ТОП 10:

Возникновение ранних государств в долине Нила (2-я пол. IV тыс. до н. э.)



Мощный скачок в развитии древнеегипетского общества происходит с началом второго додинастического периода (ок. XXXVI–XXXI вв. до н. э.; время археологических культур Герзе / Нагада II и Семайна / Нагада III). Поселения людей этого времени укрупняются, достигая уже размеров ранних городов (городища Иераконполя, современный Ком эль-Ахмар; Нагады – древний Коптос и др.). Погребения начинают различаться по богатству помещаемого в них инвентаря, что указывает на выделение в обществе имущественной элиты. На некоторых предметах можно обнаружить отдельные знаки, известные по более поздней древнеегипетской иероглифике, следовательно, внутренняя жизнь общества стала настолько сложна, что возникла необходимость фиксировать события с помощью письма.

Многие находки этого периода (цилиндрические печати, керамические сосуды с волнистыми ручками, изображения особого типа ладей) имеют столь четкие аналогии в археологических комплексах Азии, что некоторые исследователи склонялись к мысли о завоевании Египта вторгнувшимся с Востока более развитым народом (так называемой династической расой, якобы создавшей Египетское государство). В действительности эти аналогии объясняются сходной (конвергентной) эволюцией материальной культуры различных регионов, а также интенсивными торговыми контактами и обменом опытом между Египтом и Восточным Средиземноморьем (а через него – и более отдаленными странами), вызванными нехваткой в долине Нила многих необходимых материалов. Особенно ярким примером того, насколько далеко могли простираться торговые связи, служат обнаруженные в Египте предметы из лазурита, месторождения которого находятся на юге Средней Азии.

Характерные особенности памятников второго додинастического периода (размеры поселений, различия в качестве погребений, вероятное зарождение письменности) указывают на то, что уже к его началу египетское общество достигло уровня ранней государственности. На этом этапе возникает потребность в особой обширной прослойке людей, профессионально занятой делами управления. Как известно по примерам многих ранних обществ, первые государства – номы[14] были невелики по размерам и возникли из объединений общин, которые вели на компактной территории совместную хозяйственную деятельность и тяготели к общему культовому центру (одновременно – месту хранения общих запасов, размещения ремесленных мастерских, центру местной торговли). Такими центрами и стали крупные поселения второго додинастического периода. Потребность египетских общин в объединении (как и в других странах Востока с ирригационной экономикой) возникает особенно рано из-за необходимости совместной деятельности по созданию оросительных систем. Именно этой деятельностью начинает руководить возникающая государственная власть.

В историческое время Верхний Египет делился на 22, а Нижний – на 20 небольших провинций-номов (егип. сепат). Управителей таких провинций, нередко передававших свои полномочия по наследству, исследователи обозначают греческим термином «номарх». Каждый ном был самодостаточен в хозяйственном отношении, имел собственную систему культов и при ослаблении центральной власти мог стать самостоятельным. Считается, что номы исторического времени восходят к древнейшим государствам второго додинастического периода. Вряд ли это может быть иначе, тем более что священные символы номов («штандарты») встречаются в изображениях на памятниках конца этого периода. Однако из-за отсутствия современных ему или хотя бы поздних письменных источников или преданий никаких более подробных сведений о внутреннем устройстве и истории номовых государств Египта (в отличие, к примеру, от Месопотамии) у нас нет.

Долгое время считалось, что в результате войн между номовыми государствами долины и Дельты Нила на протяжении второго додинастического периода образовались два крупных государства – Верхнеегипетское, со столицей в Иераконполе (егип. Нехен), и Нижнеегипетское, со столицей в Буто (егип. Пе-Деп, вероятно, современный Телль эль-Фараин[15]).

Оба этих города уже в историческое время считались древнейшими религиозными центрами. Ранее предполагалось, что к концу IV тыс. до н. э. верхнеегипетские цари завоевали Дельту Нила и объединили страну. Однако новые археологические исследования показали, что путь к объединению Египта был более сложным.

По-видимому, ко 2-й половине IV тыс. до н. э. в Верхнем Египте было несколько сравнительно крупных, состоявших из более чем одного нома, государств. Примерно к XXXIII в. до н. э. сильнейшими из них и поглотившими остальные оказались царства с центрами в городах Тинис (центральная и средняя части Верхнего Египта), Иераконполь (юг Верхнего Египта) и Нагада (район будущих городов Коптос и Омбос). Правители Тиниса принимали имена, связывавшие их с почитавшимся в образе сокола и олицетворявшим небо и солнечный диск богом Хором, и погребались вблизи будущего важного религиозного центра – города Абидос. В Иераконполе также был распространен культ Хора, а правители носили белую корону бутылкообразной формы и помещали рядом со своими изображениями знак розетки. В Нагаде чтился бог Сет – мифологический противник Хора, а в комплексах Нагады второго додинастического периода найдено древнейшее изображение красной короны в форме плетеной корзинки, в дальнейшем – парной белой короны.

Иераконпольское царство старалось подчинить себе граничившие с ним с юга области Нубии, а Тинисское – области Нижнего Египта. При этом они поддерживали между собой более тесные связи, чем с разделявшим их государством Нагада, по всей видимости, в обход него, по караванным путям за пределами долины Нила.

