ТОП 10:

Неореализм и идеализм: тенденция к синтезу



 

На базе критики неореализма новый импульс получило либеральное направление политической мысли. Относительно однородное в прошлом из‑за наличия советского фактора, сегодня оно оказалось раздробленным на несколько течений – либеральный интернационализм, либерал‑реализм и конструктивизм.

Главные наследники традиционных идеалистов – либеральные – интернационалисты(А.‑М. Слотер, Э. Муравчик, С. Коэн) – указывают на приоритет либеральных ценностей и международного права как основы формирования мирового порядка. В их работах обосновывается идея создания наиболее мощными державами демократического фронта с целью всестороннего укрепления правовой основы международных отношений.

Либеральные интернационалисты – одни из немногих, кто утверждает, что США лишились права считать себя моральным лидером современного мира и своими действиями наносят урон международному праву. На фоне глобального финансового и экономического кризиса прогнозируем рост популярности этого течения.

Либералы‑реалисты(бывшие конгрессмены Г. Харт и С. Нанн, известный политолог Р. Легволд) основными способами достижения внешнеполитических целей считают прагматический подход и умение договариваться даже с «неудобными» партнерами. Их мировоззрение наиболее близко мировоззрению президента США Б. Обамы.

Социальный конструктивизм(основатель – А. Вендт) включает следующие положения:

• действия международных акторов наряду с интересами определяются институтами, которые трансформируют эти интересы;

• одной из важнейших детерминант поведения государств является социокультурный контекст;

• внешнеполитический курс в значительной степени определяется фактором национальной идентичности, корреспондирующим с национальным интересом;

• обеспечение стабильности в международных отношениях возможно благодаря распространению соответствующих ценностей и идей. Значительное внимание разработке идей международной кооперации и взаимопонимания между народами в условиях развивающейся глобализации уделяют эксперты американского Фонда Карнеги за международный мир. Этот фонд, имеющий филиалы в ряде стран, включая Россию, ставит задачей содействие укреплению международной безопасности и стабильности. Результаты исследований и рекомендации Фонда Карнеги нередко противоположны разработкам консервативных «мозговых центров».

В 1960‑1980‑х гг. на фоне полемики об основных направлениях международно‑политической науки развернулась дискуссия модернистови традиционалистов, пытавшихся доказать превосходство своих представлений о международных отношениях, о методологии и методах их исследования. Ее участниками были преимущественно политологи реалистического направления.

Модернисты(Мортон Каплан, Герман Кан, Джеймс Коллинз и др.) рассматривали национальные государства как самостоятельные властные системы и основное внимание уделяли моделированию их действий на международной арене. В их работах значительное место занимали исследование процедур и механизмов принятия внешнеполитических решений, анализ поведения правящих элит и правительств в реализации внешнеполитического курса, прогнозирование международных процессов и пр. Исследования модернистов основывались преимущественно на методах, заимствованных из естественных наук.

Сложившийся в 1980‑х гг. постмодернизм(Джеймс Дер‑Дериан, Роберт Кокс и др.) исходил из идеи об исчерпании возможностей мировой политической системы, опирающейся на суверенные нации‑государства и образованные ими институты. Согласно постмодернизму, на смену этой системе идет информатизированный миропорядок, основывающийся на множественных взаимодействиях правительственных и неправительственных ассоциаций, движений наднационального уровня. Формирующаяся новая структура мира нуждается в соответствующих технологиях международных отношений.

В свою очередь, традиционалисты(большинство ученых‑между‑народников) акцентировали внимание на роли и значимости таких детерминант внешней политики, как массовые и групповые ценности конкретных государств, стереотипы мышления разных слоев населения, особенности поведения политиков и т. д. Для исследований они использовали традиционные методы – историко‑описательный и интуитивно‑логический.

В условиях становления полицентрического мироустройства набирает силу тенденция к синтезу противоположных до недавнего времени направлений международно‑политической теории – реализма (с его акцентом на силе и проблемах безопасности) и идеализма (с его акцентом на этических основаниях политики). Проявление этой тенденции – концепция «гуманитарного вмешательства», согласно которой для защиты прав и свобод человека возможно использование принудительных мер против недемократических режимов, включая вооруженную интервенцию и глобальные экономические санкции. Такая позиция основывается на том обстоятельстве, что основные принципы международного права – нерушимость государственных границ и обеспечение прав человека – все чаще вступают в противоречие друг с другом.

Концепция «гуманитарного вмешательства» была реализована странами Запада в Боснии (1996) и Косово (1999). В рамках провозглашенной Соединенными Штатами стратегии глобального лидерства гуманитарный интервенционизм может стать важнейшим инструментом реализации геополитических и геоэкономических интересов сверхдержавы, формирования благоприятных для нее военно‑политических балансов и укрепления позиций на международной арене.

С учетом реалий последних десятилетий можно утверждать, что мировая политика находится на таком переходном этапе, когда завершается чередование периодов доминирования идеализма и реализма и на авансцену выходит сложное сочетание элементов обоих направлений, в рамках которого будут совмещаться акцент на силе и безопасности с проблематикой морали и прав человека.

