ТОП 10:

Второй этап китайской революции



Перейдем теперь ко второму этапу китайской революции.

Если первый этап отличался тем, что острие революции направлялось главным образом против иностранного империализма, то характерной чертой второго этапа является тот факт, что революция направляет свое острие главным образом против внутренних врагов и прежде всего против феодалов, против феодального режима.

Разрешил ли первый этап свою задачу свержения иностранного империализма? Нет, не разрешил. Он передал проведение этой задачи в наследство второму этапу китайской революции. Он только дал первую раскачку революционным массам против империализма для того, чтобы окончить свой бег и передать это дело будущему.

Надо полагать, что и второму этапу революции не удастся полностью разрешить задачу изгнания империалистов. Он даст дальнейшую раскачку широким массам китайских рабочих и крестьян против империализма, но он сделает это для того, чтобы передать завершение этого дела следующему этапу китайской революции, этапу советскому[oo].

И в этом нет ничего удивительного. Разве не известно, что первый этап нашей революции не разрешил полностью своей задачи завершения аграрной революции, а передал эту задачу следующему этапу революции, Октябрьской революции, которая и разрешила целиком и полностью задачу искоренения феодальных пережитков. Поэтому не будет ничего удивительного, если на втором этапе китайской революции не удастся завершить полностью аграрную революцию и если второй этап революции, раскачав миллионные массы крестьянства и подняв их против феодальных пережитков, передаст завершение этого дела следующему этапу революции, этапу советскому. И это будет только плюсом для будущей советской революции в Китае.

Переворот Чан Кай‑ши знаменует собой отход национальной буржуазии от революции, нарождение центра национальной контрреволюции и сделку правых гоминдановцев с империализмом против китайской революции.

Переворот Чан Кай‑ши означает, что в южном Китае отныне будут два лагеря, два правительства, две армии, два центра – центр революции в Ухане и центр контрреволюции в Нанкине[pp].

Переворот Чан Кай‑ши означает, что революция вступила во второй этап своего развития, что начался поворот от революции общенационального объединенного фронта к революции многомиллионных масс рабочих и крестьян, к революции аграрной, которая усилит и расширит борьбу против империализма, против джентри и феодальных помещиков, против милитаристов и контрреволюционной группы Чан Кай‑ши.

Это значит, что борьба между двумя путями революции, между сторонниками дальнейшего ее развертывания и сторонниками ее ликвидации, будет обостряться изо дня в день, наполняя собой весь нынешний период революции.

Это значит, что революционный Гоминдан в Ухане, ведя решительную борьбу против милитаризма и империализма, будет превращаться на деле в орган революционно‑демократической диктатуры пролетариата и крестьянства, а контрреволюционная группа Чан Кай‑ши в Нанкине, отрываясь от рабочих и крестьян и сближаясь с империализмом, разделит, в конце концов, судьбу милитаристов.

Но из этого следует, что политика сохранения единства Гоминдана, политика изоляции правых внутри Гоминдана и использования их для целей революции уже не отвечает новым задачам революции.

Эта политика должна быть заменена политикой решительного изгнания правых из Гоминдана, политикой решительной борьбы с правыми, вплоть до полной их политической ликвидации, политикой сосредоточения всей власти в стране в руках революционного Гоминдана, Гоминдана без правых его элементов. Гоминдана, как блока между левыми гоминдановцами и коммунистами.

Из этого следует, что политика тесного сотрудничества левых и коммунистов внутри Гоминдана приобретает на данном этапе особую силу и особое значение, что это сотрудничество отражает складывающийся союз рабочих и крестьян вне Гоминдана, что без такого сотрудничества невозможна победа революции.

Из этого следует, что основным источником силы революционного Гоминдана является дальнейшее развертывание революционного движения рабочих и крестьян и укрепление их массовых организаций революционных крестьянских комитетов, профсоюзов рабочих и других массовых революционных организаций, как подготовительных элементов Советов в будущем, что основным залогом победы революции является рост революционной активности миллионных масс трудящихся, а главным противоядием против контрреволюции – вооружение рабочих и крестьян.

