Глава 30. Всё, что хорошо начинается, часто имеет хороший конец.


Ну, вот вам новая глава. Не знаю, получилось ли у меня создать ощущение настоящих родов, или нет, передать чувства пары? Судить вам, в общем)
И прошу не придираться к тому, КАК появился на свет ребёнок, ну пожалуйста, оставьте вы в покое этот способ. Мы тоже не из животика вылезли, в самом деле))
Это был последний отрывок фанфика, где присутствует эта пара, поэтому хотелось бы знать мнение о ней: как развивались отношения, достаточно ли хороши описания, что вам не понравилось и что понравилось больше всего. Пожалуйста, напишите, мне будет очень приятно. А также, что думаете о ребёнке, кто новенький и ещё не отписался :з
А ещё, хочу похвастаться, недавно мне анонимный пользователь в личку прислал вот такой вот комикс: http://s019.radikal.ru/i641/1301/7d/c12a78716e0d.png
Интересно, в самом ли деле у каждого было так?)
Ах да, это юбилейная глава. Мы дожили до тридцати глав, как я счастлив *-*
Все каникулы я буду пахать как лошадь, ибо потом, знаю, времени не будет совсем, класс ГИА, всё-таки...
Наоми-Ёми вас любит, приятного прочтения :З
______________________________________________________________________________________________________________

Гокудера метался по кровати, не зная, что и делать.

«В чём дело? Ещё же не время, совсем не время!» – про себя паниковал Хаято, но эта паника отражалась и на его здоровье – он тут же согнулся пополам от нестерпимой боли. «Ещё только конец седьмого месяца! Почему так рано?!»

Внезапно во всём доме вырубился свет. Предчувствуя самое нехорошее, Гокудера поднялся с кровати и кое-как подошёл к окну. Действительно, света не было ещё в нескольких домах. Похоже, что в районе что-то приключилось с электроэнергией. Хаято испуганно схватил мобильник, собираясь позвонить Такеши, которого он сам, по собственной воле, так некстати отправил в какую-то дыру за едой. На экране высветилось «Нет сети».

– Чёрт! – подрывник со злости швырнул ни в чём не повинный мобильник в стену. Только этого ещё не хватало. Судя по тому, как обычно Ямамото блуждает по магазинам за всем нужным, а Хаято знал, что тот не в один магазин забежит, он будет только где-то через часа полтора. Столько долго блондин ждать не мог. И тут в мозгу промелькнула идея. Коджиро. Он мог долететь до хозяина и привести его обратно домой. Но, тут же отбросив эту идею, Гокудера хлопнул себя по лбу – ласточка была точной копией своего хозяина, она была настолько тупа, что могла врезаться в стенку, так и не добравшись до Такеши. Оставалось ещё два варианта: Джиро и Ури. Собака ещё тупее, а Ури на сотрудничество отказывается даже за колбасу. Похоже, придётся всё-таки ласточку отправлять. Недолго думая, блондин зовет её, в надежде, что та услышит. Хаято был очень удивлён, когда эта глупая ласточка залетела в комнату через открытое окно и села на кровать, весьма умным взглядом глядя на хранителя Урагана. Очередная сильная боль в животе заставила Гокудеру заорать на весь дом и согнуться в позу эмбриона. Говорить он больше не мог, как и вставать.



– Стой!.. Аааа… – заорал Хаято, когда Коджиро вылетел в окно, – Куда ты… глупая курица? К Такеши, к Такеши лети, к придурку этому! – последнее, что смог выпалить блондин. Он так и остался лежать в позе эмбриона, обнимая живот.

* * *

 

Ямамото стоял у кассы и ждал, пока ему пробьют всю еду, что он накупил. Кассирша не торопилась, видимо, засыпала. Да и сам мечник не видел смысла спешить. Конечно, Гокудере там одиноко, но когда Такеши принесёт ему еды, он сразу забудет, сколько часов его не было. Брюнет подумывал зайти ещё в парочку магазинов. Совершенно случайно, оглянувшись на автоматические полупрозрачные двери магазина, Ямамото заметил Коджиро. Почуяв неладное, он поторопил кассиршу отбить ему всё побыстрей. Ласточка билась в двери, но те не раздвигались, не ощущая стараний бедняги.

Когда минуту спустя Ямамото оплатил покупки, он быстро всё спихнул в пакет и выбежал из магазина словно умалишенный.

– Что случилось, Коджиро, что? – он переспросил ласточку, видимо, надеясь, что та ему ответит. Коджиро потянул хозяина за рукав, пытаясь тащить за собой. – Куда?.. – и тут до него дошло. – Хаято? – ласточка, видимо, поняв мечника, защебетала. Такеши понёсся домой, даже не смотря под ноги.

