ТОП 10:

Внутренняя политика Петра I. Модернизация государственной системы и армии.



Реформы Петра I — это огромный конгломерат правительственных мероприятий, осуществлявших­ся без четко выработанной долгосрочной програм­мы и обусловленных как насущными, сиюминут­ными потребностями госу­дарства, так и личными пристрастиями самодержца. Реформы были продиктованы, с одной стороны, теми про­цессами, которые начали развиваться в стране во второй половине XVII века, с другой — неуда­чами России в первый период ее войны со шведами, с третьей — привязанностью Петра к европейским идеям, порядкам и образу жизни.

На экономическую политику начала XVIII века оказала решающее влияние концепция меркантилизма. Согласно идеям меркантилизма, основой богатства государства является накопление денег за счет активного баланса торговли, вывоза товара на чужие рынки и ограничения ввоза иностранных товаров на свой рынок. Это предполагало вмешательство государства в сферу экономики: поощрение производства, строительство мануфактур, организацию торговых компаний, внедрение новой техники.

Другим важным стимулятором активного государственного вмешательства в экономику стали поражения русских войск на начальном этапе войны со Швецией. С началом войны Россия лишилась основного источника поставок железа и меди. Владея большими по тому времени финансовыми и материальными ресурсами, государство взяло на себя регулирование промышленного строительства. При его непосредственном участии и на его деньги стали создаваться казенные мануфактуры, прежде всего по производству военной продукции.

Государство захватило и торговлю — путем введения монополии на заготовку и сбыт определенных товаров. В 1705 г. была введена монополия на соль и табак. Прибыль на первую возросла вдвое; на табак — в 8 раз. Вводилась монополия на продажу товаров за границу: на хлеб, сало, лен, пеньку, смолу, икру, мачтовое дерево, воск, железо и др. Установление монополии сопровождалось волевым повышением цен на эти товары, регла­ментацией торговой деятельности русских купцов. Следствием этого стала дезорганизация свободного, основанного на рыночной конъюнктуре, предпринимательства. Государство добилось своей цели — поступления в казну резко возросли, но насилие над предпринимательством систематически разоряло наиболее зажиточную часть купечества.

К концу Северной войны, когда победа была очевидна, в торгово-промышленной политике правительства произошли определенные изменения. Были приняты меры по поощрению частного предприни­мательства. «Берг-привилегия» (1719 г.) разрешила искать полезные иско­паемые и строить заводы всем без исключения жителям страны и иностранцам. Получила распространение практика передачи государствен­ных предприятий (в первую очередь убыточных) частным владельцам или компаниям. Новые владельцы получали от казны различные льготы: беспроцентные ссуды, право беспошлинной продажи товаров и т. п. Государство отказалось от своей монополии на продажу товаров на внешнем рынке.

Однако реальной экономической свободы предприниматели не получили. В 1715 г. был принят указ о создании промышленных и торговых компаний, члены которых, отдав свои капиталы в общий котел, были связаны круговой порукой и несли общую ответственность перед государством. Компания фактически не обладала правом частной собственности. Это была своего рода аренда, условия которой определялись государством, имевшим право в случае их нарушения конфисковать предприятие. Выполнение казенных заказов стало главной обязанностью владельца завода. И только излишки он мог реализовать на рынке. Это снижало значение конкуренции как главного стимула развития бизнеса. Отсутствие конкуренции, кроме того, тормозило совершенствование производства.

Контроль над отечественной промышленностью осуществляли Берг- и Мануфактур-коллегии, обладавшие исключительными правами: они давали разрешение на открытие заводов, устанавливали цены на продукцию, имели монопольное право на покупку товаров у мануфактур, осуществляли административную и судебную власть над владельцами и работниками.

Правительство Петра I весьма внимательно относилось к становлению собственной промышленности, оберегая ее от бесперспективной конкурен­ции с продукцией развитых европейских стран. По качеству изделия российских мануфактур еще уступали зарубежным, поэтому Петр запретил ввозить в страну те иностранные товары, производство которых было освоено в России. Так, согласно таможенному тарифу 1724 г., огромная — 75 % — пошлина налагалась на ту европейскую продукцию, спрос на которую мог быть удовлетворен домашними средствами. Такая же пошлина налагалась и на вывозимое из России необработанное сырье. Политика меркантилизма стала в первой четверти XVIII века мощным оружием в руках правительства и надежной защитой отечественного предпринимательства.

Активное вмешательство государства в сферу экономики деформировало социальные отношения. Прежде всего, это проявилось в характере использования рабочей силы. Во время Северной войны государство и владельцы мануфактур использовали как вольнонаемную рабочую силу, «беглых и гулящих», так и приписных крестьян, отрабатывающих на заводах государственные налоги. Однако в начале 20-х гг. XVIII века проблема рабочей силы обострилась: усилилась борьба с побегами крестьян, началось массовое возвращение беглых прежним владельцам, была проведена ревизия населения с последующей фиксацией социального статуса каждого человека путем закрепления навечно к месту записи в налоговый кадастр. Вне закона были поставлены «вольные и гулящие», которых приравняли к беглым преступникам.