Из этого следует, наконец, что, борясь в одних рядах с революционными гоминдановцами, компартия должна более, чем когда‑либо, сохранять свою самостоятельность, как условие, необходимое для обеспечения гегемонии пролетариата в буржуазно‑демократической революции[qq].

В чем состоит задача коммунистов на втором этапе революции в Китае, когда центр революционного движения явным образом переместился из Кантона в Ухан и когда, наряду с революционным центром в Ухане, создался контрреволюционный центр в Нанкине?

В том, чтобы использовать вовсю возможность открытой организации партии, пролетариата (профсоюзы), крестьянства (крестьянские союзы), революции вообще.

В том, чтобы толкать уханских гоминдановцев влево, в сторону аграрной революции.

В том, чтобы превратить уханский Гоминдан в центр борьбы против контрреволюции и в ядро будущей революционно‑демократической диктатуры пролетариата и крестьянства[rr].

Правильна эта политика?

Факты показали, что она единственно правильная политика, способная воспитать широкие массы рабочих и крестьян в духе дальнейшего развития революции.

Оппозиция требовала немедленного образования Советов рабочих и крестьянских депутатов, но это авантюристский заскок вперед. Почему? Потому, что Гоминдан в Ухане, поддерживавший союз с коммунистами, не успел еще дискредитировать и разоблачить себя в глазах широких масс рабочих и крестьян, не успел еще исчерпать себя, как буржуазно‑революционная организация. Выставить лозунг Советов и свержения уханского правительства в момент, когда массы еще не убедились на своем собственном опыте в негодности этого правительства, в необходимости его свержения, – значит заскочить вперед, оторваться от масс, лишить себя поддержки масс и провалить, таким образом, начатое дело[ss].

 

Образовать рабочие и крестьянские Советы – это значит, прежде всего, выйти из Гоминдана, ибо нельзя создавать Советы и призывать рабочих и крестьян к созданию новой власти, и оставаться вместе с тем в составе Гоминдана и его правительства.

Это значит создание двоевластия, создание органов восстания против уханского правительства.

Призывать теперь к созданию Советов рабочих и крестьянских депутатов – это значит призывать к восстанию против власти революционного Гоминдана.

Целесообразно ли это? Ясно, что нецелесообразно. Ясно, что, кто призывает теперь к немедленному созданию Советов рабочих депутатов в этом районе, тот пытается перепрыгнуть через гоминдановскую фазу китайской революции, тот рискует поставить революцию в Китае в затруднительнейшее положение[tt].

Должны ли китайские коммунисты свергать теперь уханское правительство? Ясно, что не должны. Наоборот, они должны его поддерживать, превращая его в орган борьбы против Чжан Цзо‑лина, против Чан Кай‑ши, против помещиков и джентри, против империализма.

А что делать сейчас? Нужно расширять и углублять аграрную революцию в Китае. Нужно создавать и укреплять все и всякие массовые организации рабочих и крестьян, от советов профсоюзов и стачечных комитетов до крестьянских союзов и крестьянских революционных комитетов, для того, чтобы превращать их по мере роста революционного движения и по мере его успехов в организационные и политические базы для Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов в будущем.

В этом теперь задача.

 

Линия Коминтерна

Феодальные пережитки и опирающаяся на них бюрократически‑милитаристская надстройка, всячески поддерживаемая империалистами всех стран, являются основным фактом нынешней китайской действительности.

Китай переживает в настоящий момент аграрную революцию, направленную как против феодальных пережитков, так и против империализма.

Аграрная революция составляет основу и содержание буржуазно‑демократической революции в Китае[uu].

Гоминдан в Ухане и уханское правительство являются центром буржуазно‑демократического революционного движения.

Нанкин и нанкинское правительство представляют центр национальной контрреволюции.

Политика поддержки Ухана является вместе с тем политикой развёртывания буржуазно‑демократической революции со всеми вытекающими отсюда последствиями. Отсюда участие коммунистов в уханском Гоминдане и в уханском революционном правительстве, участие, которое не исключает, а предполагает всемерную критику со стороны коммунистов половинчатости и колебаний своих союзников в Гоминдане.

Это участие коммунистов должно быть использовано для того, чтобы облегчить пролетариату роль гегемона в китайской буржуазно‑демократической революции и приблизить момент перехода к революции пролетарской.

