ИСТОРИЯ СУРДОПЕДАГОГИКИ В СССР И ДРУГИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ


Глава 13

Начало коренных преобразований

В обучении глухих (1917—1920)

Великая Октябрьская социалистическая революция положила начало коренным преобразованиям школьного дела в нашей стра­не, имевшим целью приобщение широчайших народных масс к образованию, науке, к творческому созиданию новой, социалисти­ческой культуры. Впервые в мировой истории ставилась задача сделать образование и культуру действительно доступными всем трудящимся, осуществить на деле полное равенство в области об­разования всех граждан, сделать науку и знание одним из средств борьбы за построение социалистического общества. С первых же дней после свершения социалистической революции Советское правительство приняло ряд мер по перестройке систе­мы образования. Декретом ВЦИК и СНК от 9 ноября 1917 года была организована Государственная комиссия по просвещению, которая занялась разработкой новой системы народного образо­вания.

Строительство новой системы народного образования, совет­ской единой трудовой политехнической школы осуществлялось на основе учения В. И. Ленина о культурной революции, на основе ленинского учения о коммунистическом воспитании. В стране победившего социализма, где власть перешла к рабочим и кре­стьянам, устанавливалось новое отношение к школе, науке, про­свещению. Если буржуазия считала науку и просвещение приви­легией богатых, а школу и образование использовала в качестве одного из средств эксплуатации и угнетения трудящихся, то Ве­ликая Октябрьская социалистическая революция открывала ши­рокую дорогу к знанию всем трудящимся. «Раньше,— говорил В. И. Ленин, — весь человеческий ум, весь его гений творил толь­ко для того, чтобы дать одним все блага техники и культуры, а других лишить самого необходимого — просвещения и развития. Теперь же все чудеса техники, все завоевания культуры станут общенародным достоянием, и отныне никогда человеческий ум и гений не будут обращены в средства насилия, в средства эксплуа­тации»1.

Ленинское учение о коммунистическом воспитании подраста­ющих поколений с первых дней установления Советской власти и на всех последующих этапах развития педагогики указывало пути осуществления связи школы с жизнью, с производитель­ным трудом, с практикой социалистического строительства.

В самой тесной и органической связи с развитием новой систе­мы народного образования, становлением единой трудовой поли­технической школы происходило развитие советской сурдопедаго­гики и специальной школы для детей с недостатками слуха.

Поиски организационных форм руководства государственным обучением глухих детей. В результате победы Великой Октябрь­ской социалистической революции практика обучения и воспита­ния глухих детей изменялась коренным образом. Победа социалистической революции создала необходимые социально-эко­номические предпосылки для таких изменений. С установлением Советской власти и формированием системы образования, отве­чающей интересам рабочего класса и крестьянства, интересам трудящихся, в борьбе с буржуазными идеями и концепциями раз­вивалась качественно новая, советская сурдопедагогическая тео­рия.

Заботу об обучении и воспитании глухих детей в Советской стране взяло на себя государство. Унизительному для учителей и глухих учащихся существованию на средства благотворительно­сти был положен конец. Глухие учащиеся в Советской стране получили возможность обучаться в специальных государствен­ных школах, учителя стали государственными служащими. Как и во всех других учебных заведениях, в школах для глухих были ликвидированы сословные, национальные и прочие огра­ничения, для всех детей устанавливались равные права.

Если в дореволюционной России глухих старались приспо­собить к труду лишь для того, чтобы они не становились нищи­ми, ворами или нарушителями общественного порядка, не были обузой для общества, то в Советской России впервые была по­ставлена задача воспитания из глухих активных и равноправ­ных участников строительства коммунистического общества. В соответствии с этой целью сурдопедагогика должна была раз­рабатывать систему средств, методов и организационных форм, которая обеспечивала бы усвоение глухими учащимися необхо­димых для этого знаний, умений и навыков.

Необходимо было также заново создавать сеть специальных учебных заведений для глухих детей. Оставшиеся от дореволю­ционного периода училища для глухих и практика обучения и воспитания в них подлежали радикальной перестройке и изме­нению в соответствии с новыми целями и задачами.

