ТОП 10:

Стилевые и жанровые особенности научного стиля



Системность основного функционального стиля складывается из общеязыковых (нейтральных) элементов, элементов языково-стилистических (стилистически окрашенных вне контекста языковых единиц) и элементов речестилистических, которые в определенном контексте (ситуации) приобретают стилистические качества и/или участвуют в создании стилистического качества контекста, текста. В каждом основном стиле существуют свои принципы отбора этих элементов и их соотношение.

Научный стиль отличается рядом общих черт, обусловленных особенностями научного мышления, в том числе отвлеченностью и строгой логичностью изложения. Ему присущи и некоторые част­ные черты, упомянутые выше.

В каждом функциональном стиле действуют свои объектив­ные стилеобразующие факторы. Схематически их можно изобра­зить следующим образом.

Функцио­нальный стиль   Стилеобразующий фактор  
доминирую­щая языко­вая функ­ция форма об­ществен­ного созна­ния основная форма речи   типич­ный вид речи   преобладаю­щий способ общения тон речи  
научный   информа­тивная   наука   письмен­ная   монолог   массовый неконтактный и косвенно-контактный нейтраль­ный  
официаль­но-дело­вой   информа­тивная   правовое сознание   письмен­ная   монолог   массовый неконтакт­ный и кон­тактный нейтраль­ный, кон­статирую­щий, им­ператив­ный
публи­цистичес­кий   информа­тивная и функция воздействия   идеология и политика   письмен­ная и устная   монолог   массовый, контакт­ный и кос­венно-кон­тактный   обуслов­ленный эс­тетической задачей  
разговор­ный   обмен мне­ниями   обыденное сознание   устная   диалог, полилог   личный, контактный   обуслов­ленный ситуативно  

Каждый из функциональных стилей имеет к тому же свою цель, своего адресата, свои жанры. Основной целью научного стиля является сообщение объективной информации, доказательство ис­тинности научного знания.

Однако цели (а особенно их соотношение) в большей или мень­шей степени могут корректироваться в процессе создания текста. Например, вначале диссертация может быть задумана как сугубо теоретическое исследование, а в процессе работы (написания) от­кроются перспективы практического применения теории, и работа приобретает ярко выраженную практическую направленность. Воз­можна и противоположная ситуация.

Цели конкретизируются в задачах данного текста. Цели и си­туация определяют отбор материала, который используется на всем протяжении создания текста. Однако вначале этот процесс имеет количественный характер, а ближе к концу – качественный.

Адресатами произведений научного стиля преимущественно являются специалисты – читатели, подготовленные к восприятию научной информации.

В жанровом отношении научный стиль довольно разнообра­зен. Здесь можно выделить: статью, монографию, учебник, рецен­зию, обзор, аннотацию, научный комментарий текста, лекцию, до­клад на специальные темы, тезисы и др.

Однако при выделении речевых жанров научного стиля сле­дует обращать внимание на то, что в любом функционирующем языке существует своя иерархия стилистических систем – под­систем. Каждая низшая подсистема имеет в основе элементы сис­тем более высокого ранга, по-своему комбинирует их и дополняет новыми специфическими элементами. «Свои» и «чужие» элементы, в том числе и функциональные, она организует в новую, иногда качественно иную целостность, где они приобретают в той или иной степени новые свойства. Например, элементы научного и офици­ально-делового стилей, соединяясь, порождают научно-деловой под-стиль, который реализуется в разных жанрах, таких, например, как отчет о проведении научно-исследовательской работы, авторе­ферат диссертации и др.

Функционально-стилевую классификацию научного стиля речи можно представить следующим образом.

В каждой из этих жанровых подсистем предполагаются свои соотношения элементов собственно научного и других стилей и свои принципы организации речевого произведения. По мнению А. Н. Ва­сильевой, «модель этой организации формируется в речевом созна­нии (подсознании) человека в процессе речевой практики, а также часто и специального обучения» [1, 48]. Такому обучению в немалой степени способствует учебно-научная литература, которая, излагая в доступной форме основы той или иной науки, имеет свои особен­ности, отличающие ее от других видов научной литературы (про­блемной статьи, частной монографии, журнальной подборки). Ее ос­новные черты таковы: предметно-логическая последовательность и постепенно развертывающаяся манера изложения; «сжатая полно­та», которая выражается в том, что, с одной стороны, излагается только часть накопленной информации о предмете данной науки, а с другой – эта часть является базовой, и в ней предмет изложения характеризуется равномерно и разносторонне.