К моменту, когда буржуазно‑демократическая революция будет приближаться к полной победе и когда в ходе буржуазной революции будут намечаться пути к переходу к пролетарской революции, – к этому моменту нужно создавать Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, как факторы двоевластия, как органы борьбы за новую власть, как органы новой власти, власти Советов.

К этому времени блок коммунистов внутри Гоминдана должен быть заменён блоком вне Гоминдана, а компартия должна стать единственной руководительницей новой революции в Китае.

Предлагать теперь, как это делают Троцкий и Зиновьев, немедленное образование Советов рабочих и крестьянских депутатов и немедленное создание двоевластия, теперь, когда буржуазно‑демократическая революция находится еще в начальной фазе своего развития, когда Гоминдан является наиболее приспособленной и наиболее соответствующей специфическим особенностям Китая формой организации национально‑демократической революции, – это значит дезорганизовать революционное движение, ослабить Ухан, облегчить его падение и оказать помощь Чжан Цзо‑лину и Чан Кай‑ши.

 

Характер будущей власти в Китае

Будущая революционная власть в Китае власть не может не быть властью антиимпериалистической, и каждое продвижение этой власти вперед означает удар по мировому империализму, – стало быть, удар в пользу мирового революционного движения.

Ленин был прав, когда он говорил, что если раньше, до наступления эпохи мировой революции, национально‑освободительное движение, являлось частью общедемократического движения, то теперь, после победы советской революции в России и наступления эпохи мировой революции, национально‑освободительное движение является частью мировой пролетарской революции.

Я думаю, что будущая революционная власть в Китае будет в общем напоминать по своему характеру такую власть, о которой у нас говорилось в 1905 году, т.е. что‑нибудь вроде демократической диктатуры пролетариата и крестьянства, с той, однако, разницей, что это будет власть, антиимпериалистическая по преимуществу. Это будет власть переходная к некапиталистическому или, точнее, к социалистическому развитию Китая[vv].

Вот в каком направлении должна пойти революция в Китае.

 

Этот путь развития революции облегчается тремя обстоятельствами:

Во‑первых, тем, что революция в Китае, как революция национально‑освободительная, будет направлена своим острием против империализма и его агентов в Китае.

Во‑вторых, тем, что крупная национальная буржуазия в Китае слаба, слабее, чем национальная буржуазия в России периода 1905 года, что облегчает дело руководства пролетарской партии в отношении китайского крестьянства.

В‑третьих, тем, что революция в Китае будет развиваться при обстоятельствах, дающих возможность использовать опыт и помощь победившей революции в Советском Союзе.

Победит ли этот путь наверняка и безусловно, – это зависит от многих обстоятельств. Одно во всяком случае ясно, что борьба за именно этот путь развития китайской революции является основной задачей китайских коммунистов.

 

Отсюда вытекает задача коммунистов Китая в вопросе об отношении к Гоминдану и к будущей революционной власти в Китае.

Говорят, что китайские коммунисты должны выйти из Гоминдана. Это неверно, товарищи. Выход китайских коммунистов из Гоминдана в настоящее время был бы глубочайшей ошибкой. Весь ход китайской революции, ее характер, ее перспективы с несомненностью говорят о том, что китайские коммунисты должны остаться в Гоминдане и усилить там свою работу.

Может ли китайская компартия участвовать в будущей революционной власти?

Не только может, но и должна участвовать. Ход революции в Китае, ее характер, ее перспективы красноречиво говорят о том, что китайская компартия должна участвовать в будущей революционной власти Китая. В этом – одна из необходимых гарантий того, чтобы гегемония китайского пролетариата была осуществлена на деле.

 

Крестьянский вопрос в Китае

Советы нельзя рассматривать вне связи с окружающей обстановкой. Крестьянские Советы, можно было бы организовать лишь в том случае, если бы Китай переживал период максимального подъема крестьянского движения, ломающего старое и творящего новую власть, в расчете, что промышленные центры Китая уже прорвали плотину и вступили в фазу образования власти Советов.

Можно ли сказать, что китайское крестьянство и вообще китайская революция уже вступили в эту фазу? Нет, нельзя. Поэтому, говорить о Советах теперь, значит забегать вперед[ww].