Обучение и воспитание подрастающего поколения в Совет­ской стране стало всенародным делом. Под влиянием социали­стической революции в среде рабочих и крестьян возникали различные общественные организации, просветительскую и пе­дагогическую деятельность которых поддерживали Коммуни­стическая партия и Советское правительство. При Государствен­ной комиссии по просвещению был организован отдел школьной медицины и гигиены, который в дальнейшем стал называться школьно-санитарным отделом. На этот отдел было возложено руководство учреждениями для детей с умственной (умственно отсталые) и физической дефективностью (слепые и глухие).

В первые годы Советской власти велись напряженные поис­ки организационных форм государственного обучения и воспи­тания глухих детей, форм и методов руководства системой та­кого обучения и воспитания. Деятельность школьно-санитарного отдела по организации обучения и воспитания глухих и других категорий аномальных детей осложнялась тем, что часть уч­реждений относилась к Народному комиссариату социального обеспечения, а часть оставалась в подчинении других ведомств. С опубликованием декрета СНК от 5 июня 1918 года «О переда­че в ведение Народного комиссариата по просвещению учебных и образовательных учреждений и заведений всех ведомств» начинался и новый этап перестройки учреждений для аномаль­ных детей.

Провозглашенные «Положением об единой трудовой школе РСФСР» и «Декларацией о единой трудовой школе» принципы последовательно проводились при разработке системы обучения и воспитания глухих детей.

Потребовалось, однако, немало времени для того, чтобы за­вершить организационный период в создании сети учреждений для глухих детей и единого государственного центра админи­стративного и методического руководства обучением и воспита­нием глухих детей в этих учреждениях. Поиски новых органи­зационных форм были не всегда успешны, но они велись настой­чиво и целеустремленно при полной поддержке молодого, еще экономически не окрепшего Советского государства, проявляв­шего постоянную заботу о глухих детях. Внимание вопросам воспитания аномальных детей уделял лично В. И. Ленин, как об этом свидетельствует в одном из своих писем А. М. Горький.

Для успешного выполнения программы обучения и воспи­тания глухих детей использовался прогрессивный методический опыт дореволюционной сурдопедагогики. Но осуществлению на­мечавшейся программы мешало то, что школьно-санитарный от­дел еще не имел определенного статуса как в системе Наркомпроса, так и в системе Наркомздрава. После подготовительной работы по определению функций и задач Наркомпроса и Нар­комздрава в отношении дефективных детей Совет Народных Ко­миссаров 10 декабря 1919 года принял постановление «О согла­совании функций народных комиссариатов просвещения и здра­воохранения в деле воспитания и охраны здоровья дефективных детей»3. Согласно этому постановлению воспитание и обучение категорий аномальных детей, не подлежащих систематическому лечению, переходило в ведение Народного комиссариата просве­щения. Это постановление означало возобновление и дальней­шее развитие нормальной педагогической деятельности училищ для глухих.

Однако на пути развития системы обучения и воспитания детей с недостатками слуха стояли не только проблемы взаимо­связи между различными наркоматами, но и вопросы координа­ции функций между отделами Народного комиссариата просве­щения.

Постановление СНК от 10 декабря 1919 года создавало основу для разрешения возникавших организационных вопро­сов руководства обучением и воспитанием детей с глухотой и недостатками слуха. Это постановление утверждало социали­стический гуманизм молодой Советской республики в отношении к аномальным детям, всеобщую государственную заботу в деле приобщения глухих детей к трудовой деятельности через школь­ное обучение и раннее дошкольное воспитание в целях ком­пенсации и коррекции имеющихся у них недостатков.

Забота об аномальных детях постановлением правительства от 10 декабря 1919 года была возложена в Наркомпросе на от­дел охраны детства, который разделился на подотдел социаль­но-правовой охраны несовершеннолетних и подотдел детских домов и коммун. Во втором подотделе было сосредоточено руко­водство специальными детскими школами для аномальных де­тей. Его задачи в отношении аномальных детей были сформули­рованы следующим образом: «Отдел охраны детства органи­зует в тесном контакте с Народным комиссариатом здравоохра­нения воспитательно-лечебные заведения и для физически де­фективных детей». Таким образом, на отдел охраны детства Наркомпроса возлагалась задача лечения, воспитания и обуче­ния аномальных детей.

