ТОП 10:

Я ВОЗВРАЩАЮСЬ В ЧЬЯПАС; РОЖДЕСТВО В ГРАНЬЯ-МАНАНЕ; ПРЕДЛОЖЕНИЕ, КАК ВТОРАЯ ХУДШАЯ ВЕЩЬ, КОГДА-ЛИБО ПРОИЗОШЕДШАЯ СО МНОЙ НА ПОЛЕ КАКАО



Год прошел быстро, безболезненно и без слез, крови, трагедии, ожидаемых мною от этой жизни. Худшее, что можно сказать об 2085 годе, так это то, что после работы я с ног валилась от усталости. (А ошибка встречаться с Тео – самое худшее, что я не желала признать касательно своих поступков в этом году.) В последнюю неделю декабря я оставила свой клуб в умелых руках моего персонала и вместе с Тео и Нетти на борту самолета отправилась в штат Чьяпас.

Первый раз я отправилась в Мексику усатым пассажиром под вымышленным именем на грузовом судне. Излишне говорить, что на этот раз путешествие было мягче. Долгие годы я мечтала съездить в Чьяпас с Нетти. Забавно было увидеть его ее глазами. Она отметила чистый воздух и лазурные небеса, цветы сюрреалистических форм и цветов, открытые, не запрещенные шоколадные магазины. Было приятно представлять ее семье Тео: его матери Лиз, сестре Луне, брату Кастильо, священнику и, конечно, его двум бабулям. (Другая сестра, Изабель, проводила праздники в Мехико.) Единственная печаль была в том, что старшая из двух бабуль, его прабабушка, не смогла покинуть свою комнату. Ей было девяносто семь лет, и они думали, что долго она не протянет.

Когда я приехала, Луна миновала брата, чтобы обнять меня

— Почему ты так долго не приезжала в гости? — спросила она. — Мы соскучились по тебе.

— Привет, Луна, — сказал Тео. — Кстати, твой обожаемый брат тоже здесь.

Луна проигнорировала его.

— А это, должно быть, Нетти? Умница, да?

— В большинстве своем, — ответила Нетти.

Луна заговорщически шепнула моей сестре:

— Я тоже самая умная в своей семье. Это страшное бремя, разве нет? — Луна повернулась к брату и ко мне. — Мило с вашей стороны явиться после большого урожая какао. Мне могла бы понадобиться ваша помощь неделю назад.

Мы с Нетти поставили багаж в нашу комнату, и тут мне передали, что прабабушка хочет увидеть меня. Я переоделась в платье и пошла в ее комнату, где рядом с ней уже находился Тео.

— Агх-агх, — произнесла она скрипучим голосом. Затем она сказала что-то по-испански, что я не смогла понять. Мой испанский ухудшился. Она пригрозила мне сморщенным пальцем, взглядом прося у Тео помощи.

— Она говорит, что счастлива видеть тебя, — перевел Тео. — Что ты выглядишь очень хорошо, не слишком толстая и не слишком худая. Ей грустно, что тебе потребовалось так много времени, чтобы вернуться на ферму. Она вновь передает, что сожалеет о том, что произошло по вине Софии Биттер. Она... Бабушка, я не буду этого говорить!

— Что? — спросила я.

Тео с прабабушкой обменялись парой фраз.

— Хорошо. Она говорит, что мы оба примерные католические дети, и ей не нравится, что мы живем во грехе. И Богу тоже это не нравится. — Щеки Тео горели, как красная, переспелая клубника.

— Скажи ей, что она неправильно понимает, — сказала я. — Что мы с тобой только друзья. Скажи ей, что у нас очень большая квартира.

Тео покачал головой и вышел из комнаты. Я взяла руку бабушки.

— Он только мой друг. Мы не грешим. — Я понимала, что это не совсем правда, но ложь была бальзамом на душу, а также хотелось сделать приятное старушке, чтобы той полегчало.

Прабабушка покачала головой.

— El te ama* (исп. «Он любит тебя»), агх-агх. El te ama. — Она протянула руку к сердцу, а затем указала на дверь, куда только что вышел Тео.

Я поцеловала ее в морщинистую щеку и притворилась, что не поняла ничего из того, что она сказала.