Какие государства существовали в это время в Нижнем Египте, трудно сказать из-за скудости археологических данных. Вероятно, интерес для верхнеегипетских правителей представляли прежде всего области вдоль двух основных русел Дельты, дававшие выход к морским торговым путям Средиземноморья (центром одной из этих областей на западе Дельты действительно мог быть Буто). Высказывалось предположение, что если условия Верхнего Египта, с узостью на всем его протяжении речной долины и высокой взаимозависимостью ирригационных систем отдельных номов, а затем и их союзов, с самого начала порождали авторитарную власть правителей и высокие темпы объединения всего региона, то в Нижнем Египте, децентрализованном благодаря наличию нескольких рукавов Нила, в додинастическое время так и не сложилось ни сильной царской власти, ни единого государства.

Правителей Тиниса и Иераконполя, известных по ряду памятников того времени, современные исследователи условно объединяют в «0-ю» династию. Имена этих правителей связаны с Хором и, судя по всему, означали, что цари – земные проявления этого бога, и при этом нередко представляли собой обозначение какого-нибудь свирепого животного или агрессивный эпитет. На памятниках их изображали одерживающими или празднующими военные победы либо совершающими важные ритуалы. Например, на навершии булавы иераконпольского царя по имени Скорпион он изображен прокладывающим первую борозду в начале сельскохозяйственных работ. Постепенно сцены военного триумфа правителей вытесняют распространенные ранее сюжеты коллективной охоты или сражений с участием целого войска.

По совокупности этих признаков можно судить, что цари конца второго додинастического периода в Египте – это правители-военачальники, не испытывающие никаких ограничений своей власти со стороны общинных и номовых органов управления – советов старейшин и собраний полноправных общинников-воинов. По общим закономерностям развития номовых государств на заре их существования власть в них должна была принадлежать как раз таким учреждениям. Однако в Верхнем Египте вследствие интенсивности его политического развития и объединения этот начальный этап очень быстро сменился единоличной властью подчинивших себе номовые органы власти военачальников. Эти правители приобрели, помимо военных полномочий, также и функции верховных жрецов – вершителей ритуала и руководителей государственно-храмовых хозяйств, управляющих экономической жизнью своих государств. Свою власть они передавали по наследству, а ее связь с ритуалом, посредством которого устанавливался жизненно необходимый контакт с богами (в рассматриваемую эпоху это качество правителей обозначалось их Хоровыми именами), привела к ее сакрализации и зарождению царского культа.

Именно отношение к культу, связанному с Хором, стало, похоже, важнейшим критерием для выделения в структуре общества объединяющегося Египта нескольких социальных слоев. В более позднее время в памятниках и текстах религиозного характера встречаются термины «пат» («знать» с оттенком привилегированного положения в религиозной сфере), «рехит» («народ» – слово, передававшееся на письме характерным изображением птицы с переломанными крыльями, что символизировало ущемленность этой категории в культовом отношении) и «хенмемет» («солнечный народ» – в мифологических текстах спутники бога солнца в его ладье, совершающей плавание по небу).

Слово «пат» является составной частью слова «репат» или «ирипат» (букв. «уста знати» либо «относящийся к знати») – по сути дела, единственного египетского термина власти, который предполагает, что она не принадлежит правителю неотъемлемо, а предоставлена ему какой-то группой людей. Возможно, первоначально термин «пат» должен был обозначать полноправное свободное население (по аналогии с другими ранними обществами, очевидно, общинников) государства, которое под знаменем своего исконного культа бога Хора вело успешные завоевания и в итоге объединило страну (т. е. Тинисского царства). Словом «рехит», вероятно, называли обитателей присоединяемых к нему областей, по крайней мере на первых порах не получавших равноправия с его первоначальными подданными (прежде всего доступа к чужим для них египетским культам).

Термин «хенмемет», согласно истолкованию отечественного египтолога XX в. О. Д. Берлева, относился к дружинникам – реальному окружению царя, сопровождавшему его подобно мифологическим спутникам солнца (в IV – начале III тыс. до н. э. бога Хора, изображавшегося, кстати, и в виде плывущего в ладье по небу сокола), т. е. людям, которые были связаны с государством и его культами через правителя независимо от их исконной принадлежности к пат или рехит.

Заметим, что подобная структура общества, переживающего пору становления государственности, характерна не только для Египта – не случайно первые интерпретаторы терминов «пат» и «рехит» сразу вспомнили о терминах ранней Римской республики «патриции» и «плебеи».

Более поздняя мифологическая традиция о борьбе Хора и Сета и победе первого, совмещение в символах власти царей единого Египта белой и красной корон, притом что «первенство» в этом едином венце явно отдавалось белой, наводят на мысль о противостоянии союза Тиниса и Иераконполя с Нагадой, окончившемся ее поражением. Уже в изображениях на навершии булавы царя Скорпиона присутствуют символы власти и Иераконполя, и Нагады. По-видимому, следующим этапом стало объединение Тиниса и Иераконполя и образование прочного единого государства в границах всего Верхнего Египта. Это должно было произойти около XXXI в. до н. э. при тинисском царе Нармере («Свирепый Сом»), который объединяет в изображениях на своих памятниках символы власти уже всех прежних верхнеегипетских государств. После этого Нармер мог с новыми силами приступить к завоеванию Дельты и лежащих к западу от нее ливийских областей. Об этом рассказывают триумфальные сцены и пиктографические записи его знаменитой монументальной палетки.







Последнее изменение этой страницы: 2017-01-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.234.214.113 (0.005 с.)