Теперь надо ставить вопрос не о Советах, а об образовании крестьянских комитетов.

Я имею в виду выбранные от крестьян комитеты, которые способны формулировать основные требования крестьянства и которые примут все меры к тому, чтобы прийти к осуществлению этих требований революционным порядком.

Эти крестьянские комитеты должны служить стержнем, вокруг которого будет развязываться революция в деревне.

Немедленное удовлетворение ряда наиболее назревших крестьянских требований является необходимейшим условием победы китайской революции. Я думаю, что коммунистическая партия Китая и Гоминдан, а значит и кантонская власть, должны немедля перейти от слов к делу и поставить вопрос об удовлетворении теперь же наиболее жизненных требований крестьянства[xx].

Каковы должны быть перспективы зависит от хода революции, но думаю, дело надо вести к национализации земли.

 

Каковы те пути и дорожки, по которым должны идти китайские революционеры для того, чтобы поднять многомиллионное крестьянство Китая на революцию?

Я думаю, что при данных условиях можно говорить лишь о трех путях.

Первый путь – это путь образования крестьянских комитетов и проникновения в эти комитеты китайских революционеров для воздействия на крестьянство.

Но этот путь недостаточен. Было бы смешно думать, что у Китая хватит революционеров на это дело. В Китае около 400 миллионов населения. Из них около 350 миллионов китайцев. Из них более чем 9/10 – крестьян. Думать, что несколько десятков тысяч китайских революционеров могут исчерпать этот океан крестьянства, – значит заблуждаться – нужно иметь еще другие пути.

Второй путь – это путь воздействия на крестьянство через аппарат новой народно‑революционной власти.

Несомненно, что в новых освобожденных провинциях будет создаваться новая власть по типу кантонской власти.

Несомненно, что эта власть и аппарат этой власти, если она хочет действительно двигать революцию вперед, должна заняться удовлетворением наиболее наболевших требований крестьянства.

И вот задача коммунистов и вообще революционеров Китая состоит в том, чтобы проникать в аппарат новой власти, сближать этот аппарат с крестьянскими массами и помогать крестьянским массам через этот аппарат удовлетворить свои насущные требования путем отобрания помещичьих земель или путем снижения налогов и арендной платы, – смотря по обстоятельствам.

Третий путь состоит в воздействии на крестьянство через революционную армию.

Революционная армия Китая является той силой, которая первой проникает в новые провинции, которая первой проходит по самой гуще крестьянства и по которой прежде всего, судит, крестьянин о новой власти, об ее плохих или хороших качествах. От поведения революционной армии, от ее отношения к крестьянству и к помещикам, от ее готовности помочь крестьянам – зависит отношение крестьянства к новой власти, к Гоминдану и вообще к революции в Китае.

Если иметь в виду, что к революционной армии Китая примазалось немало сомнительных элементов, что эти элементы могут изменить физиономию армии в худшую сторону, – поэтому коммунисты Китая должны принять все меры к тому, чтобы нейтрализовать антикрестьянские элементы армии, сохранить за армией ее революционный дух и вести дело к тому, чтобы армия помогала крестьянам и подымала их на революцию[yy].

Говорят, что революционную армию встречают в Китае с распростертыми объятиями, но потом, после того как армия оседает, наступает некоторое разочарование. То же самое было и у нас в Советском Союзе во время гражданской войны. Объясняется это тем, что армия, освобождая новые провинции и оседая там, вынуждена кормиться так или иначе за счет окружающего населения. Нам, советским революционерам, удавалось обычно компенсировать эти минусы тем, что мы старались помогать через армию крестьянам против помещичьих элементов. Необходимо, чтобы китайские революционеры также научились компенсировать эти минусы проведением правильной крестьянской политики через армию.

 

Пролетариат и гегемония пролетариата в Китае

На кого должны ориентироваться китайские коммунисты? Я думаю, что китайские коммунисты должны ориентироваться прежде всего на пролетариат и толкать деятелей освободительного движения в Китае на революцию. Только тогда будет поставлен вопрос правильно.