Видное место в идейном арсенале политической элиты США занимает концепция «умной силы» (smart power), над созданием которой работала двухпартийная комиссия «Армитиджа‑Ная». Создатели концепции определяют «умную силу» как разумное сочетание «мягкой» и «жесткой силы», исходят из признания необходимости решать актуальные проблемы в режиме диалога с мировым сообществом, руководствуясь прагматизмом, а не идеологемами.

Стремительное и кардинальное изменение мира нередко вынуждает политическое руководство действовать наугад, не опираясь на научный анализ происходящих сдвигов и прогноз их последствий. Основные направления внешнеполитической мысли не всегда способны предложить адекватное видение как нынешних, так и будущих мировых процессов.

 

Марксизм и неомарксизм

 

Классический марксизмисходил из неизбежности классовой борьбы и революции с целью ликвидации господства капитала, утверждения социальной справедливости во всемирном масштабе. Победа пролетариата должна превратить человечество в единую общность без классовых различий и национальных границ, обеспечив тем самым возможность искоренения войн, достижения вечного мира. Марксистское понимание проблем мировой политики и международных отношений основывалось на экономическом детерминизме, согласно которому формирование мирового рынка определяет глобальный характер социального конфликта и последующих изменений в системе международных отношений.

Ленинизм как радикальная версия марксизма исходил из идеи о разновременности перехода различных стран к социализму и неизбежности длительного периода соперничества двух мировых систем, которое может принимать характер военных столкновений. По мысли В. И. Ленина, достижения и опыт социализма в экономической, социальной и культурной сферах, проводимая им «политика мирного сосуществования» стимулируют всемирный процесс становления коммунистической цивилизации.

В методологическом плане позиция В. И. Ленина по проблеме мирного сосуществования базировалась на формационном подходе к истории с характерным для него упрощенным представлением об однолинейности процесса смены общественных формаций как результата взаимодействия производительных сил и производственных отношений. Вплоть до второй половины 1980‑х гг. этот подход при всех модификациях оставался доминантой советской внешней политики.

В отличие от теоретических школ политического реализма и идеализма приверженцы марксистской парадигмыв теории международных отношений считают, что эти отношения имеют прежде всего эксплуататорский характер и должны быть преобразованы на основе норм нравственности и справедливости. Предпочтение, которое сторонники различных версий марксизма отдают экономическим аспектам международных процессов, сближает их взгляды с неолиберальной теорией комплексной взаимозависимости.

Заметный вклад в исследование международных отношений второй половины XX в. внес неомарксизм, распространившийся в 1950‑1960‑х гг. в значительной степени из‑за разочарования в опыте «реального социализма». В работах неомарксистов ключевым элементом международной системы (согласно их терминологии, «мир‑системы») выступают отношения собственности.

Наиболее известные представители этого направления – Иммануил Валлерстайн, Андре Франк, Самир Амин – разрабатывают проблематику экономического неравенства и зависимости в современном мире, социальной дифференциации населения, прежде всего по оси «богатый Север – бедный Юг». Расслоение мирового сообщества на три части – процветающий центр («ядро»), архаичную периферию и полупериферию, – по их мнению, служит главной причиной нестабильности в международных отношениях и источником потенциальных конфликтов. Преодоление этой системы неравенства зависит, прежде всего, от готовности и способности народов периферии консолидировать свои усилия для борьбы против монополий центра за социальную справедливость и перераспределение богатства.

Россия рассматривается И. Валлерстайном как полупериферийное государство, которое, несмотря на все попытки его реформировать, не сумело войти в состав ядра «мир‑системы», но избежало участи периферийных стран, ставших колониальными придатками наиболее развитых государств. По его мнению, с геополитическим положением и военной мощью России не смогут не считаться другие государства.

Будущее человечества видится И. Валлерстайну в алармистском духе – как возможность прямых нападений государств маргинализированного Юга на страны «богатого» Севера, ведение захватнических войн с применением ядерного оружия между государствами Юга, нестабильность внутри ядра «мир‑системы». Главной же угрозой ядру «мир‑системы» И. Валлерстайн считает массовые миграции населения Юга на Север, которые приведут к разнообразным деструктивным последствиям.

Очевидный недостаток миросистемного подхода – упрощенная интерпретация современных геополитических реалий лишь по оси «богатство‑бедность». Не принимается во внимание культурно‑цивилизационное многообразие человечества.

Версиями неомарксизма являются «теория зависимости» (Р. Пребиш) и теория «структурного неравенства» (И. Галтунг). Согласно первой из них, благополучие экономически развитых стран основано на эксплуатации ресурсов отсталых стран и неэквивалентном обмене между богатыми и бедными государствами. Теория «структурного неравенства» усматривает причины межнациональных конфликтов в неравном положении одних и тех же государств в различных типах международных структур (экономической, политической, военной и т. п.).

Для наглядности сведем все вышеперечисленные теории в таблицы (см. табл. 23.1 и 23.2).

Таблица 23.1. Позиции реализма, либерализма и марксизма в теории международных отношений и содержание полемики между ними

 

 

Таблица 23.2. Позиции неореализма, неолиберализма и неомарксизма в теории международных отношений и содержание полемики между ними

 

 

Источник: Цыганков П. А. Теория международных отношений. М.: Гардарики, 2006. С. 116, 155

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-27; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.234.254.115 (0.007 с.)