ТОП 10:

Богомол 1. - Ярость Богомола



Ронин 1. – Самурай в грязи.

 

Кодекс Бусидо он впитал с молоком матери. Его дед, генерал проигравшей войну империи Солнца, вскрыл себе живот в августе1945-го, отец – бывший офицер несуществующей армии сделал карьеру от разнорабочего до Мастера на заводе компании Субару, где вместо гордых истребителей выпускали теперь дешевые автомобили. Так отец понимал свою битву: «Мы не победили пушками – победим монетами - Япония не подписала мирный договор – просто у нее нет армии, чтобы вести войну.»

Дайгору Хирота тоже искал для себя битву и честь. Но путь деда влек его сильнее, примера отца. Он вошел в основанное Мисима Юкио «Общество Щита» и поступил в «Национальные Силы Самообороны» («Не-армия» Японии). Во время офицерского мятежа 1970-го, на военной базе Итигая, он в толпе однополчан слушал пламенную речь Мисимы - Писателя, Философа, непревзойденного бойца, и великого самурая... для которого не нашлось господина. После провала мятежа, Дайгору, в отличии от Учителя не ушел через Сепуку. Но и оставаться в «стране без чести» не захотел.

После отставки, он уехал в страну «новых сегунов Японии» - Америку. Где, взяв имя - Дэвид Хиро он устроился работать инструктором по Каратэ. Его заметили и пригласили для тренировки военных. Через год его завербовало ЦРУ. Хотя присутствие американских войск во Вьетнаме к 1973-му году сворачивалось, деятельность разведки, напротив усилилась, и сотрудники с «азиатской» внешностью были на особом счету. Дальше были бесчисленные лагеря подготовки, легенды, акции...

Наши дни. Крепко сложенный японец лет сорока, стриженные ежиком волосы, жесткий взгляд на непроницаемом как бы застывшем широком лице - Дэвид Хиро, зеленый берет и опытный оперативник ЦРУ в районе Индокитая, «американец японского происхождения», уводил свою группу в джунгли от наседающих на пятки правительственных про-вьетнамских войск Камбоджи.

Саму миссию он выполнил безупречно – передал Красным Кхмерам оружие и получил героин (наркотики и оружие - основной нелегальный источник доходов «конторы»). Уходить планировалось по реке Меконг к озеру Пансян, где их должен был подобрать гидроплан. Однако, где-то прошла утечка информации и Хиро попал в засаду.

Потеряв половину груза и людей, на двух оставшихся катерах он со своим отрядом вернулся в верховья реки. И снова попали в засаду. Тогда, Дэвид бросил лодки возле рыбацкой деревни и, навьючив наркотик на местных жителей, погнал их через джунгли и болота, пытаясь прорваться в Таиланд.

Небольшой путь по карте, оказался непреодолим на местности. Проводники из рыбаков оказались никудышными, постоянно приходилось петлять, а то и возвращаться, натыкаясь на преследователей. Люди гибли от пуль, укусов змей и насекомых, тонули в трясинах, срывались в пропасти.

Железной рукой Дэвид держал дисциплину. Слабых и непокорных сам убивал на месте. Когда даже его боец отказался идти дальше, жалуясь на отсутствие у них пресной воды, Хиро ударом ножа вскрыл ему горло и сам напился крови, предлагая и остальным утолить жажду.

Командира боялись больше чем врага, и это позволило держаться какое-то время, но за две недели проход через горы так и не был найден.

Его солдаты, сговорившись, разом напали на командира, и смертная жизнь Дэвида Хиро оборвалась в шквальном огне шести автоматов.

Преследователи вместе с арестованными забрали его голову для опознания в деревню, откуда начался его путь через джунгли.

Пленных держали вместе с разлагающейся головой их командира – нигде не любят предателей.

 

Трижды воскресший 1 – многоножка на тропе дракона.