 

***

Я была слишком обеспокоена, чтобы по-настоящему оценить последнее Рождество в Гранье. Тогда я находилась в бегах и рвалась к тем, кого любила. Но в это Рождество вместе с Нетти меня особо ничего не беспокоило, и я позволила себе выпить с семьей Тео.

Утром мы обменялись памятными подарками. Мы с Нетти привезли шелковые шарфы для женщин Маркес. Для Тео я купила новый кожаный чемодан, который отдала ему перед отъездом. Он часто путешествовал по делам «Темной Комнаты», и я подумала, что он ему будет полезен. Мне Тео подарил ножны для мачете с выжженным именем АНЯ БАРНУМ, моим старым псевдонимном.

— Смешно каждый раз видеть, как ты вытаскиваешь мачете из рюкзака, — сказал он.

На рождественский ужин было моле из индейки и торт «Три молока». Нетти столько съела, что уснула – сиеста была священной традицией в Гранье. Пока моя сестра дремала, Тео спросил, не хочу ли я прогуляться по плантации какао.

Последний раз, когда мы с Тео гуляли по этим полям, на нас напал убийца, пришедший по мою душу. (Как бы абсурдно это не звучало, такой инцидент имел место быть в моей жизни.) Тео был серьезно ранен, я отрубила чью-то руку. И два года спустя я помню ощущение прохождения лезвия через плоть и кости.

Все-таки у меня с плантацией были не только плохие ассоциации. Тут Тео научил меня всему, что я знаю о какао. Не приехав сюда, я никогда бы не открыла «Темную Комнату».

Я увидела какао-бобы с признаками гнили. По привычке вытащила мачете и срубила их.

— Ты не потеряла свою хватку, — отметил Тео.

— Думаю, нет. — Я вложила в ножны мой мачете.

— Я заточу его перед отъездом, — сказал Тео. Он переплел пальцы с моими, и дальше мы пошли молча. Близился закат, но я была рада находиться на улице и ощутить кожей последние лучи теплого мексиканского солнца.

— Ты рада, что приехала сюда? — спросил Тео.

— Ага. Спасибо, что осуществил это. Мне надо было выбраться из города.

— Я знаю, Аня, — сказал он. — Я знаю тебя лучше, чем ты себя.

Мы прошли немного дальше, постоянно останавливаясь и ухаживая за какао. Когда мы подошли к концу поля, Тео остановился.

— Нам следует повернуть обратно, — сказала я.

— Не могу. Я должен сказать. — Но тут он умолк.

— В чем дело, Тео? Давай уже. Мне холодно. — В декабре мексиканская погода резко меняется от комфортной до холодной. Он схватил меня за кожаный ремень, где были пристегнуты к талии мои новые ножны с мачете и расстегнул пряжку.

— Что ты делаешь? — спросила я.

Он вынул мой мачете из ножен.

— Убери руки от моего мачете, — я шутливо шлепнула его по запястью.

— Протяни руку, — сказал он.

Он повернул ножны и маленькое колечко — серебряный ободочек с белым жемчугом — выпало из ножен на мою ладонь.

— Ты не достаточно хорошо посмотрела.

Меня как мешком ударили. Я искренне надеялась, что это не то, на что похоже.

— Тео, что это?

Он схватил меня за руку и заставил надеть колечко на руку.

— Я люблю тебя, Аня.

— Нет, ты не можешь! Ты считаешь меня уродиной. Мы постоянно ругаемся. Ты меня не любишь.

— Я дразню тебя, дразню. Ты знаешь, что это так. Я люблю тебя. Я никогда не встречал человека, которого люблю так же, как тебя.

Я начала пятиться от него.

— Я думаю, нам следует пожениться. Мы одинаковые, бабуля права. Неправильно проводить нашу жизнь вместе, как прошлый год, не женясь.

— Тео, мы не можем пожениться только потому, что оскорбили твою прабабушку.

— Это не единственная причина. И ты это знаешь. Я люблю тебя. Моя семья очень любит тебя. И никто, никогда не будет иметь больше общего с тобой, чем я.

— Но Тео, я не люблю тебя. Я никогда не утверждала этого.

— Какое это имеет значение? Ты лжешь себе о любви. Я знаю тебя, Аня. Ты боишься, что попадешь под ее влияние или тебе будет больно. Так ты убеждаешь себя, что ты не любишь. Ты боишься счастья, поэтому уничтожаешь и досаждаешь ему каждый раз, когда оно приходит. — Он взял меня за руку. — Разве мы не были счастливы последний год?