* * *

 

– Хаято! – заорав, словно сумасшедший, Такеши, не разуваясь, кинул пакет с едой где-то на пороге, и тут же побежал на второй этаж. Застал он своего возлюбленного всего скрюченного, побледневшего, даже не стонущего. Ямамото даже сначала показалось, что тот вообще не двигается, и он грешен был подумать, будто бы тот умер. Но нет, подрывник слабо зашевелился, поднял почти безжизненные глаза на мечника и едва слышимым шёпотом выговорил:

– Роды… начались, – это заставило брюнета сильно перепугаться, ведь назначены роды были совсем на другое число – не в этом месяце и даже не в следующем. По порядку, Хаято должен был родить в июне.

– Схватки! Ты считал время? Промежуток, хоть что-то! – быстро собрался Ямамото, хоть он и понимал, что говорить в таком состоянии Гокудере крайне трудно, но эта информация была важна. В своё время Такеши прочитал книгу для будущих отцов, чтобы блондин был спокоен в случае чего. И пригодилось.

– Последняя длилась 65 секунд, была примерно три минуты назад… – подрывник отвечал спокойно, пытаясь дышать равномерно.

– Так, дыши глубже и не волнуйся. Сейчас я позвоню Шамалу и…

– Сети нет…

– Как нет? Чёрт! – Ямамото выругался, а потом постоял немного, думая. Длилось это недолго, Такеши быстро подхватил Гокудеру на руки и прижал к себе. – Идём в больницу. На, – он протянул свои наручные часы, подаренные его отцом на день своего пятнадцатилетия, который был всего неделю назад, – будешь отсчитывать время между сокращениями. И предупредишь меня, когда длительность будет больше 70 секунд, а промежутки – меньше минуты, хорошо? – подрывник слабо кивнул, глядя на часы.

Мечник выбежал из дома и на всех парах помчался в больницу, одновременно стараясь не сильно трясти беременного. Тот корчился и орал, так, что люди, присутствующие на улице, опасливо озирались на них. Только вот мнение людей было последней вещью, которая сейчас волновала хранителя Дождя. Ему бы побыстрее добежать до больницы. Он знал, что Шамал частенько работал во внеурочное время, это ведь был повод поухаживать за молоденькими медсёстрами, которые оставались на ночное дежурство. Такеши молился Будде, чтобы он был там, и с его возлюбленным было всё хорошо.

Гокудера был тяжёлым. Точнее, он и их малыш были тяжёлыми. Живот у Хаято, конечно, был поменьше, чем вздувшаяся тыква Хибари, но тоже по размерам превышал допустимую норму. Ямамото сказали, что малыш будет здоровым – он довольно крупный, однако, преждевременных родов не ожидал никто. Главное – донести беременного без препятствий, а о весе можно не волноваться – он спортсмен, должен выдержать.

Ямамото, уже изрядно уставший и весь пропотевший, буквально ворвался в больницу. Выглядел он как самый настоящий псих – тигриные глаза горят, сам весь взмокший, на голове шухер, дыхание сбившееся, на руках – орущий парень. Такеши аккуратно положил беременного на скамейку, а сам подбежал к регистратуре.

– Шамала, доктора Шамала, срочно! – заорал он на остолбеневшую от вида мечника медсестру.

– Мальчик, тебе чего? Успокойся, он парней не принимает, – сладко улыбнулась молоденькая медсестра. – Может, другого кого-нибудь позвать? Что у тебя стрясло…

– Шамала, быстро! Позови его, скажи, что здесь, внизу, Гокудера Хаято. Быстрее! – он буквально вытолкал девушку наверх по лестнице. Той ничего не оставалось, кроме как побежать наверх за Шамалом.

– Тише, тише, сейчас, – он сел рядом с мучающимся Хаято, положив его голову себе на колени, и начал осторожно перебирать мокрые прядки волос, шепча успокаивающие слова. Спустя три минуты спустился недовольный Шамал и перепуганная медсестричка.

– Что вы тут двое забыли в такое время? – недовольно забурчал он, – Чего медперсонал пугаете?

– У Гокудеры роды начались. И воды отошли, и схватки идут, уже по 68 секунд и промежуток полторы минуты! – быстро затараторил Ямамото, не обращая внимания на удивлённый взгляд медсестры.

– Преждевременные? Вот же чёрт.… Так, парень, сможешь его до отдела гинекологии дотащить? Лифт сломался.

– Я его буду всю жизнь на руках таскать, если вы ему поможете, – чуть ли не в слезах пообещал Такеши, обнимая Гокудеру.

– Да не реви ты, горе-отец. Тащи в гинекологическое, на восьмой этаж. И пошевеливайся, пока потуги не начались.