В годы интервенции и гражданской войны отдел охраны детства (в это время он стал называться отделом социально-пра­вовой охраны несовершеннолетних и дефективных детей (СПОН)) особое внимание уделял беспризорным и аномальным детям. Были созданы детские дома для беспризорных детей и специ­альные детские дома-школы для аномальных детей, в составе которых были и глухие. Содержание этих учреждений пол­ностью относилось на государственный бюджет.

Особенность специальных детских домов-школ для дефектив­ных детей заключалась в том, что дети учились и воспитывались в отрыве от семьи. Мотивировалось это тем, что в социально-правовой охране должен отражаться взгляд на государство как на опекуна ребенка, руководящего его воспитанием и охраня­ющего его не только от вредных влияний окружающей социаль­ной среды, но также и от дурной обстановки его семьи. Однако такое положение детских домов-школ изолировало глухих де­тей от школ для нормальных детей и по существу обусловливало типичные недостатки дореволюционного типа закрытого учеб­ного заведения.

На основании постановления Совета Народных Комиссаров от 10 декабря 1919 года были организованы подотделы охраны детства в губернских, областных (краевых) отделах народного образования и автономных республик, а позднее и в союзных республиках. Деятельность губернских, областных (краевых) подотделов охраны детства автономных и союзных республик сыграла положительную роль в закреплении существующей се­ти, с одной стороны, а с другой — в создании и развитии новой сети детских домов-школ для глухих детей.

Первые советские научные сурдопедагогические учреждения. Централизация руководства обучением и воспитанием глухих детей в первые годы Советской власти способствовала созданию научных учреждений, занимающихся изучением глухого ребен­ка и совершенствованием средств и методов его обучения и вос­питания. Несмотря на экономические трудности, вызванные граж­данской войной и иностранной интервенцией, Советская власть проявляла заботу о развитии науки в первом рабоче-крестьян­ском государстве.

В 1918 году в Петрограде был организован Центральный на­учно-практический институт по изучению и обучению глухих; деятельность института осуществлялась в тесном контакте с ка­федрой психопатологии и патологии речи Психоневрологичес­кой академии. При институте были открыты школа-интернат и детский сад для глухих детей. Учебно-воспитательная работа этой школы строилась по аналогии с массовой школой. Однако срок обучения был более длительным. Это была школа первой ступени с шестилетним курсом обучения, с выделением вспомо­гательных классов для глухих с легкой и средней дебильностью, а также классов для детей, имеющих остатки слуха и речи (сла­бослышащих). Для глухих детей, отсталых в умственном разви­тии, около Петрограда, на станции Сиверская, была организо­вана колония со школой-фермой. Наряду с общеобразовательным обучением учащиеся получали в ней профессиональное обучение по различным видам ремесла: девочки обучались шитью и ру­коделиям, мальчики — сапожному, столярному и переплетному делу. В школе-ферме учащиеся также получали навыки сельско­хозяйственного труда.

Центральный научно-практический институт в первые годы после Великой Октябрьской социалистической революции являл­ся центром по подготовке и переподготовке учителей глухих по программам краткосрочных курсов.

В 1920 году в Петрограде возник Отофонетический институт, который занимался изучением детей с недостатками слуха и ре­чи. Как и другие научные учреждения по изучению аномальных детей, Отофонетический институт имел характер научно-клини­ческого учреждения. При нем были созданы специальные лабо­ратории, кабинеты, амбулатории, где изучали не только глухих детей, но и детей с различными типами логопатии. В институте имелась клиника-стационар на 200 детей, представлявшая собой школу и детский сад со специализированными отделениями.

В 1921 году Центральный научно-практический и Отофоне­тический институты были объединены под названием Отофоне­тический институт. Такого же рода научные центры по изуче­нию аномальных детей, в том числе и глухих, создавались в Москве, Киеве, Баку.

Как Центральный институт, так затем и Отофонетический институт много внимания уделяли разделению детей на нормаль­ных и отсталых, при этом нередки были случаи педологических извращений в оценке интеллектуальных возможностей глухих детей. Вследствие такого подхода признанные отсталыми учащие­ся получали раннюю профессионализацию без достаточной об­щеобразовательной подготовки; они помещались в особые классы.