Я знаю, что есть среди китайских коммунистов товарищи, которые считают забастовки рабочих за улучшение их материального и правового положения нежелательными и отговаривают рабочих от забастовок. (Голос: «Это было в Кантоне и Шанхае».) Это большая ошибка, товарищи. Это серьезнейшая недооценка роли и удельного веса пролетариата Китая.

Было бы большой ошибкой, если бы китайские коммунисты не использовали нынешней благоприятной обстановки для того, чтобы помочь рабочим улучшить свое материальное и правовое положение, хотя бы через забастовки. Для чего же тогда революция в Китае?

Не может быть руководящей силой пролетариат, сынов которого секут и истязают агенты империализма во время забастовок.

Нужно во что бы то ни стало уничтожить это средневековое зло для того, чтобы поднять среди пролетариев Китая чувство силы и чувство своего достоинства и сделать их способными к руководству революционным движением. Без этого нечего и думать о победе революции в Китае.

 

Вопрос о молодежи в Китае

Вопрос о молодежи имеет теперь в Китае чрезвычайно важное значение. Учащаяся молодежь (революционные студенты), рабочая молодежь, крестьянская молодежь, – все это сила, которая могла бы двинуть революцию семимильными шагами, если ее подчинить идейному и политическому влиянию Гоминдана. Надо иметь в виду, что никто не переживает империалистического гнета так глубоко и живо и никто не чувствует необходимости борьбы с этим гнетом так остро и болезненно, как молодежь в Китае. Это обстоятельство должно быть всемерно учтено китайской компартией и китайскими революционерами в смысле всемерного усиления работы среди молодежи.

 

Некоторые выводы

Я хотел бы отметить некоторые выводы – по линии борьбы с империализмом в Китае и по линии крестьянского вопроса.

Несомненно, что китайская компартия не может теперь ограничиться требованием уничтожения неравных договоров. За это требование стоит теперь даже такой контрреволюционер, как Чжан Суе‑лян. Очевидно, что китайская компартия должна пойти дальше.

Надо поставить перед собой в качестве перспективы вопрос о национализации железных дорог. Это необходимо, и к этому надо вести дело.

Надо, далее, иметь в виду перспективу национализации наиболее важных фабрик и заводов. При этом прежде всего встает вопрос o национализации тех предприятий, владельцы которых отличаются особой враждебностью и особой агрессивностью в отношении китайского народа[zz].

Нужно двинуть вперед крестьянский вопрос, связав его с перспективой революции в Китае. Я думаю, что дело надо вести к конфискации помещичьих земель в пользу крестьян и национализации земли[aaa].

 

Убеждать массы нельзя одной лишь пропагандой и агитацией. Для этого необходим собственный политический опыт самих масс, необходимо, чтобы широкие массы сами испытали, на своей собственной спине, неизбежность свержения данного строя, неизбежность установления новых политических и социальных порядков.

Хорошо, если передовая группа, партия, уже убедилась в неизбежности свержения, скажем, Временного правительства в апреле 1917 года. Но этого еще недостаточно для того, чтобы выступить за свержение этого правительства, для того, чтобы выставить лозунг свержения Временного правительства и установления Советской власти, как лозунг дня.

Для того, чтобы превратить формулу «вся власть Советам» из перспективы в лозунг дня, в лозунг непосредственного действия, для этого необходимо чтобы сами массы убедились в правильности этого лозунга и оказали партии поддержку в проведении его в жизнь[bbb].

Надо строго различать между формулой, как перспективой для ближайшего будущего, и формулой, как лозунгом дня.

 

Должны ли были китайские коммунисты полгода назад выставить лозунг «долой гоминдановское руководство в Ухане»? Нет, не должны были.

Не должны были, так как это было бы опасным забеганием вперед, это затруднило бы коммунистам доступ к широким массам трудящихся, верившим еще в гоминдановское руководство, это изолировало бы компартию от широких крестьянских масс.

Не должны были, так как уханское гоминдановское руководство, уханский ЦК Гоминдана не успел еще исчерпать себя, как буржуазно‑революционное правительство, не успел еще оскандалиться и дискредитировать себя в глазах широких масс трудящихся своей борьбой против аграрной революции, своей борьбой против рабочего класса, своим поворотом в сторону контрреволюции[ccc].