В научном стиле, как и в каждом функциональном стиле, су­ществуют свои определенные правила текстовой композиции. Текст воспринимается в основном от частного к общему, а создается от общего к частному.

Структура текста научного стиля обычно многомерная и много­уровневая. Однако это не означает, что все тексты имеют одинако­вую степень структурной сложности. Например, они могут быть абсолютно разными по чисто физической конструкции. Чтобы по­нять, о чем идет речь, достаточно сравнить научную монографию, статью и тезисы. При этом следует иметь в виду, что степень слож­ности не носит здесь абсолютного характера, ибо те же самые тези­сы трудно написать, не написав хотя бы чернового наброска, статьи и не рассмотрев его критически.

Каждый из жанров научного стиля имеет свои особенности и индивидуальные черты, но в связи с тем, что в одном учебном посо­бии трудно дать описание специфических черт всех жанров и ви­дов научного стиля, мы остановим .свое внимание на жанре науч­ных тезисов, который является одним из наиболее общеактуаль­ных жанров языка науки.

Тезисы могут писаться человеком для себя – в этом случае они не являются объектом данного рассмотрения, ибо к ним не предъ­являются строгие требования жанра и стиля. Предмет нашего ин­тереса – это тезисы, создаваемые для публикации. Именно они должны отвечать определенным нормативным требованиям, преж­де всего требованию содержательного соответствия заранее объяв­ленной проблемой теме. Не менее важен и фактор научно-инфор­мативной валентности, содержательной актуальности и ценности информации, оставляемой в рамках объявленной проблемной темы. Тезисы являются одним из наиболее устойчиво-нормативных жанров речевого произведения, поэтому нарушение жанровой опре­деленности, нормативности, чистоты, жанровые смешения оценива­ются в нем как грубые нарушения не только стилистических, а вооб­ще коммуникативных норм. Среди типичных нарушений, какими являются, например, подмена тезисов текстом сообщения, резюме, рефератом, аннотацией, проспектом, планом и т. д., наиболее неприятное впечатление производит смешение форм разных жанров. Такое смешение демонстрирует отсутствие научно-речевой культуры у автора и подвергает сомнению его научные данные в целом.

Тезисы имеют и строго нормативную содержательно-компози­ционную структуру. В ней выделяются: 1) преамбула; 2) основное тезисное положение; 3) заключительный тезис. Четкое логическое деление тезисного содержания подчеркивается рубрикацией, а в некоторых случаях – и выделением абзацев под одной рубрикой.

Тезисы имеют и свои строгие нормы речестилистического офор­мления, свойственные научному стилю в целом, но в данном кон­кретном случае действующие еще более жестко.

По мнению А. Н. Васильевой, общей нормой всякого научного стиля «является высокая насыщенность высказывания предметно-логическим содержанием» [1, 193]. Эта норма реализуется в тезис­ном произведении «в оптимальном преодолении противоречия между содержательной концентрацией и коммуникативной доступностью» [там же]. Следует подчеркнуть, что в тезисах указанное противоре­чие особенно трудноразрешимо вследствие чрезвычайной концент­рации предметно-логического содержания.

К тезисным произведениям предъявляются требования сти­листической чистоты и однородности речевой манеры. Здесь абсо­лютно недопустимы эмоционально-экспрессивные определения, метафоры, инверсии и другие иностилевые включения. Тезисы но­сят характер модального утверждающего суждения или умозаклю­чения, а не характер конкретно-фактологической констатации, по­этому здесь и требуется особенно внимательно следить за соблюде­нием определенной речевой формы.