Ханреку из Ву(Семьи) Стрел, Служитель Двора Расколотой Улыбки, следуя Дхарме Тропы Тысячи Шепотов, в третий раз родился в своей 150 летней нежизни. В новом пробуждении он стал Буддистским Монахом, что, по его мнению, было достаточно широким шагом от роли Боса Якудза.
В любом Дворе и Семье, катаяны следующие Дхарме «Многоножки» всегда на особом и обособленном положении - с одной стороны очень полезна их уравновешенность и широта взглядов, а с другой никто не может положиться на их верность. Чему они решат изменить на этот раз? И потом, после каждой «смерти» они теряют все связи и контакты, стремятся избавиться от старых навыков, в итоге получается, опытный «новорожденный». Но, «Достойный Муж найдет работу и безногому слуге».
Рассуждал ли Даймио Двора подобным образом или нет, но переродившийся Джайна (Служитель) получил Назначение-"Центр" и связанные с ним в Семейной иерархии полномочия - «...Вести к просветлению себя и других...» . Ведь сказано - «Вампиры центра - исследователи вечного взаимодействия между Гунном(Божественная старана души) и П'o(Злобная часть), Инем и Яном, Квай -дзин и другим Шен(Волшебными сущкствами). Это - их обязанность раскрыть - или создать - загадки сверхъестественного существования.» Вместе с назначением в черной лаковой шкатулке лежал приказ следовать в Камбоджийские джунгли - астрологи Двора предсказали рождение избранного Квай-дзин в этой местности. В угоду скорости перемещения, решено было, что Ханреку Йа достигнет Камбоджи по Тропе драконов.
Север Семьи Стрел - сопроводила свитком с письмом и подарками к хранителю Драконьего Логова на выходе. "Восток" - молча вручил мобильный телефон – этот брат обеспечит возвращение домой "Юг" – предложил набор серебряных сюрикенов – но Ханреку, поблагодарив брата, все же отказался – «не стоит дразнить Зверей - они чуют серебро». Запад семьи, подготовила «Нефритовую Лодку».
Ву - Семья - без нее любой Квай-джин просто осколок кувшина, неспособный зачерпнуть воду мудрости из потока времен.
Простившись с «Родными», Ханреку шагнул в радужный портал и поднялся на борт Джонки волшебным оброзом составленной из белого нефрита. Несколько часов плавания по радужной сияющей реке Чи и он в Камбоджи среди проглоченного джунглями, покинутого людьми, но по прежнему величественного древнего города.
Врата портала открылись внутри алтаря какого-то храма. Свет полной луны позволял любоваться затейливыми барельефами - казалось прошедшие столетия не коснулись этих стен, на которых причудливо переплетенные каменные змеи и драконы, играли в речных потоках.
Хранителем Драконьего логова, оказалась сухонькая седая старушка в ветхом халате. Однако внешность не обманула умудренного Джайну из семьи Стрел, и он обратился к ней со всеми церемониями соответствующими высокому положению могущественной Наги. Древняя Змея - приняла визитера благосклонно. Возможно, этому способствовали, "Алая мантия Ян", которую Ханреку «накинул» заранее, заставив Ян Чи бушевать в своем теле, и подаренный ей Драгоценный гребень в виде дракона из белого священного нефрита, но цель была достигнута - Пришельцу позволили пройти. Под конец беседы старушка "растрогавшись" похвалила его стремление присмотреть за неразумными "новорожденными" - "…неправильно, когда другие прибирают мусор за твоей родней. Кстати о родне - Алые Фениксы тоже могут прибыть, поэтому я попрошу Ханов(оборотней Тигров), присмотреть, чтобы все было хорошо. Последнее не особо обрадовало, но искушенный в этикете Ханреку рассыпался в выражениях благодарности хранительнице Логова и, простившись, двинулся в джунгли, рассчитывая до восхода достигнуть упомянутой в пророчестве Пагоды.
Это в городах ночь время сна и тишины. В тропических зарослях именно ночью жизнь бурлит особенно ярко: пение ночных птиц, рык хищника на охоте, последний крик его жертвы. На фоне пения цикад и благоухания ночных цветов все эти звуки сплетаются в бесконечную симфонию ночных джунглей.
Как только он пересек границу зарослей, перед его внутренним взором возникла сияющая стрела, это Нуши - дух хранитель семьи Стрел указывал ему дорогу.
Этот дух был при жизни самураем в эпоху междоусобиц, и погиб в момент выстрела из лука. Он вложил в этот выстрел свою душу, и эта душа осталась в стреле летящей к цели.
Ханов - людей Тигра Ханреку так и не увидел, но всю дорогу от Логова Дракона до Пагоды он чувствовал на себе тяжелый взгляд из ночных зарослей...


 

Ронин 2 – Второе дыхание

 

... был суд. Его истерзанное тело висело в коконе из колючей проволоки. Рогатый демон в мантии и завитом парике судьи, зачитывал приговор. Убийства, Совращения, Кражи, Предательства – все то, что составляло его работу на службе «Родины Свободных» за 20 лет, стало пунктами длинного списка. С каждым словом приговора колючая проволока как к, опутывавшая его тело, вгрызалась внутрь, выжимая воздух(?) – Душу, и казалось саму суть Дайгоро...

Взмах лезвия... обрывки проволоки змеями заползают в щели между плит пола. Это самурай в изрубленных доспехах вышел из толпы чудовищ наполнявших Зал Суда:

- Стой демон. Ты судишь не верно.

- Он убийца!

- Мы все убийцы. Но Воин честно служил своему Господину.

- Он назвал «Господином» мешки с дерьмом на тронах, он оправдывал свои пороки этим «служением». В Срединном Мире Они уже отреклись от него!

- Он служил честно.

- Он уже здесь, в Аду!

- У него будет шанс.

- Владыке, это не понравится, Хирота-сан!