Одновременно с возникновением научно-практических инсти­тутов в Петрограде и Москве создавались специальные кафедры по подготовке учителей для специальных школ. Одной из первых была организована кафедра сурдопедагогики в Петрограде (1918 год), руководство которой было поручено профессору Д. В. Фельдбергу, бывшему в то время директором Отофонети-ческого института. Кафедра сурдопедагогики была создана и в Москве. Руководил кафедрой профессор Ф. A. Pay, организатор педагогического коллектива Московского городского института для глухих.

Конференции и съезды по охране детства и борьбе с детской дефективностью. Органы народного образования и здравоохране­ния направили усилия ученых, врачей и педагогов на борь­бу с детской дефективностью. В связи с решением этой задачи был проведен ряд специальных конференций и съездов по охра­не детства и борьбе с детской дефективностью.

Во второй половине 1918 года был проведен I съезд медико-санитарных отделов Советов рабочих, солдатских и крестьян­ских депутатов. Руководитель школьно-санитарного отдела В. М. Бонч-Бруевич (Величкина) (1868—1918) в докладе о рабо­те школьно-санитарных отделов указывала на особую важность усиленной борьбы с детской дефективностью. В феврале 1919 го­да в Москве состоялся организованный Наркоматом социально­го обеспечения I съезд по охране детства. На нем был остро по­ставлен вопрос о подготовке квалифицированных кадров дефектологов.

В марте 1919 года состоялся организованный Наркомздравом I Всероссийский съезд по школьной санитарии. На съезде много внимания было уделено дефективному детству, в том чис­ле глухим детям. Постановления I Всероссийского съезда по школьной санитарии о глухих не носили, однако, характера руководящего документа. Решения этого съезда только знакомили врачей и других лиц с возможностями и необходимостью осуществлять обучение глухих детей.

Непосредственное отношение к делу обучения глухих детей и его совершенствованию имел I съезд по борьбе с детской дефек­тивностью, преступностью и беспризорностью, который был ор­ганизован Народным комиссариатом просвещения в 1920 году. В работе этого представительного съезда принимали участие не только деятели народного образования, но также врачи, юристы, сурдопедагоги.

Открывая съезд, А. И. Елизарова от имени отдела охраны детства Народного комиссариата просвещения ознакомила участ­ников с государственными установками по борьбе с детской дефективностью. Она призывала специалистов отдать все свои силы на борьбу с детской дефективностью, преступностью и беспризорностью.

На этом съезде выступал народный комиссар просвещения А. В. Луначарский. В своем выступлении он обратил внимание делегатов на огромную роль Союза Коммунистической Молоде­жи в деле воспитания нового, советского человека, в деле борьбы с детской дефективностью. А. В. Луначарский призвал отка­заться от старой филантропической позиции в вопросах органи­зации обучения и воспитания аномальных детей, рассматривать его как дело государственной важности. «...Я ожидаю от нынеш­него съезда большого освежения для всего дела Наркомпроса, так как задача борьбы с детской дефективностью — это только наиболее яркая и отчетливая задача всего дела Народного ко­миссариата просвещения, и я, как представитель Наркомпроса, с глубоким интересом отношусь к съезду»,— говорил А. В. Лу­начарский.

В приветствии съезду основоположника советской литерату­ры А. М. Горького, которое произвело на делегатов большое впечатление, говорилось: «...не мне, профану, говорить людям практики, насколько трудна задача, над которой вы работаете. Будучи знаком с условиями вашей работы, скажу честно, не преувеличивая, что это героический труд... Когда-нибудь из этих дефективных выйдут 25-летние хорошие люди, и когда они от­несутся к вам с чувством родственного восторга при встрече, то выше этого я ничего не могу представить». В приветствии А. М. Горького звучало восторженное отношение к труду педагогов-дефектологов.

Неотложным вопросам дефектологии, главным образом ор­ганизационным, посвящались доклады Г. И. Россолимо, В. П. Ка­щенко, П. С. Янковского, Н. М. Лаговского, С. С. Преображен­ского.

Г. И. Россолимо в то время был профессором Московского

университета, одним из тех прогрессивных деятелей, которые с первых лет Советской власти вели активную деятельность по борьбе с детской дефективностью. Доктор В. П. Кащенко входил в состав организационного комитета съезда, был директором медико-педагогической клиники. На съезде он выдвинул ряд общих организационных вопросов дефектологии, среди кото­рых были: 1) об объединяющем центре — организации медико-педагогического совета при Наркомпросе; 2) о подготовке учи­телей для аномальных детей в системе институтов; 3) о борьбе с детской дошкольной дефективностью.