Таким образом, на примере одного из конкретных жанров на­учного стиля мы убедились в жестком действии в данной функци­ональной сфере языка некоторых стилистических норм, наруше­ние которых вызывает сомнения в научно-речевой культуре авто­ра. Во избежание этого при создании произведений научного стиля необходимо неукоснительно следовать всем вышеназванным основ­ным требованиям жанра.

Контрольные вопросы

1. Какие общие черты отличают научный стиль?

2. Какие основные научные жанры вам известны?

3. Назовите основные стилеобразующие факторы, действую­щие в научном стиле.

4. Дайте функционально-стилевую классификацию научного стиля.

5. Каковы характерные особенности тезисного произведения?

6. Используя тексты хрестоматии, назовите характерные осо­бенности монографии и статьи.

Норма в терминологии

Термины являются смысловым ядром специального языка и передают основную содержательную информацию. В современном мире в результате роста научно-технических знаний свыше 90% новых слов, появляющихся в языках, составляют специальные сло­ва. Потребность в терминах гораздо выше, чем в общеупотреби­тельных словах. Рост числа терминов некоторых наук обгоняет рост числа общеупотребительных слов языка, и в некоторых науках число терминов превышает число неспециальных слов. Бурное образова­ние новых дисциплин (в среднем каждые 25 лет число их удваива­ется) влечет за собой их потребность в собственной терминологии, что приводит к стихийному возникновению терминологий. В усло­виях «терминологического потопа» перед специалистами встает се­рьезная проблема упорядочения всего массива терминологии. И в этом случае на первый план выдвигается такой важный аспект, как нормативность. Терминология, занимая в специальных языках центральное место, обладает определенной самостоятельностью формирования и развития. Отсюда неизбежно вытекает и некото­рая самостоятельность лингвистического критерия оценки терми­на, и в частности, нормативной его оценки.

Лингвистическая нормативность в общем виде – это пра­вильность образования и употребления термина. Процессы терминообразования и терминоупотребления – не стихийные, а со­знательные процессы, подконтрольные лингвистам и терминологам. Норма в терминологии должна не противоречить, а соответст­вовать нормам общелитературного языка, в то же время существу­ют и особые требования, которые предъявляются к термину. Во­прос этот имеет давнюю традицию. Нормативные требования к тер­мину впервые были сформулированы основоположником русской терминологической школы Д. С. Лотте. Это – системность терми­нологии, независимость термина от контекста, краткость термина, его абсолютная и относительная однозначность, простота и понят­ность, степень внедрения термина. В дальнейшем эти требования легли в основу методической работы над терминологией в Комите­те научно-технической терминологии Академии наук и были сведены воедино в «Кратком методическом пособии по разработке и упорядочению научно-технической терминологии». Остановимся подробнее на каждом из этих требований.

1. В требовании фиксированного содержания (одному знаку соответствует одно понятие) заключается положе­ние о том, что термин должен иметь ограниченное, четко фиксиро­ванное содержание в пределах определенной терминосистемы в конкретный период развития данной области знания (последнее уточнение представляется важным, так как с углублением знания содержание понятия может развиваться и с течением времени тот же термин может получить иное значение). Обычные слова уточня­ют свое значение, приобретают разные смысловые оттенки во фра­зеологическом контексте, в сочетании с другими словами. Контекст­ная же подвижность значения для термина совершенно недопусти­ма. Нужно подчеркнуть, что здесь содержится логическое требование к термину – постоянство его значения в рамках определенной терминосистемы.

2. Следующее требование – точность термина. Под точностью обычно понимается четкость, ограниченность значения. Эта четкость обусловлена тем, что специальное понятие, как пра­вило, имеет точные границы, обычно устанавливаемые с помощью определения – дефиниции термина. С точки зрения отражения содержания понятия точность термина означает, что в его дефини­ции есть необходимые и достаточные признаки обозначаемого по­нятия. Термин должен также (прямо или косвенно) отражать при­знаки, по которым можно отличить одно понятие от другого. Тер­мины обладают разной степенью точности. Наиболее точными (или правильно ориентирующими) представляются мотивированные тер­мины, в структуре которых особенно ярко переданы содержание понятия или его отличительные признаки, например: чувствитель­ная поверхность полупроводникового детектора ионизирующего излучения, сплошность внешней зоны диффузионного слоя. Значе­ние множества немотивированных терминов не выводится из зна­чения входящих в них терминоэлементов (соединение типа лас­точкин хвост). Сюда же относятся и ложномотивированные тер­мины типа атом или фамильные термины (термины-эпонимы). Последние имеют то положительное качество, что не вызывают никаких ассоциаций. Но здесь есть и отрицательный аспект: в боль­шинстве случаев фамильные термины не вызывают представлений и не отражают связи данного понятия с другими (многочлены Чебышева, кератопротез Федорова), поэтому освоить их чрезвычай­но трудно.