- Я сам отвечу перед Владыкой.

Рука облаченная в перчатку- «Котэ» за шиворот тащила Дэвида к выходу как слепого щенка. Лестницы и коридоры сменяли друг друга. Слов, Хирота-сан, больше не тратил - им заслоняли дорогу – говорил его меч.

- Выше мне не подняться – дальше сам.

Впереди была гора тел сваленных у кирпичной стены. Эта куча трупов высотой с самолетный ангар шла до пролома, через который неизвестные «грузчики» бросали новые тела, но за этим проломом виделся яркий дневной свет.

Дэвид пополз по телам – не впервой. Но неожиданно тела зашевелились. Он стал узнавать лица тех, кого он убил, кого убивали по его приказу, кого обрек на смерть... Руки хватали его за одежду, волосы, рты со стонами вцеплялись в него зубами, ноги толкали вниз. Силы таяли.

- Пощадите… Я искуплю… – Чувствуя, что силы тают, Хирота стал умолять о пощаде. Но при этом, не переставал сам бить, хватать зубами, пинать. Выкручивая суставы он полз наверх, в этой безумной свалке, забывая кто он, думая только о движении - он продвигался наверх… Это длилось вечность, но вдруг рука наткнулась на камень, вместо склизкой холодной плоти… И, с яростным ревом, Дэвид Хиро, поднялся... В 1990м году, в Камбоджи.

 

Четверо пленников сидели в дальнем углу сарая, а напротив, с укором вперив в них слепые глазницы прямо на земляном полу лежала отрубленная голова Дэйва - их командира. Эта была особая пытка тюремщиков и назидание всем - ни одна армия востока не прощает солдат, убивших своего командира. Арестантам вскоре стало казаться, что голова шевелится.

Чжу Ли не выдержал:

- Да кто он такой, я не боялся его живого, не боюсь и мертвого. И я не жалею о сделанном поступке. Убил бы его снова - ублюдок завел нас на верную смерть. А сейчас я помочусь на его голову.

Он попытался исполнить свой замысел, подошел к голове, но замер когда голова повернулась, а глазницы зажглись адским зеленым огнем. выросшие из земли руки схватив за щиколотки, опрокинули арестанта на землю, а нечеловечески острые зубы впились ему в бедро. Парализованные ужасом товарищи гибнущего в лапах монстра солдата не сразу опомнились, а когда смогли его оттащить, тот уже истек кровью.

Чудовищная Голова двинулась вверх. вслед за руками из земли появились торс и ноги. Перед ними воплоти встал убитый командир.

Кван и Чен всегда работали в паре и сейчас они напали разом. Одновременный удар двух ног бросил Демона на стену. Человеку такой удар сломал бы ребра, а то и позвоночник, но призрак, как ни в чем ни бывало, оттолкнулся л от стены всеми конечностями, схватил обоих за горло, и размозжив им головы друг о друга, впился зубами в плечо Квана.

Тут на свою беду часовой, дежуривший у входа решил вмешаться, как он считал, в драку заключенных, вошел и осветил окровавленную морду демона тактическим фонарем. Хотя винтовка смотрела на монстра, шок был слишком велик, и тварь загрызла его, прежде чем часовой сумел выстрелить...

Обглодав четыре трупа, Демон насытился и устал...

Кровь на руках, части тел... земляной пол залит кровью.

- Пощадите, командир. Сэр. Я искуплю. – В углу бил поклоны изменник Ванг Шу. Ординарец и верный друг... выпустивший пол «рожка» в живот Дейва. Его слова так напоминали собственные…

 

-У тебя будет этот шанс...

...и у меня тоже.

 

Если, Дэвид-Дайгоро и сомневался, не пригрезился ли ему ад, и Предок, волоком, тащивший его к жизни, то короткий и похожий на бред рассказ ординарца, как ни странно утвердил Дейва в обратном – он был мертв, воскрес и, кажется, воссоздал свое тело. Но, почему он съел своих противников – преисподняя помутила его разум? Злость, которую он чувствовал к предателям, прошла. Не убей они его тогда, он бы не увидел пропасть, в которую соскальзывала его душа, Но... Вокруг враги, а снова оказаться в Аду, Дэйв совсем не хотел. Сначала выбраться. Подхватив М16 часового, и, позвав ординарца, он поспешили к пристани.

Двое Тайских солдат охраняли катера: один курил под навесом, второй прогуливался по пирсу.

Поднимать шум нежелательно. Дейв отдал винтовку Ванг Шу, и ползком заскользил по песку, подкрадываясь к ближайшему противнику. Мощный удар ребром лодони под ухо вывел стража из игры. Однако Дейв не заметил бутылку возле ноги сраженного часового и та покатилась с громким звоном, привлекая внимание второго врага.