Вопросам организации обучения глухих посвящался док­лад П. С. Янковского. По своему содержанию он был близок выступлению автора в дни Февральской революции 1917 года на совещании учителей и директоров училищ для глухих. В докладе П. С. Янковского содержались, кроме того, рекомен­дации о создании школ для так называемых «морально дефек­тивных» глухих. Эти необоснованные рекомендации могли на­нести большой вред делу обучения и воспитания глухих. Обуче­ние и воспитание глухого ребенка, который в силу своего дефекта отрывается от окружающих (он не понимает их, они не понимают его), естественно, связано с дополнительными труд­ностями. Однако он не является «морально дефективным». Н. К. Крупская справедливо критиковала тех педагогов, кото­рые пользовались понятием «морально дефективный» ребенок. Она указывала: «Термин «морально дефективный» освободил их (педагогов. — Прим. ред.) от всякой ответственности и внут­ренне и внешне, освободил от необходимости считаться с ребятами, уважать их человеческое достоинство, их личность, учиться подходить к ним, освободил от самого обыкновенного человеческого побуждения помочь слабому».

Доклад П. С. Янковского был недостаточно последователь­ным в проведении принципиальных позиций строительства но­вой, советской единой трудовой политехнической школы. Пред­лагавшаяся П. С. Янковским система ориентировала на обуче­ние крестьянских детей, для которых основным должно стать обучение сельскохозяйственным профессиям в школах, органи­зованных в сельской местности или в уездных городах.

Сурдопедагогов, искавших новых эффективных путей и средств обучения и воспитания, не могло удовлетворить обо­собление специальной школы от общих принципов «Положения об единой трудовой школе РСФСР». Предложенная от Нарком­проса Н. М. Лаговским система организации воспитания и обу­чения глухих резко отличалась от той, что излагалась в докла­де П. С. Янковского.

Ребенок, оглохший в раннем детстве (не позднее двухлетне­го возраста), по плану Наркомпроса должен был поступать в «детскую» группу при детском саде, где ему давались общее развитие и подготовка к. усвоению фонетического звукового состава слова. Второе звено — детский сад, обязанный дать сло­варь и развить словесную речь ребенка в общении.

Далее следовали школы трех типов:

Первый тип — школа для нормальных глухих детей с нор­мальной программой обучения звуковому языку без обязатель­ного требования профессиональной подготовки, но с классами творческого ручного труда, имевшими целью развитие сил и способностей для будущей трудовой деятельности.

Второй тип — вспомогательная школа для глухих детей с более слабыми способностями, для которых вводилась понижен­ная программа обучения звуковому языку, но с обязательной предварительной подготовкой к профессиональному обучению. (Это была не столько вспомогательная школа, сколько школа для подростков, запоздавших с поступлением в школу.)

Третий тип — профессиональная школа. В эту школу долж­ны были поступать все окончившие школы первых двух типов и взрослые, не получившие образования, но способные к труду.

Для способных глухих предлагалось организовать школу второй ступени, а кроме того, и отдельно школу для слабослы­шащих и позднооглохших. Таким образом, проект Наркомпроса стремился к тому, чтобы школы для глухих детей носили дифференцированный общеобразовательный характер, а не пре­вращались в школы только профессиональной подготовки.

Профессиональную подготовку Н. М. Лаговский выносил за рамки начальной, или, как он ее называл, «общей», школы, рассматривая ее как самостоятельное звено в обучении со сво­ей системой образовательных знаний. Впервые в истории русской школы для глухих в проекте Наркомпроса речь шла о государ­ственной школе, о возможностях плодотворной деятельности учителя в борьбе с детской глухотой и немотой средствами обу­чения и воспитания.

Учителя школы для глухих, несмотря на трудности, пере­живавшиеся страной, ощущали дыхание новой жизни и в спе­циальной школе. Школы для глухих были включены в общий государственный бюджет на народное образование, они входили в систему образовательных учреждений Наркомпроса. Благода­ря этому, естественно, передовые учителя специальных школ стремились увязывать свою работу с новыми идеями и начина­ниями массовой школы.