3. Требование однозначности термина. Термин не должен быть многозначным. Особенно неудобна в данном случае ка­тегориальная многозначность, когда в пределах одной терминосис­темы одна и та же форма используется для обозначения операции и ее результата: облицовка (конструкция) и облицовка (операция), гид­роизоляция (работа и конструкция); процесса и явления: обвал (в геологии), карст (там же); объекта и его описания: грамматика (строй языка) и грамматика (наука, описывающая этот строй). Упорядочи­вая терминологию, т. е. фиксируя значение каждого термина данной системы понятий, устанавливают однозначность термина.

4. Термин не должен иметь синонимов. Синонимы в терминологии имеют другую природу и выполняют иные функ­ции, чем в общелитературном языке. Под синонимией в терминоло­гии обычно понимают явление дублетности (офтальмолог – оку­лист, бремсберг – спуск, генитив – родительный падеж). Между дублетами нет тех отношений, которые организуют синонимичес­кий ряд, нет эмоционально-экспрессивных, стилистических или оттеночных оппозиций. Они тождественны между собой, каждый из них относится прямо к обозначаемому. И если в общелитератур­ном языке существование синонимов оправдано тем, что употреб­ление тех или иных из них влияет на содержание речи, или изменяет стилистическую окраску, или придает ей индивидуальный оттенок, то дублеты ни в общем языке, ни в языке науки этими свой­ствами не обладают и представляют собой явление нежелательное и даже вредное. Синонимия (дублетность) особенно характерна для на­чальных этапов формирования терминологий, когда еще не произо­шел естественный (и сознательный) отбор лучшего термина и имеется несколько вариантов для одного и того же понятия. Само понятие си­нонимии в терминологии до настоящего времени не может считаться общепринятым. Рассмотрим это явление более подробно: а) Синонимы, имеющие совершенно одинаковое значение (аб­солютные синонимы, или дублеты, типа языкознание – языковеде­ние – лингвистика) распространены широко. Оценка существова­ния этих дублетов определяется в каждом конкретном случае ус­ловиями функционирования терминосистемы. В частности, может быть допущено параллельное использование исконного и заимство­ванного термина, если один из них не способен образовывать про­изводные формы. Речь идет о деривационной способности термина, например: компрессия – компрессионный (при невозможности об­разовать прилагательное от термина давление), фрикция – фрик­ционный (трение), согласная – но: консонантное письмо. Сущест­вует стилистическая синонимия терминов (эпилепсия – падучая, негашеная известь – известь-кипелка). В этом случае один из дуб­летов относится к разговорному стилю или профессиональному жаргону, и вопрос о его устранении просто не стоит. Может отме­чаться наличие современного и устаревшего терминов: противообвальная галерея – полутуннелъ, летчик – авиатор, летун. Эти синонимы могут употребляться в произведениях разных: жанров (например, в художественной литературе). б) Частично совпадающие синонимы, варианты. Существует огромное количество частичных синонимов: инструкция – объяс­нение – руководство – наставление – указание – памятка, пру­жина – рессора, убежище – укрытие. Использование таких сино­нимов может привести к взаимному непониманию специалистов, и устранение их желательно при упорядочении терминологии. в) Что касается кратких форм терминов, то существование фонетических, графических, морфологических, словообразователь­ных, синтаксических и других вариантов терминов приводит к ко­лебаниям в их написании, порождает требование инвариантности терминов – неизменности их формы. Ср.: лимфангоит – лимфангиит – лимфангит (в медицине), граффитто – графитто – сграффитто (в архитектуре), дискета – дискетта (в информа­тике). Это затрудняет общение специалистов, и часто формальная разница приводит к семантической дифференциации, например: лесник – лесничий.