-Ты что там уснул! Пьяница…

Звук шагов по дощатому настилу. Дэйв притаился за парапетом, знаком приказывая Шу не стрелять. Расчет оказался верным. Когда часовой наклонился над оградой, Дэйв выпрямился, правой рукой, отвел ствол автомата, а левой, сжатой «конским копытом», размозжил противнику кадык. Схватившись за шею, противник все же не упал, не желая рисковать, Хирота добил его пяткой в висок. Ванг уже опустился на колени возле первого часового, чтобы прикончить его штык-ножом. Неожиданно для самого себя Дейв остановил помощника.

- Просто свяжи.

- К чему лишняя суета, командир?

- У нас Есть выбор - он не помеха здесь, но станет гирями Там (непонятно пояснил Дайгоро).

Пары минут хватило, чтобы спрятать тела, собрать оружие и выбрать катер. Путь к свободе открыт.

Но тут со стороны деревни послышались выстрелы, перешедшие в настоящую канонаду.

Кто ведет бой в деревне? Кхмеры? Враг моего врага мой друг?

Может и убегать ни куда не надо?

- Ванг спрячь катер на пару миль вниз по течению и жди меня там два дня, если не появлюсь - уходи один.

Дейв, рассовал запасные магазины по карманам и растворился в зарослях.

 

Богомол 2 – Призрачный Тигр

Дневальному сержанту послышались крики со стороны Тюрьмы – хижины, где держали пленных наркоторговцев. И хотя вначале он рассудил, что кричала ночная птица (джунгли по ночам громогласны), позже усомнился в своем суждении и, чтобы не терзаться понапрасну – послал солдат проверить пленных, а заодно и бдительность часового. Неспешно собравшись (дисциплина за время бездействия в деревне ослабла) двое бойцов выдвинулись к окраине деревни.

Однако, когда патруль добрался до хижины их вальяжность смыло волной ужаса. Им предстала картина далекая от любых ожиданий – в хижине явно попировал тигр людоед.

Похоже часовой пытался спастись внутри – но зверь настиг его и загрыз, а потом принялся за пленных (в проходе лежала оторванная рука и труп с обглоданной ногой).

Не решаясь войти в хижину солдаты попятились. Когда они бежали мимо ворот отделяющей от джунглей ограды, новое событие изменило их планы...

Еще одна пропажа - тело сумашедшего монаха, насаженное на кол у ограды деревни, пропало. Почти месяц он висел кормом для птиц. Страшно вспомнить, когда этот святоша беспричинно взбесился и напал на солдат - он убил троих и перекалечил еще половину отряда, а полковник до сих пор хромает - штык психопата сломался у него в бедре. Они изрешетили этого отморозка, лишь тогда он умер. Он мертв, а значит - сам уйти не мог. Наверно на запах этой падали и пришел тигр людоед.

Труп Монаха обнаружился, где и предполагали - возле шеста на который он раньше был насажен, но трупы не сидят в позе лотоса и не раскачиваются в такт своим заунывным стенаниям.

- Эй, ты кто!? - патрульный направил фонарь в лицо существа.

Взгляд того сконцентрировался, рот раскрылся, обнажая полную острых зубов пасть, и прямо с места тварь прыгнула на них.

Хотя Узи солдат смотрели прямо в грудь существа, они не ожидали такой стремительности и пули прошли мимо. Первого бойца немертвый сбил с ног, а второго зацепил за рукав куртки и они покатились по траве. Упавший автоматчик дал очередь, но сцепившиеся противники в очередной раз развернулись и пуля вошла в спину сослуживца.

- Не меня, сволочь!

- Я не хотел!

Извинения опоздали. Тварь разодрала горло солдата, и, оседлав труп, вгрызалась в его плоть, не обращая внимания на второго противника. Тот этим воспользовался, прицелился – короткая очередь - пули нашли цель, разрывая бок каннибала. Любой живой противник был бы мертв, но с этой тварью уверенности не было. Солдат подошел ближе, для контрольного выстрела. Только что труп монаха лежал сломанной куклой , и в тот же миг взвился на три метра в воздух. Исходящий свинцом ствол автомата дернулся за ним вверх, но все же слишком медленно...

Дневальный сержант захватил еще двух бойцов и поспешил на звук стрельбы. Когда свет фонарей выхватил из тьмы каннибала пирующего на трупах их товарищей, не сговариваясь, солдаты открыли шквальный огонь. Они практически скосили окружающие заросли, но не причинили противнику заметного вреда. Монстр по крабьи, рваными прыжками, но невероятно быстро по дуге приближался к ним. Когда бойки защелкали по пустым патронникам, лишь сержанту хватило мужества продолжить бой ... это его и погубило. А солдаты, уже не оглядываясь, бежали к хижине, где был расквартирован оставшийся отряд..