В решениях съезда содержались и отдельные ошибочные ус­тановки (о «морально дефективных» детях). Но не они опреде­ляли общие итоги съезда, который намечал в основном верную перспективу строительства советской специальной школы для глухих детей, связанной с общими задачами народного образо­вания.

По-новому на съезде был поставлен и вопрос о подготовке кадров. Съезд решил, что необходима организация особых ин­ститутов и факультетов, в которых обслуживающий персонал учреждения для глухих получал бы основательную теоретичес­кую и практическую подготовку по общепедагогическим дис­циплинам и методическую по специальности. Это решение в дальнейшем претворялось в практике крупнейших педагогичес­ких институтов Москвы, Ленинграда, Киева, Минска, Ташкента, Свердловска.

Из представленных на съезде докладов следует отметить доклад С. С. Преображенского «Постановка медицинского дела в дошкольных учреждениях для глухонемых». Профессор ото­ларингологии Московского университета С. С. Преображенский (1861—1927), посвятивший более 25 лет изучению детской глу­хоты и глухонемоты, по-новому освещал вопрос о мерах борь­бы с глухонемотой и глухотой у детей дошкольного возраста. Новизна подхода обусловливалась политикой Советской власти в области народного образования. Располагая точными данны­ми исследований состояния уха, горла, носа у глухих дошколь­ников и учащихся школ глухих, С. С. Преображенский ставил вопрос о необходимости раннего лечения глухоты. Для этого он рекомендовал организовать специальную клинику. В ней он видел эффективное средство борьбы с глухонемотой. В клинику должны приниматься дети самого раннего возраста, у которых обнаружились признаки глухоты. Поступающие в детский сад глухие дети непременно должны пройти через эту клинику и в случае необходимости получить соответствующее лечение. Он считал, что, расширяя борьбу с глухотой и глухонемотой, такая клиника сократит число глухонемых, а качество будущих уче­ников улучшит. Но организацией клиники не должна исчерпы­ваться забота государства о лечении и предупреждении глухоты. Необходима пропаганда гигиенических знаний среди населения, с тем чтобы родители своевременно направляли в клинику сво­их детей. Социалистической гуманностью были проникнуты заключительные слова доклада профессора С. С. Преображен­ского: «Всегда становится больно, когда при исследовании глу­хонемого убеждаешься, что его несчастье произошло не от не­избежности, а от небрежности родителей или других лиц, не­умело или невнимательно отнесшихся к ребенку и преступно упустивших время для лечения»15

Итак, Великая Октябрьская социалистическая революция положила начало новому этапу развития сурдопедагогики и практики обучения и воспитания детей с недостатками слуха. Заботу об их обучении и воспитании брало на себя государство, что свидетельствовало о подлинном гуманизме социалистичес­кого общества. В тяжелые годы гражданской войны и иностран­ной интервенции Советское государство оказывало всяческую поддержку научно-исследовательской деятельности в области дефектологии и всемерно поощряло общественные начинания в борьбе с детской дефективностью, оно открывало реальные перспективы решения проблем обучения и воспитания детей со слуховой дефективностью.

Перед учеными-сурдопедагогами с большой остротой вста­вала задача разработки системы предупреждения потери слуха профилактическими, лечебными и педагогическими мерами. Начиналась небывалая по своим масштабам работа по борьбе с детской глухотой и немотой; работа эта координировалась Народным комиссариатом просвещения и Народным комисса­риатом здравоохранения.

Великая Октябрьская социалистическая революция совер­шенно по-новому поставила задачи борьбы с детской дефектив­ностью, задачи улучшения условий жизни детей. Советское ра­боче-крестьянское правительство приняло все необходимые меры к тому, чтобы облегчить жизнь глухим детям и дать им воз­можность стать активными участниками строительства социа­лизма.

Вопросы и задание

1. Охарактеризуйте систему обучения и воспитания глухих детей в нашей стране после победы Великой Октябрьской соци­алистической революции.

2. Какие правительственные документы определили органи­зационные принципы руководства обучением глухих детей?

3. Какие научные учреждения по изучению и обучению де­тей со слухоречевой дефективностью были созданы в первые го­ды Советской власти?

4. В чем заключалось значение съездов по охране детства и борьбе с детской дефективностью для развития сурдопедагогики?

 

Глава 14









Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su не принадлежат авторские права, размещенных материалов. Все права принадлежать их авторам. Обратная связь