5. Термин должен быть систематичным. Систематич­ность терминологии базируется на классификации понятий, исходя из которой выделяются необходимые и достаточные признаки, вклю­чаемые в термин, после чего подбираются слова и их части (терминоэлементы) для образования термина. С систематичностью тер­мина тесно связана его мотивированность, т. е, семантическая про­зрачность, позволяющая составить представление о называемом термином понятии. Систематичность дает возможность отражения в структуре термина его определенного места в данной термино-системе, связи называемого понятия с другими, его отнесенности к определенной логической категории понятий. Например, в класси­ческом примере Д. С. Лотте: электронная лампа и ее виды – диод, триод, тетрод, пентод – важнейшим является общность при­знаков понятий (здесь – количество электродов в лампе: два, три, четыре, пять) одного классификационного уровня и связь с терми­ном, означающим родовое понятие. Систематичность требует и одно­типности терминоэлементов у однотипных терминов, например, один и тот же суффикс -ан используется в названиях жирных углеводо­родов метан, этан, пропан, и т. д., словообразующий элемент -он (-рон, -лон) – в названиях новых волокон и тканей: найлон, кап­рон, силон, орлон, перлон, дедерон, грилон, дакрон, велон, нитрон, фторлон и т. д. При сходстве признаков сходны и терминоэлементы: серный, сернистый, серноватистый.

Таким образом, признаки, которые кладутся в основу постро­ения терминов, отражающих видовые понятия, т. е. понятия, стоя­щие на одной классификационной ступени, должны быть одинако­вы. Однако в терминологии часто встречаются искажения данного принципа. Например, в терминах паровоз и тепловоз не учтено место этих понятий в классификации. Паровоз и тепловоз являются по­нятиями соподчиненными, находясь на одной ступени, тогда как в термине отражены признаки пар и тепло, которые между собой находятся в отношении подчинения (а не соподчинения!). Наруша­ется систематичность и в том случае, когда в основу терминов для видовых понятий положены признаки разного рода, классификационно не связанные: например, стыковая сварка (основной при­знак – машина, на которой эта сварка выполняется), роликовая сварка (одна из деталей этой машины – ролик) и точечная сварка (в качестве признака избран сам процесс). В данном случае терми­ны не отражают классификационной связи между понятиями, тог­да как в действительности эта связь существует. Термины свароч­ная горелка и резательная горелка удовлетворительны в отноше­нии систематичности, однако на практике их вытесняют менее сис­тематичные, но краткие термины: горелка и резак. Краткость здесь играет решающую роль.

Чем больше понятий охвачено данным классификационным рядом, тем большее значение приобретают систематизирующие свойства термина. Когда существовало ограниченное число метал­лов, было распространено значительное число их несистемных наз­ваний: железо, серебро, медь. Задача заменить эти веками сущест­вовавшие названия не ставится, но логическая системность в дан­ной терминосистеме теперь полностью соблюдена. Вновь открытые металлы имеют названия, в которых наличествует лингвистичес­кая системность: нептуний, плутоний, кюрий, бериллий и др.

Таким образом, несистематичными могут оказаться любые тер­мины, в основу которых положены признаки, находящиеся между собой в каких-либо иных отношениях, чем отношения признаков соответствующих этим терминам понятий. Поэтому о действитель­ных логических отношениях между понятиями невозможно судить на основе буквального смысла терминов, это можно сделать только на основе их определений.