Ронин3 - Страх

 

Дайгоро прокрался назад в деревню, сильно растянутую вдоль берега реки, и затаился возле сваи большого дома выбранного для штаба. Вокруг дома щелкая затворами и слепя друг друга фонарями бестолково бегали солдаты Камбоджи. Среди них метался офицер вьетнамец, безуспешно пытаясь восстановить порядок. Правую ногу он приволакивал, и это сильно ему мешало. Со своей позиции, Дайгоро, мог слышать обрывки разговоров: «часовой и пленники разорваны на куски!», «постовые у лодок исчезли!», «монстр! Мы видели чудовище! Оно сожрало сержанта и еще двоих! Нет Пятерых! Это не тигр! Я узнал его - Это Проклятый монах! ЭТО Призрак! Злой дух! Дух мщения! Нельзя БЫЛО убивать монаха! Мы прокляты! Мы все умрем! Надо бежать отсюда!" Они накручивали сами себя и пугались с каждой секундой все больше. Детские страхи и бабушкины сказки прорвали тонкий слой привитого начальной школой европейского прагматизма.

Дайгоро решился на рискованный план – на пути к границе им пригодятся Армейские карты, которые наверняка есть в штабе. Он знал главный принцип маскировки – не выделятся, и, взяв винтовку на перевес, уверенными шагами взбежал по ступеням крыльца - еще одна фигура в камуфляже в безумии и хаосе этой ночи – все глаза искали полуголого бритоголового монстра.

В хижине он нашел больше, чем искал. Карты, спутниковую радиостанцию, в углу сумку с консервами и даже свой кольт с костяными накладками рукояти, как трофей, висящий над столом.

–«Что ты здесь делаешь, солдат!» - резкий как выстрел окрик за спиной.

На маскировку надеется, не приходилось - уж с его «головой» здесь знакомы. Керосиновая лампа под потолком не оставляет шанса быть не узнанным.

Медленно обернувшись, Дайгоро посмотрел в глаза вражескому командиру:

-«Майор, ты отрезал мне голову – я пришел за твоей.»

Расчет оказался верным - ужас узнавания парализовал врага. Взмах тяжелого Кукри подобранного на столе и обезглавленное тело выпало из хижины наружу, открывая входную дверь.

Лучи дюжины фонарей сошлись на его лице и лице нанизанной на лезвие ножа головы.

-Голову, за голову - эта простая фраза стала последним камнем для лавины безотчетного ужаса, смывшей остатки, когда-то грозного подразделения армии Камбоджи прочь из деревни. Бросив все снаряжение, с воплями, не размышляя, ничего не замечая вокруг, они неслись к катерам...

Дайгоро, убил, не задумываясь – инстинктивно. Как зверь, загнанный в угол, он использовал все слабости врага и убил, чтобы выжить. Но картины ада снова промелькнули перед его мысленным взором... «Мне дали шанс, а я снова следую путем убийства. » Вспомнилась услышанная однажды фраза – «каждый человек - потенциальный Будда, поэтому каждая жизнь - бесценна».

-Дяденька, а вас разве не напугал Призрак - детский голос оторвал японца от мрачных мыслей, когда он, собрав необходимые припасы, выходил из хижины.

-Все солдаты уплыли, а вы здесь – десятилетний деревенский мальчик стоял возле крыльца.

- Какой Призрак? - проявил интерес Дайгоро.

- Ну наш монах, он жил в Старой Пагоде возле деревни. Мы его называли «Богомол» - он смешно так руками делал, когда плясал возле пагоды, как насекомое. Потом солдаты убили его, а он воскрес, чтобы мстить им... ой, то есть Вам.

«Опять про какого-то монаха» - мальчик явно не понимал, с кем разговаривает.

- И что же ты сам его видел?

- Я – нет. А брат его видел. Этот Призрак жрал солдата возле ворот на дорогу.

«Неужели рассказы об этом «Монахе» правда - еще один призрак. Как и я? Может он больше знает о том состоянии, в котором я оказался, все-таки он монах.»

 

Богомол 3 – Вопросы без ответов

Монах очнулся, сжимая зубы на разорванном горле, кровь прерывистой струей била в нёбо, освежая, как родниковая вода. Вода – кровь, тьфу что за бред. Был день, сейчас ночь. Что он держит в руке? Свиная Печень? Гадость! Не свиная!! Будда Милосердный!!!

Он огляделся. В двух шагах блестели в лунном свете бамбуковые столбы деревенской ограды. Растерзанные трупы в солдатской форме. Неужели я это сделал? Монах двинулся к площади. Неожиданно дорогу ему перекрыли жители деревни. Распростертые ниц, они заслоняли все пространство между домами. Непрерывно кланялись, причитая, они одновременно и путано благодарили за избавление от неправедных солдат, захвативших деревню, и умаляли пощадить их и оставить в покое. «Прими наше подношение и пощади!» - Старик протягивал ему младенца - своего внука - «Утоли свой голод и пощади деревню!»