Мечник яро закивал, поднялся со скамейки, аккуратно поднял изнемогающего блондина и быстро побежал вверх по лестнице, изредка сталкиваясь с врачами, оставшимися на ночное дежурство. Гокудера посмотрел на часы – всю дорогу до больницы он ничего не говорил, лишь вцепился в эти часы, словно последнюю надежду – сейчас было десять часов ночи. Скорее всего, ребёнок появится уже «завтра», то бишь – первого мая. Такеши тем временем преодолевал четвёртый этаж. Он запыхался, и даже его натренированному телу было очень тяжко. Но он терпел, обливаясь потом, но всё равно упрямо поднимаясь по лестнице, стараясь не запнуться, чтобы ненароком не уронить беременного. Тот снова заорал, боль была невыносимой, а промежуток между предыдущими схватками был равен почти ровно минуте. Преодолев седьмой этаж, Ямамото уже не мог даже нормально двигаться, его шатало из стороны в сторону, но он стойко держался на ногах. Прижав Хаято к себе крепче, он глубоко вдохнул и побежал вверх по последней лестнице. Шамал указал на каталку и мечник осторожно положил возлюбленного на неё.

– Садись рядом, с тебя уже хватит похода, – на этих словах Ямамото неуклюже залез на каталку, сжимая руку обездоленного Гокудеры. Тот в ответ слабо улыбнулся, и также слабо, уставши, сжал кисть любимого. В другой руке он упрямо стискивал новенькие часы. Выбежавшие из ниоткуда медсёстры и медбратья повезли каталку в родильный блок. Один из медбратов помог уложить беременного на кровать.

– Так. Разошлись все, мне нужны лишь двое человек. Не толпитесь здесь кучей. Пусть кто-то из медбратьев останется. Ты, – он кивнул в сторону перепуганного мальчишки, видимо, интерна, – Зови акушера. Ну, шевели булками! – паренёк испуганно помчался в противоположную блоку сторону. – Так, а ты – вколешь ему обезболивающее, после спец процедур. Парню пятнадцать лет, первые роды, и те преждевременные. Без него никак.

– Доктор Шамал…. Я впервые вижу, чтобы парни рожали…

Шамал угрожающе на него посмотрел и отвёл паренька в сторону, пока Ямамото сюсюкался со вмиг ослабшим беременным.

– Это мой эксперимент, во-первых. Я не хочу, чтобы он провалился из-за таких неопытных оборванцев, как ты. Во-вторых, этот юноша – мой ученик и я никак не могу позволить ему и его ребёнку скончаться из-за какой-то недоученной гниды, как ты. Так что, пока ты не лишился работы, достоинства и рассудка, бегом за обезболивающим. Молча, и об этом никому не слова. Ты меня понял, недоразвитое одноклеточное? – без запинки шёпотом проговорил доктор, в упор глядя на медбрата. Тот шокировано кивнул. Видимо, никак не ожидал таких слов от ведущего бабника больницы. Однако, всё-таки испугавшись лишиться работы, он тоже убежал.

– Соображаешь, малец, – усмехнулся он, глянув, как быстро Ямамото сориентировался и уже помог переодеться Гокудере в рубашку. Тот вымученно улыбнулся. – Отдыхай пока, есть ещё немного времени. Роды ещё не начались, а ты уже уставший. А ты, – он перевёл взгляд на Такеши, – Проследи, чтобы этот неуч нашёл вену с первого раза.

– Хорошо. Я могу присутствовать?

– Я бы убил тебя, если бы тебя здесь не было, – только бросил в ответ доктор, скрываясь в дверном проёме.

Такеши улыбнулся. Всё правильно, всё-таки Хаято его ученик, как ни крути. А ещё он слышал, будто бы сестра Гокудеры, Бьянки, что-то обещала доктору, если роды пройдут хорошо и у неё будет здоровый племянник. Что-то подсказывало Ямамото, что даже если всё сложится так, то Бьянки всё равно кинет бабника. Иначе она не сестра Хаято.

Через пять минут прибежала акушерка, но, в отличии от всех остальных запуганных врачей, она смело вошла и без страха посмотрела на паренька. Покачала головой, что-то прошептав. Видимо, посочувствовала.

– Помоги ему встать. Надо сделать специальные процедуры, – уверенно проинструктировала она. Такеши быстро вскочил и начал поднимать беременного.

– Успокойся ты, не надо так скакать, и себя, и его, и малыша пугаешь, – укоризненно произнесла она, подхватывая Гокудеру под руку. – Можешь мне доверять, эй, – она мило улыбнулась Хаято, отчего у того по спине пробежал холодок. – Я первая узнала об этом эксперименте, Шамал-сан мне лично рассказал, – девушка легко выдохнула. – Ну, пошли.