6. Краткость термина. Термин должен быть кратким. Здесь можно отметить противоречие между стремлением к точнос­ти терминосистемы и – к краткости терминов. Для современной эпохи особенно характерно образование протяженных терминов, в которых стремятся передать большее число признаков обозначае­мых ими понятий. Намечается тенденция к усложнению структуры терминов-словосочетаний, появляются длинные, громоздкие назва­ния, приближающиеся к терминам-описаниям. Потребность в ус­ложненных конструкциях объясняется тем, что средствами раз­вернутого словосочетания передается большее число признаков специального понятия и тем самым увеличивается степень семан­тической мотивированности термина, что для него очень сущест­венно. Кроме того, в развернутых терминах возможно сочетание детализированного понятия с таким терминированным обозначени­ем деталей, которое делало бы это обозначение понятным вне кон­текста, т. е. было бы однозначным. Но оборотной стороной подобной однозначности оказывается громоздкость текста: оборудование гру­зовой кабины транспортного самолета для парашютного десан­тирования личного состава; синхронный режим работы управля­ющего устройства коммутационной техники связи с программ­ным управлением. Практика же сталкивается с необходимостью искать сокращенный вариант длинного неудобного наименования, что соответствует закону экономии языковых средств. И в этом случае принципиальное значение имеет вопрос о том, какое слово­сочетание можно считать кратким вариантом (по другим источни­кам – формой) термина. Краткий вариант – это сокращенный, но функционально равноценный, вторичный знак терминируе­мого понятия. Он всегда производится от семантической и знако­вой структуры основного термина. Краткий вариант не может быть произвольным, свободным, он должен сохранять в себе необходи­мые систематизирующие признаки, которые заключены в полном термине. Наиболее распространены три языковых способа образо­вания кратких вариантов:

1) Лексическое сокращение, которое осуществляется либо опу­щением слова в словосочетании (электровакуумированный ста­билитрон – стабилитрон, магнитный вариометр – вариометр), либо заменой словосочетания одним словом (эмиттерная область – эмиттер, паровое поле – пар).

2) Сокращение средствами словообразования. Аббревиации разного типа: электронно-лучевой прибор – ЭЛП, система управ­ления лучом фазированной антенной решетки – СУЛ, цифровая аппаратура передачи данных – цифровая АПД, микрофонно-телефонное устройство – УМТ, вакуумный герметизированный магнитоуправляемый контакт – вакуумный геркон; гомогенный переход – гомопереход, токоведущий провод щетки электричес­кой машины – токопровод; термины, созданные с помощью раз­ных словообразовательных способов: аффиксации, словосложения (основосложения), субстантивации, например: воздухоприемное уст­ройство – воздухоприемник, оросительное устройство кабины самолета – ороситель, абсорбционная колонна – абсорбер; рео-плетизмовазограф – реоплетизмограф – реограф; формовочный цех – формовочная.

3) Сокращение средствами символики (типичное явление в терминологии, присущее исключительно ей): дырочная область – р-областъ, область собственной электропроводимости – г-область, электронно-электронный переход – ПП+-переход.

В работах последних лет выделяют прагматические требова­ния, обусловленные спецификой функционирования термина, сре­ди которых можно назвать следующие: внедренность, современ­ность, интернациональность и благозвучность термина.

Внедренность термина характеризуется его общепринятостью, или употребительностью. Это качество играет важную роль, поскольку прочно укоренившийся термин, даже ложномотивированный, заменить очень трудно. В результате постепенной практичес­кой деятельности может произойти вытеснение неправильного тер­мина новым. Так, в научных текстах термин молниеотвод вытеснил ложномотивированный термин гролгоотвод. В ряде случаев ложномотивированный, но глубоко внедрившийся термин сохраняется, на­пример, для обозначения понятия бетонная конструкция со сталь­ной арматурой используется термин железобетон (железо тоже иногда используется в качестве арматуры). Поэтому предпринима­ются попытки ввести правильно ориентирующий термин сталебе­тон. Или другой пример: слово шов, имеющее в общелитературном языке лексическое значение «плотное соединение», в строительстве иногда используется в противоположном значении «разрез, щель», а одновременно и в прямом значении «бетонный шов».

Современность термина реализуется путем вытесне­ния из употребления устаревающих терминов, заменой их новыми, например, термина бетономешалка на бетоносмеситель термина скотник на оператор по откорму животных.