-«Нет! Что ты несешь, почтенный!»- заслонился он от подношения... и замер, глядя на свои окровавленные руки!!! Мысли путались. Странное поведение бывших прихожан потрясало. «Что со мной?»

В смятении он бежал прочь из деревни к полуразрушенной пагоде, которая вот уже десять лет была его домом, как ранее была домом его наставника. И конечно он не заметил как еще одна фигура последовала за ним в джунгли...

Вот и пагода. Но что это – пространство заполнили чарующие звуки флейты. Он знал - в деревне только одного человека, кто ТАК играл на флейте… В дверном проеме горел свет, но кто… Эта картина представлялась ему в мечтах. Прекрасная Нока Лек играет на флейте, а рядом человек в шафрановой тоге наслаждается ее игрой. Однако в отличии от мечты этим человеком был не «Богомол». Сухая ветка хрустнула под ногой. Музыка оборвалась. Незнакомец заметил его.

- А мы тебя уже заждались.

Пришлый монах указал Ван Луну на циновку напротив себя. Как Ван Лун узнал позднее, Нока Лек пряталась здесь со дня его «смерти», где ее и застал Йа Ханреку.

Луну было странно чувствовать себя гостем в этой комнате, но «все мы лишь гости на этой земле» и он сел на предложенное место. Удивительно, но ни странника, ни «богиню грез» казалось, не удивил его внешний вид, напротив Нока, едва он сел начала мокрой тряпкой смывать с него кровавую корку. Ван Лун еще не знал, как может промыть мозги мастер тайного искусства «Обязательств».

Тишину нарушил незнакомец.

- У тебя есть вопросы?

Луну хотелось с кем-то поговорить о своих переживаниях. От этого странного монаха исходила такая волна могущества, и всепонимания, что лучшей кандидатуры было просто не отыскать.

- Наставник- уважительно обратился Лун – рыбаки считают меня призраком.

- Ты слышал стук своего сердца.?

Лун не сразу понял, что вопрос не фигурален. Но затем поднес ладонь к грудине.

- Я, что действительно мертв?

- А ты умер, став монахом?

- Ну …

- Что гусеница называет смертью?

- Мудрец называет бабочкой…- машинально закончил притчу Лун.

- Что «мудрец» называет смертью?

Как обычно ответ на Коан вертелся где-то на грани понимания, но облечь его в слова не удавалось.

- Но как же круг перерождений, Преисподни, Небеса… Почему я остатался здесь?

- Ради чего? – Джайне, овладевшему уже второй ступенью Дисциплины «Обязательств», не составляло труда понять причину, и, сжалившись, он уточнил свой вопрос – ради кого ты остался?

- Но мои обеты…

- Кто спрашивает долги с мертвеца?

- Но я монах…

Наставник взял плод Манго и завернул в край шафрановой тоги.

– это тоже монах?

– …Наставник, вы правы - я давно уже ложный монах - страсти разрывают мою душу, я боролся с этим и вот итог... Это не мой путь.

– К Просветлению много путей, ты готов искать свой?

– Но вы…

Пришелец приложил руку ученика к своему запястью.

- Ты слышишь стук моего сердца?

 

Ронин 4 - Близнецы

 

Два существа в оранжевых тогах беседовали довольно давно. До притаившегося в зарослях Дайгоро изредка долетали обрывки их разговора «Дхармы, Дворы Квай-Джин, сообщество 1000 трупов, Второе дыхание» – а он-то считал себя уникальным, единственным существом. Как мало он знает! Услышанное, давало надежду – ему нужна помощь этого Наставника – ведь Просветление и Ад не просто слова.

Дайгоро спрятал винтовку и рюкзак за деревом, нож - кукри и пистолет, поразмыслив, оставил на поясе.

План, который он собирался исполнить, был навеян статуей Будды стоявшей снаружи у стены пагоды. Там же в нише лежали различные благовония. Не скрываясь Дайгоро прошел к святилищу, взял толстый пучок специальных поминальных палочек, зажег и, встав на колени, начал громко молиться. Молитва получилась неожиданно искренней – она просто рвалась изнутри. Он благодарил своего дальнего предка Хирота Санзиро за ту милость которой тот его удостоил, вытащив из ада и просил прощения за то, что пока еще не стал достойным этого дара и обещал что станет... . Подумав, взял еще пучек и помолился за своих солдат, он желал им лучшего перерождения и обещал позаботиться об их семьях, потом он молился за всех кого погубил, чьи лица он видел, выбираясь из ада, кого помнил, а потом за всех тех кого не мог вспомнить. И последним он молился за вьетнамского офицера, которого обезглавил только что, он желал ему лучшего перерождения или хотя бы второго шанса... Он заметил, что уже какое-то время не одинок у алтаря - оба монаха молились рядом, и каждый молился о чем-то своем. Дождавшись тишины Дайгоро обратился к старшему:

- Учитель, меня отринул ад, чтобы я искупил свои грехи, но я вынужден был снова убивать, ведь иначе убили бы меня, и я снова попал бы в преисподнюю, не искупив своих грехов, как мне быть дальше...