— Да, но...

— Есть кто-то, кого ты предпочтешь мне?

— Нет, Тео, нет никого.

— Конечно, нет. Так выходи за меня замуж, Аня. Отдайся счастью. — Он обнял меня.

— Тео, — сказала я, — Я не хочу выходить замуж за тебя. Я не хочу выходить замуж ни за кого. Посмотри на моих родителей. Посмотри на родителей Вина.

— Мы не будем им уподобляться. Я вижу тебя старушкой и себя старичком. Мы готовим и дразним друг друга весь день. И мы счастливы, Аня. Клянусь тебе, мы счастливы.

Он меня не слушал. Я не знала, как заставить его понять. Я чувствовала себя пойманной в ловушку, обманутой и одураченной им. Но и потерять маленького изменника мне не хотелось. Я взглянула на него. Да что со мной не так, почему этого красивого, забавного парня мне не было достаточно?

— Тео, давайте подождем.

— Ты имеешь в виду с помолвкой перед свадьбой?

— Я еще очень молода. Мне надо время подумать.

— Ты не молода, — сказал он. — Ты никогда не была молодой. Ты родилась старой и познала собственный ум давно, с тех пор как я знаю тебя.

— Тео, даже если бы я действительно любила тебя, я не верю, что любовь – это достаточная причина, чтобы пожениться.

Тео рассмеялся.

— Тогда что достаточная причина? Скажи мне.

Я пыталась придумать одну.

— Я не знаю. — Кольцо жало, палец заныл. Когда я сняла его, оно выскользнуло из моих рук и упало где-то в посадки в грязь. Я упала на колени и, разыскивая его, разгребла почву.

— Тео, прости меня. Кажется, я потеряла твое кольцо!

— Успокойся, — сказал он. — Я его вижу. — У него было острое зрение после стольких лет выращивания какао. Спустя секунду он отыскал кольцо.

— Не трудно найти жемчужину в грязи, — сказал он.

Он попытался вернуть его, но я не приняла его на этот раз. Я держала кулаки сжатыми.

— Тео, пожалуйста, — сказала я. — Я умоляю тебя. Спроси меня в другой раз.

— Признай, что любишь меня. Я знаю, ты любишь меня.

— Тео, я не люблю тебя.

— Тогда, что мы делали весь прошедший год?

— Я не знаю, — сказала я. — Это была ужасная ошибка. Ты мне очень нравишься. Мне нравится тебя целовать, но я не могу быть более благодарной тебе. И я знаю, что я не люблю тебя.

— Как ты можешь знать?

— Потому что я... я была влюблена. И не чувствую к тебе подобного.

— Ты имеешь в виду Вина? Почему тогда ты все еще не с ним, если так сильно любишь?

— Я хотела бы чего-то другого, Тео. Некоторым девушкам достаточно любви, но недостаточно для меня.

— Ты бросила Вина, а мальчик клялся тебе в любви, потому что, как ты говоришь, любовь – это не достаточная причина. У тебя есть дружба, работа, а также развлечения со мной, но этого же тебе не хватает. Любви ты не хочешь. Тогда чего? Тебе не приходило в голову, что ничто и никогда не удовлетворит тебя?

— Тео, мне всего девятнадцать. Я не знаю, чего я хочу.

Тео опустил кольцо на ладонь и мгновение созерцал его.

— Может, нам расстаться? Ты этого хочешь?

— Нет. Я говорю... я говорю, что я не могу выйти за тебя прямо сейчас. Вот и все. — Он слаб и эгоистичен, но мне не хотелось его потерять. — Давай забудем, что это вообще случилось. Давай вернемся в Нью-Йорк и к прежним отношениям.

Тео долго смотрел на меня, а затем кивнул и положил кольцо в карман.

— Однажды, Аня, ты будешь старой, такой же старой, как твоя бабушка и как моя бабуля. Ты будешь больна и тебе нужно будет положиться на кого-то кроме себя. Тогда-то ты почувствуешь сожаление о том, что послала подальше всех, кто пытался любить тебя. — Он протянул мне руку и помог подняться с земли. Я отряхнула платье от грязи, однако влажную почву так просто не отчистить.


 

XI







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-17; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.224.127.143 (0.013 с.)