Должны ли теперь китайские коммунисты выставить лозунг «долой гоминдановское руководство в Ухане»? Да, должны, обязательно должны[ddd].

Теперь, когда гоминдановское руководство уже оскандалилось своей борьбой с революцией, поставив себя во враждебные отношения с широкими рабоче‑крестьянскими массами, этот лозунг найдёт могучий отклик среди народных масс.

Теперь каждый рабочий и крестьянин поймёт, что коммунисты поступили правильно, выйдя из уханского правительства и уханского ЦК Гоминдана и выставив лозунг «долой гоминдановское руководство в Ухане».

Ибо теперь, перед крестьянскими и рабочими массами, стоит выбор:

либо нынешнее руководство Гоминдана, и тогда – отказ от удовлетворения насущных потребностей масс, отказ от аграрной революции;

либо аграрная революция и коренное улучшение положения рабочего класса, и тогда – смена гоминдановского руководства в Ухане становится лозунгом дня для масс.

Если в ближайшее время (не обязательно через два месяца) – новый подъём революции станет фактом, то вопрос об образовании Советов рабочих и крестьянских депутатов может стать на очередь, как лозунг дня и как противовес буржуазному правительству.

 

Вчера, несколько месяцев назад, коммунисты Китая не должны были выставлять лозунга образования Советов, ибо это было бы авантюризмом, свойственным нашей оппозиции, ибо гоминдановское руководство не успело еще дискредитировать себя, как противника революции.

Теперь, наоборот, лозунг образования Советов может стать действительно революционным лозунгом, если (если!) в ближайшее время разразится новый и мощный революционный подъём.

Поэтому уже теперь, еще до наступления подъёма, наряду с борьбой за замену нынешнего гоминдановского руководства руководством революционным, надо вести широчайшую пропаганду в широких массах трудящихся за идею Советов, не забегая вперёд и не образовывая теперь же Советов, помня, что Советы могут расцвести лишь в условиях мощного революционного подъёма.

События в Нанкине

Позвольте теперь перейти к вопросу о нанкинских событиях[17]. Я думаю, что нанкинские события не должны быть для нас неожиданностью. Империализм не может жить без насилий и грабежей, без крови и выстрелов. На то он и империализм. Поэтому события в Нанкине для нас не могут являться неожиданностью.

О чем говорят нанкинские события? В чем их политический смысл?

Они говорят о том, что в политике империализма наступил перелом, перелом от вооруженного мира к вооруженной войне против китайского народа.

До нанкинских событий империализм старался прикрывать свои намерения елейными речами о мире и невмешательстве во внутренние дела других стран, маской «цивилизации» и «человеколюбия», Лигой наций и т.д.

После нанкинских событий империализм отбрасывает прочь и елейные речи, и невмешательство, и Лигу наций, и всякую иную маску. Теперь империализм стоит перед всем миром во всей своей наготе откровенного хищника и угнетателя.

Буржуазному пацифизму нанесен еще один сокрушительный удар – что же, могут противопоставить сладкопевцы империалистического пацифизма, факту расстрела нанкинских жителей, кроме своих лживых пацифистских речей?

Лиге наций дана еще одна пощечина. Ибо кто же, кроме лакеев империализма, может считать «нормальным» тот факт, что один из членов Лиги наций расстреливает население другого из членов Лиги наций, а сама Лига наций вынуждена молчать, полагая, что это ее не касается?

Доказано, что наша партия была права, расценивая подвоз войск империалистических стран к Шанхаю, как прелюдию военных нападений на китайский народ. Ибо кто же, кроме слепых, может теперь не видеть, что войска в Шанхае нужны были империализму для перехода от «слов» к «делу».

Таков смысл нанкинских событий.

 

Каковы могли быть намерения империалистов, рискнувших на нанкинскую авантюру?

Возможно, что, срывая с себя маску и применяя артиллерию в Нанкине, империалисты хотели повернуть назад колесо истории, положить конец разрастающемуся революционному движению во всех странах и повести борьбу за восстановление той относительной устойчивости мирового капитализма, которая имела место до империалистической войны.

Известно, что из империалистической войны капитализм вышел с неизлечимыми ранами.