Какое-то время Наставник молчал, а потом рассказал притчу об одном Бодхисаттве, который, когда на него напали разбойники, убил их всех. И на вопросы как же он Бодхисаттва совершил грех убийства, ответил: «Я спас этих людей – если бы они убили бодхисатву их души были бы прокляты навеки.»

- Но я не Бодхисаттва, Учитель.

- А если ты им станешь, их смерти, не были напрасными?

И обращаясь уже к обоим, добавил:

- Скоро взойдет солнце - его лучи губительны для нас – нам нужно убежище.

На самом деле Джайна был потрясен – Двое Квай-джин восстали одновременно почти в одном месте – редчайший случай! Но, кто же из них избранный?

Ноку Лек они взяли с собой в убежище, после того как Ханреку, по отдельности переговорив с ней и Ваном, провел коротко благословил их союз по обычному обряду. Опытный Джайна, понимал, что Ван Лун по всем признакам «расположен» к Ян энергии, а значит каждую ночь нуждается в крови, а до того как они достигнут Двора Расколотой Улыбки только Нока отдаст эту кровь добровольно, как заботливая жена. Собственно в ее отношении почти не пришлось применять «Обязательство» - после гибели семьи и насилия, которое с ней произошло, потрясенная бездействием сельчан - Ван был единственным, кто вступился за нее, хотя и был монахом – ее мир рухнул – никто и ни что не удерживало ее в деревни, да и в жизни. Она даже считала, что в долгу перед Ваном из-за того, что случилось с ним самим.

Ханреку повел их в пагоду, где они нырнули в колодец и выплыли в тайную комнату, находившуюся, похоже, под самой пагодой. Все годы Ван Лун пользовался колодцем, но не знал ни о проходе, ни о комнате. Откуда же о них знал пришлый Учитель?

 

 

Рассвет

Ронин 1 – Состояние Души

 

Дейв быстро добрался до берега реки. И теперь он осматривал заводи, где по его мнению мог скрыться ординарец. Пока безрезультатно. Девид остановился, глядя на свое отражение в речной глади: "К черту эту мистику - главное держаться подальше от старых ублюдков, пока сам не научусь таким же трюкам. У меня есть деньги на секретных счетах, связи, можно даже продолжить службу - скажу, что у меня редкая восточная аллергия на свет... Но где же катер, и где Ванг Шу... ".

И вдруг он заметил ординарца в речном отражении - тот стоял прямо у него за спиной. Дейв обернулся. Странно - Шу оказался на большем расстоянии, чем казалось в начале. Солдат стоял у границы зарослей и жестом звал за собой.

- Что за игры, боец! - удивился Дэйв.

Но фигура молча скрылась в зарослях, не оставляя иного выбора кроме как следовать за собой. Это было странным - как бы Дэйв ни ускорялся, фигура друга не приближалась, но стоило ему остановиться, тот останавливался и жестами звал за собой. Чувствуя себя персонажем чьего-то бреда, Дэйв догнал Ванг Шу на поляне.

Тот стоял рядом со своим телом... Со своим телом....

Теперь Дэйв заметил, что стволы деревьев просвечивают через фигуру его спутника.

Дайгоро испытал взрыв внутренней боли – образ друга не соединялся с реальным истерзанным трупом, издевательски усаженный в позу Будды, со сломанными конечностями и разложенными по поляне внутренностями. Конечно, Дейв за годы "работы" много раз видел смерть и не раз терял друзей, но никто не заслуживает ТАКОЙ смерти.

- Я дождался тебя командир. Катер ждет, он спрятан под мангровым деревом - они не заметили его. Только я не смогу поехать дальше… отпусти меня, командир… я так устал.

- Отдыхай друг... твой долг исполнен.

Рука Дайгоро поднялась к голове в армейском приветствии, но затем, почувствовав его неуместность, он согнулся в воинском салюте своих предков.

И стоял так пока призрак таял удаляясь.

"Голос разума" в его голове испуганно замолчал - и даже Внутренний Демон отшатнулся перед мощью Праведного гнева Человека.

Дайгоро аккуратно, как уснувшего ребенка, уложил погибшего товарища на брезент, расправил перебитые конечности, уложил в распоротый живот внутренности и, понимая, что их не уложить нормальным образом, просто накрыл своей армейской курткой. Спрятанный катер, Дайгоро выбрал последним прибежищем для останков и, бросив в «машину» горящий фальшфейер, оттолкнул катер вниз по течению. Больше никто не потревожит и не осквернит покой верного воина. Внутренний Демон несколько раз рвался остановить «обезумевший Хун», но все попытки разбивались «Ледяную Стену Священной Цели». «Вечная Жизнь оказалась не для меня» – решил Дайгоро – «Простите Уважаемый Предок – я не успел искупить свои грехи, но как учит Бусидо - из всех путей я выбираю ведущий к смерти, путь Мести. Дайгоро умел найти след, даже в ночных джунглях и до рассвета у него было время. Его даже не удивило, что путь убийц вел к оставленной им недавно Пагоде. И лишь слегка озадачило, когда, в песчаном русле ручья, след был накрыт следом тигра... идущего на двух лапах.