В 1718—1724 гг. была проведена подушная перепись. Единицей налогообложения вместо крестьянского двора стала «душа мужского пола», которой мог быть и грудной младенец, и дряхлый старик. Умершие числились в списках («сказках») вплоть до проведения очередной ревизии. Подушную подать платили крепостные и казенные крестьяне, посадские люди. От уплаты подушной подати освобождались дворяне и духовенство. В 1724 г. была учреждена паспортная система. Без паспорта крестьянам запрещалось удаляться от места жительства далее 30 верст. В 1721 г. Петр подписал указ, разрешавший покупать к заводам крепостных. Такие крестьяне стали называться посессионными (владельческими). Петр I отчетливо понимал, что одной только казне не под силу решить грандиозные задачи. Поэтому политика правительства была направлена на вовлечение в промышленное строительство частных капиталов. Ярким примером такой политики стала передача в 1702 году только что построенного казной Невьянского завода на Урале в частные руки. К этому времени Никита Демидов уже был известным и крупным предпринимателем Тульской оружейной слободы. Оправданность такого шага подтверждают обоюдовыгодные условия сделки: заводчик должен был значительно увеличить производство, по льготным ценам поставлять в казну военные припасы, «построить деткам школы, а больным — больницы» и многое другое, а взамен ему дозволялось на обширной территории Урала искать руды «и всякие заводы строить». Демидовы выполнили обязательства, создали грандиозное хозяйство. Строить заводы ринулись сотни людей. Многие потерпели крах, но к середине XVIII века на Урале было уже более 40 частных заводов, сложились и крупные «железоделательные — комплексы Строгановых, Демидовых, Мосоловых, Осокиных, Твердышевых и Мясниковых».

Особенностью развития русской промышленности в первой половине XVIII века стало широкое применение подневольного труда. Это означало превращение промышленных предприятий, на которых мог зародиться капиталистический уклад, в предприятия крепостниче­ской экономики. В первой четверти XVIII века была создана сравнительно мощная экономическая база — около 100 мануфактурных предприятий, а в начале царствования их было 15. К 1740-м годам страна выплавила чугуна в 1,5 раза больше, чем Англия.

Придя к власти в 1689 г., Петр унаследовал традиционную систему управления XVII века с Боярской думой и приказами как центральными учреждениями. По мере усиления самодержавия Боярская дума, как узкий сословный орган, утрачивала свое значение и в начале XVIII века исчезла. Сведения о заседаниях Боярской думы обрываются в 1704 г. Ее функции стала выполнять «консилиум министров» — совет начальников важнейших правительственных ведомств. В деятельности данного органа уже видны элементы бюрократизации управления — режим работы, строгое распреде­ление обязанностей, введение регламентированного делопроизводства.

Образование Сената в 1711 г. стало следующим шагом в организации нового аппарата управления. Сенат создавался как высший орган управления, сосредоточивший в своих руках административно-управленче­ские, судебные и законосовещательные функции. В Сенате вводился принцип коллегиаль­ности: без общего согласия решение в силу не вступало. Впервые в госу­дарственном учреждении, как и в армии, вводилась личная присяга.

Реформа административной системы была продолжена на рубеже 10—20-х гг. XVIII века. В ее основе лежали принципы камерализма — учения о бюрократическом управлении, которое предполагало: функциональный принцип управления, коллегиальность, четкую регламентацию обязанностей чиновников, специализацию канцелярского труда, единообразные штаты и жалованье.

В 1718 г. был принят «Реестр коллегиям». Вместо 44 приказов учреждались коллегии. Их число составляло 10—11. В 1720 г. был утвержден Генеральный регламент коллегий, согласно которому каждая коллегия состояла из президента, вице-президента, 4-5 советников и 4 асессоров. Помимо четырех коллегий, ведавших иностранными, военными и судебными делами (Иностранная, Военная, Адмиралтейская, Юстиц-коллегия), группа коллегий занималась финансами (доходами — Камер-коллегия, расходами — Штатс-контор-коллегия, контроль за сбором и расходованием средств — Ревизион-коллегия), торговлей (Коммерц-коллегия), металлургией и легкой промышленностью (Берг-мануфактур-коллегия, позже разделенная на две). В 1722 г. был создан важнейший контрольный орган — прокуратура. Неофи­циальной главой Сената стал генерал-прокурор П. И. Ягужинский. Явный государственный надзор был дополнен тайным надзором путем введения системы фискалов, которые осуществляли негласное наблюдение за деятельностью администрации на всех уровнях. Петр освободил фискалов от ответственности за ложный донос. Феномен доносительства прочно утвердился в государственной системе и в обществе.