Спустя десять минут она вернула беременного его любимому, сказав, чтобы тот присмотрел за ним. Через минуту прискакал «гнида недоученная» и хотел уже начать тыкать куда угодно, но только не в вену подрывнику, в попытке ввести обезболивающее в организм, однако был вовремя остановлен.

– Так, дай мне. И вали отсюда подобру-поздорову, пока Шамал-сан тебя не видит, – пробурчала недовольно всё та же акушерка. Она легко ввела иглу под кожу, быстро вколола лекарство и также быстро убрала весь мусор от шприца. В её движениях выделялся непокрытый профессионализм, доброта и понимание ситуации.

Шамал пришёл минуты две спустя. Улыбнулся акушерке, спросил, поставил ли тот неуч обезболивающее.

– Поставил, поставил, – отмахнулась она.

– Врёшь же. Опять покрываешь всех этих амёб, – покачал головой доктор, подойдя к девушке сзади, и попытался ущипнуть за попу, но та резко ударила его по руке.

– Шамал… – тихо простонал Гокудера. – Скотина… я здесь от боли помираю, а ты с девушками заигрываешь, – выдохнул он, положив руку на живот. Часы всё ещё были в другой руке.

– Ой, да ладно, сравнится ли это с тем, как ты чуть не подорвал себя на битве колец, – с намёком хмыкнул бабник. Ну вот, урок преподан. Пусть знает на будущее. В следующую минуту Гокудера почувствовал, как боль приняла немного другой характер. Она стала тянущей и более резкой. Хаято застонал, а после закашлял – сорвал голос, кричать уже не было сил.

– Сколько?

– Продолжительность 79, а промежутки по полминуты, – ответил за беременного Ямамото. Он всё также неизменно гладил любимого по волосам.

– Думаю, можно начинать. Мальчик, слезай с кровати и помоги перетащить роженца в родильный зал. Если у тебя остались силы, – на эти слова Ямамото усмехнулся и в который раз поднял Хаято на руки, на что тот сдавленно выдавил «придурок…».

– Сюда его, – девушка указала на специально приготовленный стол, чем-то напоминавший операционный. Вскоре Гокудера удобно устроился на нём. Ему было страшно, но Ямамото, державший его руку, успокаивал. Схваточная боль отступила, видимо, подействовало обезболивающее. Акушерка помыла руки, надела перчатки и поменяла халат.

– Времени на УЗИ нет, будем надеяться, что у ребёнка предлежание головное. Мицу-тян, ты готова? – переспросил Шамал, что-то записывая в карте Гокудеры. Девушка кивнула:

– Начинаем!..

* * *

 

Таких криков больница ещё не слышала. Даже сорвавшимся голосом, Хаято перепугал многих врачей и пациентов. А после раздался душераздирающий крик ребёнка, и не сказать, что он был тише крика своей «мамочки». Ямамото даже пошутил, что у малыша голос матери. Сами роды длились чуть меньше часа, ребёнок успел появиться на свет «сегодня» – тридцатого апреля, в 23:46. Гокудера был на начале тридцать второй недели.

Акушерка потирала свои уши, болевшие от таких криков.

– Ничего, ты ещё Скуало не слышала. Там оглохнуть можно будет, – посмеялся над ней Шамал, но она его плохо расслышала, потому как ребёнок упорно заглушал всю речь. – Да, да, малыш, с днём рождения тебя, – хмуро проговорил доктор, скорее уже для себя, и унёс куда-то родившееся чадо.

Гокудера лежал не в силах пошевелить даже пальцем. Такого опустошения сил он не испытывал никогда. Ну, разве может только после своего рождения. Когда Шамал унёс его малыша куда-то, Хаято раскрыл рот, чтобы что-то возразить, но Мицуко опередила его.

- Всё в порядке. Лежи и не раскрывай рта. Сейчас Шамал-сан помоет его, измерит вес и рост, и вернёт. А ты здесь ещё два часа лежать будешь, мы за тобой наблюдать будем, потом в послеродовое отделение переведём.

Ямамото осторожно погладил по голове вспотевшего любовника и радостно засмеялся. Гокудера попытался улыбнуться в ответ, но сил не было.

Вернулся Шамал минут через двадцать, в пелёнках держа темноволосое чудо. Сообщил вес, рост и пол, а также кратко поговорил о самих родах. Несмотря на всю их преждевременность, прошли они удачно – и мать и дитё в полнейшем порядке. Как и ожидалось, ребёнок был крупный, поэтому на недоношенного не походил. Его лёгкие успели хорошо развиться, поэтому осложнений не возникло. Доктор протянул ребёнка своему ученику.

- Смотри, как лыбится, - слабым голосом проговорил Гокудера, - Точно твой, - усмехнулся. Всё шло хорошо.









Последнее изменение этой страницы: 2016-04-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su не принадлежат авторские права, размещенных материалов. Все права принадлежать их авторам. Обратная связь