Ронин 3 – Последний долг.

 

Ледяная концентрация, которая вела Дайгоро к осуществлению этого Воздаяния, исчезла. Он не испытывал ни радости, ни сожаления, лишь чувство неизбежности произошедшего. Поступать иначе он не мог – при любом итоге. Для него произошедшее было скорее актом непротивления. Совершенное Акума, притягивало Расплату – как магнит железные опилки. Такой песчинкой ощущал себя Дайгоро. Западная часть его сознания робко упрекала его за убийство женщины, но на Востоке другое отношение полу. Внутри была пустота. Не к этой ли Пустоте стремятся буддистские мыслители? Планы, которые он строил, убегая из пагоды – казались пустой шелухой. Равно как и ужас перед могуществом древних монстров – вот этот «ужас» лежит у его ног. Дайгоро поднял лицо к небу, любуясь Лунным Диском. Затем опустился на колено и написал на алом шелке оставшейся на стволе пистолета темной кровью врага.

«Душа, как лик луны –

Сияет ярко,

Разгоняя мрак,

Когда Едины

Ее все части...

Но свет

Идет от Солнца...

Возможно ли иное?»

На поляну вбежали Ханреку и Ван Лун. Неспешно они подошли к своему товарищу, убирая оружие.

Дайгоро посмотрел в глаза старшему Квай – Дзину и сказал с поклоном:

-Я виноват перед вами наставник. Я убил вашу гостью...

- Пришедший за жизнью хозяев – не гость. Это я в долгу перед тобой - в ответ поклонился Ханреку.

Старший Квай-Дзин обошел поляну с Тигриным побоищем. Суть прибывших Собратьев была ему уже понятна, но все же он произнес:

- Надо закопать Квай-Дзинов. Быть может чья-то душа еще сможет вернуться. И из позорного состояния Акума – можно прийти к просветлению.

- Я бы хотел быть рядом с тем кто проснется. – мрачно заметил Дайгоро.

- Поверь любое наказание, которое ты в состоянии придумать - милость по сравнению с тем, как их покарает их собственный Двор. И, ПОВЕРЬ - тебе лучше при этом не присутствовать. – в тон ему ответил Наставник.

- Один из Тигров жив! – Ван как самый искусный медик в группе осматривал «животных».

Ханреку сосредоточено смотрел в точку перед собой и шептал, а за тем... или померещилось... – Огненная стрела пронеслась на север.

После, все в группе, по резкому приказу наставника, занялась раненым зверем.

Дайгоро срубил бамбуковые шесты и ремнями, снятыми с Акума, зафиксировал лапы и голову.

Ван Лун, причитая про неизбежное заражение, метательными ножами и пальцами все же сумел извлечь пули. Две вошли неглубоко или само тело пыталось от них избавиться. Две других Богомол решился достать – только после настойчивого «влияния» Ханреку.

- Эти пули для него хуже любого заражения.

Но и с очищенными ранами тигр умирал. Он исчерпал отпущенную ему Ярость и Волю. В нем не осталось жизненной силы.

- Ван, мне нужна твоя кровь.

- Учитель вы хотите сделать тигра Вампиром – ошарашено спросил Дайгоро.

- Не верь американским фильмам – кровь Ян вампира – лекарство для смертных. Оно действует на людей, может, и организм полузверя она заставит сражаться.

Они разжали пасть и влили чашу своей крови между страшных клыков. Пульс Тигра усилился. Дыхание стало ровнее.

Квай-дзины занялись «погребением» акума. За неимением инструментов они просто стащили их в ряд и стали накрывать дерном. Позже они сообщат Фениксам, где искать Своих.

Шум раздвигаемых мощным телом Деревьев. Тугой пружиной на поляну приземлился Белогривый Дракон. Миг - и она окружила своими кольцами раненного Тигра. Миг - и это маленькая седая старушка, баюкающая хнычущего мальчишку в сползающих бинтах. Сияние ее рук и... Тигр, прихрамывая, уходит в джунгли. Некоторым природа просто дарит то, что другие вырывают клыками.

Не говоря ни слова, лишь гневно обведя поляну взглядом – миг - Драконица исчезла, забрав трупы оставшихся тигров.

Впрочем, вскоре появилась снова:

- Через Зеркальные Земли ты не пройдешь - Демоны Йоми перекрыли Тропу.







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.173.234.237 (0.042 с.)