Особой коллегией стал Святейший Синод, созданный в 1721 г. Должность патриарха была упразднена. Во главе Синода был поставлен государственный чиновник — обер-прокурор. Церковь фактически превра­тилась в составную часть государственного аппарата. Это означало для россиян потерю духовной альтернативы государственной идеологии. Церковь удалялась от верующих, переставала быть защитницей «униженных и оскорбленных», становилась послушным орудием власти, что противоречило русским традициям, духовным ценностям, всему вековому укладу жизни. Отмена тайны исповеди, запрет вешать иконы над дверью дома, преследование монашества и прочие «реформы» позволяли многим совре­менникам называть Петра царем-антихристом.

Генеральный регламент, другие указы Петра I за­крепляли идею о службе русского дворянства как важнейшую форму исполнения обязанностей перед государем и государством. В 1714 г. был принят указ о единонаследии, по которому дворянское поместье уравнивалось в правах с вотчиной. Он способствовал завершению процесса объединения сословий феодалов в единый класс-сословие, обладавший определенными привилегиями. Но дворянское звание могло быть привилегированным только тогда, когда его обладатель служил. Табель о рангах (1722 г.) вводил новую иерархию чинов. Все военные и гражданские должности подразделялись на 14 рангов. Для получения следующего ранга нужно было пройти все предыдущие. Военный или гражданский чиновник, достигший восьмого ранга, соответствовавшего коллежскому асессору или майору, получал потомственное дворянство. Новое положение чиновничества, иные формы и методы его деятельно­сти породили совершенно особую психологию бюрократии. Идея Петра I о том, что человек будет получать чин, соответствующий его знаниям и усердию, а по чину — и должность, не сработала с самого начала. Служащих, полу­чив­ших одинаковые чины, было гораздо больше, чем должностей, на которые они претендовали. Вместо старого, боярского, стало процветать новое, чиновничье местничество, выражавшееся в производстве в новый чин по старшинству, то есть в зависимости от того, кто раньше был произведен в класс предыдущий. В России сложился культ учреждения, а погоня за чинами и должностями стала национальным бедствием. Своеобразная «бюро­кратическая революция» — главный итог наложения европейской идеи рацио­нализма на российскую почву. Принцип родовитости при назначении на государственную службу был окончательно заменен принципом выслуги. За отказ служить владения дворян конфисковались. Если на Западе служба была привилегией, то в России — обязанностью. В связи с этим в литературе выска­зы­вается мнение, что едва ли можно полностью зависимое от государства дворянство считать господствующим классом. Скорее, это был привилегированный класс-сословие военных и гражданских слуг самодержа­вия, преимущества которых существовали до тех пор, пока они несли службу. «Эмансипация» дворянства произошла позже — в 30—60-е гг. XVIII века.

Одно из центральных мест в реформах Петра занимало создание мощных вооруженных сил. В конце XVIII века русское войско состояло из полков солдатского строя (в 1689 г. — 70 % общей численности), стрелецких полков и дворянского ополчения. Солдатские полки были лишь зачатком регулярной армии, так как казна не могла их взять полностью на свое содержание, и в свободное от службы время солдаты занимались ремеслом и торговлей. Стрельцы все больше превращались в полицейскую силу и орудие дворцовых интриг. Дворянская конница уже к середине XVII века в значительной степени утратила свою боеспособность. Наиболее бое­способной частью войска были так называемые «потешные» полки — Преображенский и Семе­нов­ский — основа будущей гвардии. Не имея выходов к незамерзающим морям, Россия не имела и флота. Центральным вопросом создания регулярной армии был вопрос о новой системе ее комплектования. В 1705 г. была введена рекрутская повинность: с определенного числа дворов податных сословий в армию должен был поставляться рекрут. Рекруты пожизненно зачислялись в сословие солдат. Дворяне начинали служить с чина рядового в гвардейских полках. Так была создана регулярная армия, обладавшая высокими боевыми качествами. Армия была перевооружена, с учетом зарубежного и отечест­венного опыта, была изменена стратегия и тактика, введены Воинский и Морской уставы. К концу правления Петра Россия обладала сильнейшей в Европе армией численностью до 250 тыс. человек и вторым в мире военным флотом (более 1000 кораблей).

Однако оборотной стороной реформ стала набиравшая темпы милитаризация имперской государственной машины. Заняв в государстве весьма почетное место, армия стала выполнять не только военные, но и полицейские функции. Полковник следил за сбором подушных денег и средств на нужды своего полка, а также должен был искоренять «разбой», в том числе пресекать крестьянские волнения. Распространилась практика участия профессиональных военных в государственном управлении. Военные, особенно гвардейцы, часто использовались в качестве эмиссаров царя, причем наделялись чрезвычайными полномочиями. Из вышесказанного видно, что в России в первой четверти XVIII века сформировалась мощная военно-бюрократическая система. Наверху громозд­кой пира­миды власти находился царь. Монарх был единственным источником права, имел необъятную власть. Апофеозом самодержавия стало присвоение Петру I титула императора.







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-29; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.194.190 (0.008 с.)