Известно, что лет десять назад рабочие и крестьяне СССР прорвали фронт капитала и нанесли ему неизлечимую рану.

Известно, что империалистическая война расшатала основы империалистического господства в колониальных и зависимых странах.

Известно, что спустя десять лет после Октября китайские рабочие и крестьяне начали также прорывать фронт империализма, причем нет никаких оснований предполагать, что они не прорвут его вконец.

Возможно, что империалисты хотели стереть все это одним ударом и начать «новую страницу» истории.

И если они действительно хотели этого, то надо признать, что они попали пальцем в небо. Ибо только люди, впавшие в детство, могут думать, что законы артиллерии сильнее законов истории, что можно повернуть вспять колесо истории выстрелами в Нанкине.

Возможно, что империалисты, стреляя в Нанкин, хотели тем самым устрашить угнетенные народы других стран, рвущиеся к свободе, как бы говоря им: про вас сказывается сказка в Нанкине.

Это вовсе не исключено, товарищи. Политика устрашения имеет свои «основания» в истории империализма. Но что она, эта политика, не годна и не достигает цели, – в этом едва ли может быть сомнение. Эту политику «с успехом» применял в свое время русский царизм. Но чем она кончилась? Вы знаете, что она кончилась полным крахом царизма.

Возможно, наконец, что, стреляя в Нанкин, империалисты хотели поразить китайскую революцию в самое сердце и сделать невозможным, во‑первых, дальнейшее продвижение южных китайских войск и объединение Китая и, во‑вторых, осуществление переговоров насчет концессий, которые были проведены в Ханькоу.

Это вполне возможно и, пожалуй, вполне вероятно. Что империалисты не хотят единого Китая и предпочитают иметь два Китая для того, чтобы «успешнее маневрировать», – об этом уже проговорилась несколько раз капиталистическая печать. Что касается шанхайских и других концессий, то едва ли можно сомневаться в том, что многие из империалистов «не сочувствуют» тем условиям, утвержденым в Ханькоу. И вот, стреляя в Нанкин, империалисты, видимо, хотели сказать, что они предпочитают вести в переговоры с национальным правительством под давлением и под аккомпанемент артиллерии. Таковы уж музыкальные вкусы империалистов. То, что эта странная музыка смахивает на музыку каннибалов, видимо, не смущает империалистов.

Добьются ли они своей цели, – это покажет ближайшее будущее, пока что результаты получаются обратные.

Необходимо заметить, что пока что они добились одного – углубления ненависти среди китайцев против империализма, сплочения сил Гоминдана и новой передвижки революционного движения в Китае влево.

Выходит, что, стреляя в Нанкин, империалисты добивались одного, а на деле получилось нечто прямо противоположное тому, чего они добивались.

Таковы итоги и перспективы нанкинских событий.

Такова политика мудрецов из консервативного лагеря.

Недаром сказано, что кого бог обрекает на гибель, того он лишает разума. (Бурные, долго не смолкающие аплодисменты.)

Об угрозе войны

Едва ли можно сомневаться, что основным вопросом современности является вопрос об угрозе новой империалистической войны. Речь идёт не о какой‑то неопределённой и бесплотной «опасности» новой войны. Речь идёт о реальной и действительной угрозе новой войны вообще, войны против СССР – в особенности[eee].

Передел мира и сфер влияния, произведённый в результате последней империалистической войны, успел уже «устареть». Выдвинулись вперёд некоторые новые страны (Америка, Япония). Отходят назад некоторые старые страны (Англия). Оживает и растёт, всё более усиливаясь, похороненная было в Версале капиталистическая Германия. Лезет вверх буржуазная Италия, с завистью поглядывая на Францию.

Идёт бешеная борьба за рынки сбыта, за рынки вывоза капитала, за морские и сухопутные дороги к этим рынкам, за новый передел мира. Растут противоречия между Америкой и Англией, между Японией и Америкой, между Англией и Францией, между Италией и Францией.

Растут противоречия внутри капиталистических стран, прорываясь время от времени в виде открытых революционных выступлений пролетариата (Англия, Австрия).

Растут противоречия между империалистическим миром и зависимыми странами, то и дело прорываясь в виде открытых конфликтов и революционных взрывов (Китай, Индонезия, Северная Африка, Южная Америка).