Потребности международного общения специалистов в связи с растущей тенденцией к интернационализации научных исследова­ний, увеличением обмена научной и технической информации от­ражаются в росте престижа интернациональности, или близости по форме и совпадения по содержанию, терминов, упот­ребляемых в нескольких национальных языках. Эта тенденция отражает необходимость примирить требование научной точности, с одной стороны, и практической краткости – с другой.

Благо звучность термина имеет два аспекта: удобство произношения и собственно благозвучие. Кроме того, термин не должен вызывать негативных ассоциаций вне узкоспециального употребления, что хорошо видно из сравнения следующих пар тер­минов: спаивание – пайка, половые работы – работы по устрой­ству пола, обезгаживание – дегазация, вшивость – педикулез, сви­ная рожа – эризипелоид. Помимо этого специфика некоторых об­ластей знания предъявляет дополнительные требования к терми­нам, например, желание не травмировать присутствующих боль­ных приводит к намеренной недоступности медицинской термино­логии и замене таких терминов, как рак другими, например новообразование.

Все эти нормативные предписания подразумевают «идеаль­ный» термин и, конечно, трудновыполнимы на практике. При стан­дартизации нормативность требований смягчается. Так, в качестве обязательных свойств термина выдвигаются однозначность, крат­кость и соответствие нормам и правилам русского языка. Осталь­ные требования к научно-техническому термину предлагается счи­тать факультативными.

Контрольные вопросы

1. Чем вызван постоянный рост количества терминов и почему их число обгоняет число общеупотребительных слов?

2. Перечислите основные требования, которым должен соот­ветствовать термин.

3. Каковы особенности синонимии в терминологии по сравне­нию с синонимией в общелитературном языке?

4. Почему именно в терминологии высок процент иностранных слов?

§ 26. Профессиональный вариант нормы

Ориентация на закономерности образования и употребления слов в общелитературном языке в целом не означает отсутствия самостоятельных тенденций в области терминообразования и терминоупотребления. Термины образуются по законам и способам словообразования литературного языка и в соответствии с имею­щимися в нем словообразовательными типами. Но терминология здесь имеет большую независимость, чем другие языковые уровни. Терминологические инновации проявляются в некотором расшире­нии словообразовательной базы для образования терминов, в более широком использовании интернациональных элементов. Можно выделить, например, такие языковые уровни, где разрешаются оп­ределенные отклонения от нормы, но при соблюдении общих прин­ципов и закономерностей, свойственных языку. В этом случае сама терминология в состоянии оказывать влияние на развитие норм общелитературного языка. Больше всего это характерно для терминологического словообразования. Здесь порой можно говорить даже о специфически терминологической норме, в то время как орфографические, орфоэпические, акцентуационные и граммати­ческие нормы в основном являются общелитературными. Появле­ние самостоятельных тенденций терминообразования, присущих только терминологии, привело к возникновению такого понятия, как профессиональный вариант нормы.

В профессиональном варианте нормы необходимо учитывать и то общее, что присуще языку науки (профессиональным языкам) и общелитературному языку, и то особенное, что существует в про­фессиональных языках, но отсутствует в общелитературном языке. Профессиональный вариант нормы отнюдь не противопоставлен нормам общелитературного языка, но для определения его лин­гвистического статуса следует выявить условия, при которых воз­можно его образование. Необходимость в профессиональном вари­анте нормы возникает главным образом в двух типичных случаях: 1) когда существуют вариантные средства выражения одного и того же понятия или реалии; 2) когда появляются новые средства выра­жения понятий или реалий, типичные для языка профессиональ­ных сфер употребления, но отсутствующие в общелитературном языке.

