседы с ними вы написали хорошую и точную статью.

Политики

Эти люди должны быть в числе важнейших “контактов” репортера. Они намного ближе вас стоят к тому, чем живут местные и центральные власти, и будут давать вам материалы, если вы наладите с ними отношения. В основном эти материалы будут на руку им самим, но и читателям эти сюжеты будут интересны. Установите с политиками по-настоящему хорошие отношения, и они, глядишь, во многом посодействуют вам.

Я знал политика из правящей партии; так он помог тайно забросить в Ирак одну из ведущих журналисток “Observer”, дабы по нашим публикациям удостовериться в жестокостях Саддама Хуссейна, творимых по отношению к некоторым арабским племенам. Без моего знакомства с ним журналистка не вышла бы на связь с повстанческими группами в Ираке (честь их мужеству!) и мы бы не смогли проникнуть в глубь южного Ирака, и мир, возможно, не узнал бы об этих жестокостях.

Официальные доклады

Трудно удержаться от зевоты при одном взгляде на обложку большинства официальных докладов. Но во многих из них, может, где-нибудь на 94-й странице, лежит настоящая “бомба”. Не исключено, что ее сознательно подложили на 94-й странице – в полной уверенности, что большинство журналистов не потрудится дочитать до этого места или прочтет его невнимательно. Станьте исключением. Вы будете вознаграждены.

Группы давления

К ним относятся организации вроде “Гринпис”, они поддерживаются из частных или благотворительных средств и содействуют тому или иному благому делу. Они могут действовать в области охраны окружающей среды, гражданских свобод, сохранения живой природы, транспорта, равноправия женщин, здравоохранения, заботы о детях и так далее. В каждой западноевропейской стране тысячи таких групп, и все они проводят свои расследования, публикуют доклады и рады помочь журналисту, который заинтересуется их проблемой. Для многих европейских репортеров, особенно для тех, кто исследует болевые точки, такие группы давления являются одним из главных источников хороших внеплановых материалов.

Международные организации

Существуют тысячи и тысячи международных организаций, которые публикуют горы докладов, статистических материалов и всяких сведений, проводят конференции и семинары, они укомплектованы экспертами, но хорошо, если репортеры вспомнят о них раз в год. Стыд и срам! Такого рода организации – один из богатейших и невостребованных источников, причем их материалы затрагивают отнюдь не только глобальные проблемы. В основном эти организации занимаются изучением или разработкой вполне конкретных проблем в той или иной стране.

Университеты и исследовательские институты

В стране или у вас в городе они почти то же, что международные организации. На любую тему в этом мире существует, по крайней мере, один институт, и я просто уверен, что в каждом таится доселе нераскрытый хороший сюжет, а то и несколько. Будь то передовое медицинское исследование, изучение дикой природы вашего региона или выяснение вопроса, почему мужчины носят галстуки определенных цветов, вам обеспечены сюжеты, до которых не додумается ни один репортер.

И многие будут совершенно неожиданными. Например, один подмосковный исследовательский институт много лет выяснял совместимость характеров, дабы не отправить на орбитальную станцию “Мир” людей, которые начнут драться, едва покинув Землю. Если в открытой печати написать на основе этого статью о том, как люди уживаются в одной квартире, у вас получится материал, способный заинтересовать каждого.

7. Научные академические журналы и желтая пресса

Если вам хватает знаний читать эту литературу, все вышесказанное вполне к ней относится. Не следует пренебрегать и отечественной прессой скандального толка. Подобные публикации обычно односторонни, но ясно, что у этих газет есть доступ к нетрадиционным источникам. Некоторые из лучших сюжетов впервые проклюнулись в таких газетах.

8. Специализированные издания

Это журналы не для академической аудитории, а для обычных людей, но с их особыми интересами. Многие обретаются в таком мире, куда большинство из нас вряд ли когда ступит (таковы охотники за сокровищами или овощеводы и нумизматы). Но, купив экземпляр такого журнала или газеты, мы получаем ключик к этим мирам. Редко случается, чтобы в приобретенном журнале такого рода я не нашел статьи или рекламы, способных заинтересовать широкую публику. В компьютерном журнале может быть напечатана статья о новом компьютерном вирусе, представляющем угрозу для коммерческих баз данных во всем мире; в журнале для автолюбителей – материал о новом способе угона машин; в секс-газете может быть напечатана реклама, которая подтолкнет вас на расследование детской порнографии, и так далее.

Частные объявления

Если журналист не читает частных объявлений во всякой газете, попавшей ему в руки, он упускает прекрасную возможность написать интереснейший очерк. В конце концов, через объявления общаются между собой те представители человечества, что не принадлежат к журналистам. Например, 2 мая 1962 года в колонке частных объявлений “Sаn Francisco Examiner” некая миссис Глэдис Кидд опубликовала следующее:

“Я не хочу, чтобы мой муж умер в газовой камере за преступление, которого не совершал. Поэтому я предлагаю на десять лет свои услуги в качестве кухарки, служанки или домоправительницы хорошему адвокату, который возьмется защищать его и добьется оправдания”.

Один из известнейших адвокатов города Винсент Халлинан прочитал это объявление и связался с миссис Кидд. Ее мужа должны были судить за убийство старого антиквара, поскольку его отпечатки пальцев со следами крови были обнаружены на старинном мече в магазине убитого. Во время суда Халлинан доказал, что антиквара убили не мечом. Он также установил, что кровь Кидда и его отпечатки пальцев попали на оружие, когда он как-то раз дурачился с мечом, зайдя в магазин вместе с приятелем. Присяжные признали Кидда невиновным, а Халлинан отказался от предложенных миссис Кидд услуг. В частных объявлениях нашли свое начало бесчисленное множество не столь громких статей: о женщине из Ростова, которая от бедности пыталась продать собственного сына, о группе контрабандистов экзотических животных, рекламировавших свой “товар”, и проч., и проч., и проч.







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.233.221.149 (0.009 с.)