Рост всех этих противоречий означает рост кризиса мирового капитализма, несмотря на факт стабилизации, кризиса, несравненно более глубокого, чем кризис перед последней империалистической войной. Существование и преуспеяние СССР, страны пролетарской диктатуры, лишь углубляет и обостряет этот кризис.

Неудивительно, что империализм готовится к новой войне, видя в ней единственный путь разрешения этого кризиса. Небывалый рост вооружений, общий курс буржуазных правительств на фашистские методы «управления», крестовый поход против коммунистов, бешеная травля СССР, прямая интервенция в Китае – всё это различные стороны одного и того же явления – подготовки к новой войне за новый передел мира[fff].

Империалисты, давно бы уже передрались между собой, если бы не коммунистические партии, ведущие решительную борьбу против империалистических войн, если бы не СССР, мирная политика которого является тяжёлой гирей на ногах у зачинщиков новой войны, если бы не боязнь ослабить друг друга и облегчить тем самым новый прорыв империалистического фронта.

Я думаю, что последнее обстоятельство, т.е. боязнь ослабить друг друга и облегчить тем самым новый прорыв империалистического фронта, – является одним из важных факторов, сдерживающих пока что тягу к взаимной драке.

Отсюда «естественное» стремление известных кругов империалистов отодвинуть назад противоречия в своём собственном лагере, замазать их временно, создать единый фронт империалистов и пойти походом против СССР, с тем, чтобы разрешить углубляющийся кризис капитализма хотя бы частично, хотя бы временно, за счет СССР.

Тот факт, что инициативу в этом деле, в деле создания единого фронта империалистов против СССР, взяли на себя английская буржуазия и её боевой штаб, партия консерваторов, – этот факт не должен представлять для нас чего‑либо неожиданного.

Английский капитализм всегда был, есть и будет наиболее злостным душителем народных революций. Начиная с великой французской буржуазной революции конца XVIII века и кончая происходящей ныне китайской революцией, английская буржуазия всегда стояла и продолжает стоять в первых рядах громителей освободительного движения человечества.

Советские люди никогда не забудут тех насилий, грабежей и военных вторжений, которым подверглась несколько лет назад наша страна по милости английских капиталистов. Что же тут удивительного, если английский капитал и его консервативная партия берутся вновь возглавить войну против мирового очага пролетарской революции, против СССР?

Но английская буржуазия не любит воевать своими собственными руками. Она всегда предпочитала вести войну чужими руками. И ей иногда действительно удавалось найти дураков, готовых таскать для неё из огня каштаны.

Так было дело во время великой французской буржуазной революции, когда английской буржуазии удалось создать союз европейских государств против революционной Франции.

Так было дело после Октябрьской революции в СССР, когда английская буржуазия, напав на СССР, попыталась создать «союз четырнадцати государств» и когда она, несмотря на это, была вышиблена вон из пределов СССР.

Так обстоит дело теперь в Китае, где английская буржуазия пытается создать единый фронт против китайской революции.

Вполне понятно, что партия консерваторов, готовясь к войне с СССР, вот уже несколько лет ведёт подготовительную работу по созданию против СССР «священного союза» больших и малых государств.

Если раньше, до последнего времени, эта подготовительная работа консерваторов велась более или менее прикрыто, то теперь, за последнее время, они перешли к «прямым действиям», нанося СССР открытые удары и пытаясь сколотить на глазах у всех пресловутый «священный союз».

 

Первый открытый удар был нанесен консервативным правительством Англии в Пекине при нападении на советское полпредство. Нападение это преследовало, по крайней мере, две цели. Оно должно было обнаружить «ужасные» документы «разрушительной» работы СССР, долженствующие создать атмосферу общего возмущения и почву для единого фронта против СССР. Оно должно было создать военный конфликт с пекинским правительством и втянуть СССР в войну с Китаем.

Удар этот сорвался, как известно.

Второй открытый удар был нанесён в Лондоне при нападении на Аркос и разрыве с СССР. Удар этот имел своей це







Последнее изменение этой страницы: 2017-01-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 100.26.176.182 (0.03 с.)