В первом случае вариантные формы выражения понятий рас­ходятся по разным сферам употребления: общелитературной и профессиональной. Например, формы мн. числа имен существитель­ных мужского рода на -а (ударное) очень часто непривычны для уха и глаза неспециалистов. Ср., например: цеха, бункера, стопора, колера, циркуля, юпитера (осветительные приборы), профиля (вер­тикальные разрезы, сечения), теста, торта, кекса (в речи кули­наров), бархата (в речи текстильщиков), привода (в технике), фа­кела (у нефтяников) и т. п. Встает вопрос о том, можно ли считать эти варианты допустимыми в пределах нормы или они являются ошибочными и на это необходимо обратить внимание специалистов. В данном случае перечисленные варианты вполне могут быть отне­сены к устной разновидности профессионального варианта нормы. Показательно, что в современных нормативных словарях-справоч­никах формы штурмана, шкипера, токаря, колера и подобные квалифицируются как факты терминологической речи или профес­сионального просторечия, а вовсе не как отклонения от нормы. Это положение подтверждает и официальная кодификация подобных форм в морской терминологии, где специальным циркуляром были узаконены многие из них: катера (не писать катеры), крейсера (не писать крейсеры), лоцмана (не писать лоцманы), мичмана (не пи­сать мичманы). В профессиональный вариант нормы входят и ак­центологические варианты слов: добыча, рудник (у горняков и шах­теров); компас (у моряков); прядильщица и мотальщица (в ткац­ком производстве); шестерня и искра (в технике); агония, эпилеп­сия, инсульт (в медицине) и др. Можно продолжить список типич­ных для терминологического словоупотребления профессиональных вариантов норм. Например, грамматические варианты: компонент – компонента, спазм–спазма и др. Употребление форм женского рода можно считать допустимым в пределах нормы.

При определении профессионального варианта нормы важно избежать впечатления, что всякое профессиональное отклонение от правил литературного языка может быть отнесено в разряд допустимых в специальных сферах и квалифицировано как про­фессиональный вариант. Иногда налицо прямая ошибка или откло­нения от нормы в терминологическом ударении, словообразовании или словоупотреблении. Например, стоящие за пределами как про­фессионального варианта нормы, так и литературной нормы вооб­ще ударения типа: созыв, призыв, изобретение, ходатайство, упрочение, сосредоточение и др.

Некоторые формы, будучи реализованы исключительно в уст­ной речи профессионалов, в неформальной обстановке квалифици­руются специалистами как профессионализма опечатка – ляп, синхрофазотрон – кастрюля, внутренние работы нулевого цик­ла – нуль, нулевка. Разновидностью профессионализмов являются профессиональные жаргонизмы: нутрянка – в строительстве: внутренние санитарно-технические системы; наводнение легко­го – в медицине: отек легкого при обтурационном ателектазе; играющая гармонь – разновидность сухого хрипа при бронхиаль­ной астме. И если часть профессионализмов вполне может иметь нормативный характер, то условность профессиональных жарго­низмов явно ощущается говорящими.

В пределах нормы в терминологии находится целый ряд форм, не свойственных общелитературному языку. Например, употребле­ние тавтологических словосочетаний типа одно-однозначное (соот­ношение), электронно-электронный (переход), адаптер канал-ка­нал не является нарушением словоупотребления в языке науки, а вполне оправдано, так как представляет собой прием, необходимый для отражения соответствующего понятия. В профессиональном употреблении допускается и наличие вещественных существитель­ных во мн. числе, когда требуется ввести обозначение, например, разновидностей, сорта вещества: корма, мраморы, сахара, спир­ты, смолы, чай, табаки. Могут употребляться во мн. числе и неко­торые отвлеченные существительные: вредности, звучности, не­однородности, светимости.

Приведем примеры специфически терминологических слово­образовательных элементов: а) высокопродуктивны в современном терминологическом сло­вообразовании существительные с нулевым суффиксом: сжим, об­жиг, взрез, выбег, дребезг, перегруз, расплав, унос и др.; б) характерно использование суффикса -ист(ый) в несвойст­венном для общелитературного языка дополнительном количест­венном значении: «обладающий большим количеством того, что на­звано производящей основой» (лесистый, каменистый), а, напротив, в значении: «содержащий в малом количестве определенную примесь» (песчанисто-алевритовая глина, хлорноватистый); в) активно пополняется группа существительных на -остпь от основ относительных (не качественных!) прилагательных. В этом случае изменение характера основы влечет за собой изменение производного слова, и значением имени на -остпь становится коли­чественный признак: озерностъ, водность, страничность, экземплярностъ.







Последнее изменение этой страницы: 2017-01-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.237.76.91 (0.016 с.)